Мне страшно...

С того дня прошёл почти год. Арсений очень сильно полюбил своего кроху, которому уже исполнилось 8 лет. Да и после всего мужчина понял, что не хочет быть просто опекуном для Тоши, поэтому, спустя огромное количество времени, нервов и сил, Арсений наконец собрал все необходимые документы и справки и усыновил Антона. Менять отчество и фамилию Антона взрослый не стал, да и ему почему-то даже больше нравилось так, как есть. После выхода из здания суда, Попов решил, что очень хочет отметить это событие вместе с Тошей, поэтому недолго думая, понял, что пора съездить в отпуск. Придя домой, Арсений начал узнавать у Антона, куда тот хочет. Выбор ребёнка пал на море, поэтому уже вечером взрослый бронировал билеты и номер в гостинице, а после отзванивался в больницу, чтобы дать указания на ближайшие две недели, что его не будет.

***

— Антош, ты собрался? — Заходя в комнату, спрашивает взрослый. — Почти, но у меня чемоданчик не закрывается. — Антон сидел сверху на чемодане и пытался его закрыть, чем очень рассмешил Арсения. Мужчина помог разложить ребёнку вещи так, чтобы чемодан легко закрывался. — Вот так, а теперь чистить зубки и спать, завтра нам очень рано выезжать в аэропорт. — Тоша кивнул головой и пошёл выполнять указания, через полчаса Арсений уже читал мальчику сказку, а тот начинал засыпать.

