Паранойя

      — Перед началом моего, так сказать, откровения, я бы хотел спросить, нет ли в этом кабинете камер, доктор? — поинтересовалось лежащее на кушетке создание, в целом вполне походящее на обычного мужчину, только ну уж очень вытянутого.       Помятый черный похоронный костюм и некогда красный галстук, который всем своим видом так и просил искупать его в новой "Ласке", создавали яркий контраст с абсолютно белой кожей, отсутствие волосяного покрова наводило на мысли о том, что несчастное существо по року судьбы стало жертвой пьяного косметолога, ну, а полное отсутствие у "пострадавшего" лица заставляло задуматься, не подрабатывал ли тот злосчастный косметолог пластическим хирургом.       — Нет-нет, уверяю вас, мистер... — начал было человек, вцепившийся обеими руками в подлокотники стоящего неподалёку кресла, но осекся на имени своего пациента.       — Слендермэн, — подсказал вышеназванный растерявшемуся врачу.       — Мистер Слендермэн, — с большей уверенностью произнес мужчина. — Я как профессиональный психотерапевт ценю конфиденциальность.       Послышался вздох облегчения. Невооруженным глазом было видно насколько сильно измучен Палочник: свернувшись в три рубля на явно не предназначенной для трехметровых существ кушетке, он постоянно оглядывался и едва заметно дрожал, издавая при этом какой-то неприятный скрежет. В таком положении он напоминал некоего кузнечика-анорексика, пережравшего стероидов. Ну очень уж стремного кузнечика.       — Итак, сэр, поведайте мне о вашей проблеме.       — Хорошо. Мне постоянно кажется, что за мной следят. Где бы я ни был — на улице, в доме, даже на крыше, черт побери, мне кажется, что за мной наблюдают и снимают на эту проклятую видеозаписывающую технику! А началось все с того, что какой-то придурок притащился в мой лес с таким вот дьявольским устройством. Бегал по лесу, что-то бубнил про некий "Ютуб" и всемирную славу. А потом он нашел меня. Только завидев мой силуэт метрах в трехстах от себя, он начал оглушительно орать, но все равно упорно шел на меня. Я честно пытался притвориться деревом! Черт, да что я только не изображал!.. За то время, пока пацан этот за мной бегал, я успел попытаться стать и шлангом, и бревном, даже в пенек свернуться пытался, но этот твердолобый идиот все следовал и следовал за мной по пятам, и чем ближе он подходил, тем громче орал, переходя на ультразвук. Это было невыносимо! А когда между нами остался какой-то жалкий метр, он сунул свободную от камеры руку в штаны и знаете что он вытащил? Он вытащил бетонное распятие размером с меня! Бетонное! И пытался им меня ударить!       Я не знал, как от него избавиться. Каждый раз, когда я пытался пойти с ним на контакт и заговорить, он начинал еще пуще верещать и еще активнее размахивать своим булыжником. Потом я решил с ним пообщаться при помощи записок. Понаклеил их на самые выделяющиеся из ландшафта вещи, чтобы уж наверняка. Думал, что подействует, так не-е-ет! Он просто начал их сдирать даже не читая!       В конце концов он собрал все мои записки и ушел из моей обители в довольном расположения духа. Счастье мое в тот момент невозможно описать словами. Я и не думал, что когда-либо буду так рад просто посидеть в одиночестве. В тишине.       Потом я понял, что от всей этой беготни пропотел так, что костюм к телу липнуть стал. Ну я, недолго думая, поперся в душ, который так кстати был посреди леса. Я бы сходил у себя в доме, но он как назло засорился, а прочистить его было слишком лень. Но для начала я решил немного прогуляться. Лучше бы я этого не делал. Там снова был тот парень, но теперь он был не один. Передо мной стояла целая толпа подростков, и у каждого, заметьте, у каждого было как минимум по две видеокамеры. Я уже собрался было ретироваться, пока они меня не заметили, но в самый что ни на есть нужный момент мне на телефон пришло сообщение от оператора, сопровождаемое громким пиликанием. Что, думали, раз я живу в лесу, то и