***

— Пап, я купаться. — Крикнул мальчик. — Стоять, сначала кремом намазаться нужно. — Антон подошёл ко взрослому, тот его намазал солнцезащитным кремом. Тоша уже хотел бежать к морю, но Арсений его не пустил. — Ну подожди, успеешь ты ещё накупаться, только выслушай. Далеко не уплывать, воду не глотать, иначе подхватишь что-нибудь, как только я скажу вылазить, сразу на берег, понял? — Понял всё, теперь можно идти? — Арсений кивнул, а Тоша сразу же побежал плавать. Но вот все указания выполнить не удалось. Да и как их выполнишь, если хочется нырять, а там столько воды может попасть в рот, если не уметь это делать правильно. Ну вот Тоша и напился солёной воды, но решил промолчать, а вдруг прокатит? Но вот удача была не на стороне мальчика, уже вечером ему стало очень плохо. «Не прокатило…» — подумал Антон, пока ждал, когда вернётся папа, который решил прогуляться вечером, ну а Тоша отказался, так как уже чувствовал себя не очень. Арсений ничего не заподозрил, просто решил, что его ребёнок устал и решил отдохнуть. За это время Антону стало ещё хуже: постоянная рвота, диарея, а ещё начало очень сильно морозить. Спустя ещё полчаса вернулся Арсений, но не увидев своего ребёнка, который обычно хотя бы выглядывал, начал волноваться. — Тош? — Крикнул мужчина, а в этот момент из ванной комнаты вышел бледный мальчик, у которого только что случился очередной приступ рвоты. Увидев это, мужчина сразу понял, что с ребёнком точно не всё впорядке. — Как себя чувствуешь? — Плохо. — Не стал врать Антон. — Иди в комнату, я сейчас руки помою и приду. — Арсений помыл руки и пошёл к мальчику. — Расскажи, что беспокоит, может болит? — Живот болит, а ещё рвота. — Антону было очень плохо, из-за этого он даже перестал думать о том, что сейчас перед ним Арсений, как врач, а не только, как любящий папа. Осмотрев своё чадо, педиатр понял, что имеет дело с ротовирусом, в добавок не самой лёгкой стадии, если навалилось всё и сразу, в добавок у мальчика была очень высокая температура, а также началось обезвоживание. Все симптомы на лицо. — Зай, нужно температурку сбить. — Пытаясь как можно нежнее, сказал врач, а в голове осознавал, что Тоше нужно в больницу, так как с обезвоживанием бороться в гостинице не получится. — Не хочу, мне и так плохо, а будет ещё и больно. — Захныкал мальчик. — Ну тише-тише, мой маленький, давай быстренько закончим, а потом будем думать, что делать дальше. — Арсений ушёл готовить укол, благо, он взял с собой аптечку. После укола Антону стало капельку легче: голова перестала болеть, ну и морозить перестало. Но вот капитально легче разумеется не становилось. Арсений сбегал в аптеку, купил «Регидрон» и «Смекту» и начал отпаивать ими ребёнка. — Тошенька, я понимаю, что тебе плохо и ничего не лезет в рот, но это нужно пить, знаю противный, но легче будет. — Пытался уговорить Антона выпить «Регидрон» мужчина. Но мальчик был неприклонен, его ещё больше тошнило, как он думал от того, что он пьёт эти лекарства. — Понятно, ну значит вариант лишь один, сейчас я соберу вещи, и мы едем в больницу, иначе может стать ещё хуже. — Ну не надо в больницу, я выпью всё. — Тоша начал плакать. — Тош, тут дело не в этом, тебе действительно уже очень плохо, я с этим сделать здесь ничего не могу. Я обещаю, что тебя никто не обидит, а также я всегда буду с тобой. Только мне одно скажи, ты воды в море напился? — Взяв ребёнка на коленки, спросил Арс. На что Антон кивнул головой, опустив взгляд в пол. — На меня посмотри, солнце, ругать я тебя не буду, и так вон плохо всё. Хотя и хочется сказать, что я же говорил, эх, давай одевайся. Арсений заказал такси, и уже через 15 минут они сидели в приемном отделении городской детской больницы. Кое-как сдали анализы, необходимые для выяснения клинической картины, а сейчас ждали, пока врач хоть что-то скажет. Антон прижимался к отцу, а тот аккуратно поглаживал его по спине, ещё иногда перебирал его кудряшки. В кабинет зашла врач, пожилая женщина невосокого роста. — У Антона действительно ротовирус, предлагаю самый оптимальный вариант — это дня три полежать в отделении, прокапать капельницы от обезвоживания, ну и лекарства, которые облегчат состояние. — От одного слова «капельницы» мальчик ещё сильнее прижался к папе, надеясь, что тот откажется. — Хорошо, я вас понял и согласен. — Сказал Арсений. Антон был в шоке от сказанного, хотя ему и было плохо, но вот такие слова немного отрезвили разум. — Отлично, тогда сейчас вам выделят палату, через минут 5 зайдёт медсестра и поставит катетер. — Пока врач это всё говорила, мужчина гладил своего кроху по спине, успокаивая, так как понимал, что ребёнку страшно, а значит без слёз, как минимум, и истерики, как максимум, не обойдётся. Врач проводила Арсения с Антоном в палату, а сама ушла давать указания медсёстрам. Антон уже не хотел сдерживать эмоции и просто разрыдался. Взрослый взял его на ручки и стал потихоньку покачивать. — Маленький мой, ну чего ты расплакался, всё ведь не так плохо. — Ну да, капельницы ятрофобу это ещё терпимо. — Не хочу катетер, это будет больно. — С чего ты это взял, тебе же не ставили никогда его? — Арсений действительно удивился. — Маше из нашего класса ставили, она сказала, что это больно. — Истерика вызвала новый позыв рвоты. — Ну, котик, не стоит плакать, тебе хуже становится, а Маше, наверное, не аккуратно поставили его, на самом деле это просто чуточку неприятно. — В этот момент в палату зашла миловидная девушка, на вид ей не было и 25 лет. Тоша быстро спрятался за папу, показывая своё нежелание что-либо делать. — Здравствуйте, меня зовут Кристина, мне нужно поставить катетер Антону. — Арсений кивнул, а девушка прошла вглубь палаты и увидела мальчика, который действительно свернулся клубочком за спиной отца, это показалось медсестра очень милым. — Тошенька, котёнок, вылезай из-за папы, давай мы быстренько управимся, а потом будешь отдыхать, тебе легче намного станет, ты сможешь поспать спокойненько. — Не хочу, это больно. — Ну, маленький, я обещаю, что больно совсем не будет, честное слово. — Эти слова смогли убедить мальчика, он залез на коленки к Арсению и протянул правую ручку, а затем отвернулся к окошку и прижался к отцу. Как и обещали взрослые, больно не было, поэтому спустя полчаса мальчик уснул под действием смеси препаратов, которые помогали от обезвоживания, и тошноту сократили. Теперь мальчик на протяжении 5 дней лежал под капельницами, так как врачи решили, что лучше не рисковать. Ну, а после вместе с Арсением они отправились в гостиницу, где долечивали оставшиеся симптомы. Температура держалась ещё несколько дней, но уже ей не давали подняться выше 38 градусов и сразу сбивали. В отпуске хоть и не получилось отдохнуть и расслабиться, но вот что он запомнился всем надолго, это точно. Антон сразу начал чаще следить за гигиеной, что Арсению не нужно было напоминать о мытье рук и фруктов, что очень радовало взрослого, ведь такие неприятные вещи часто идут на пользу.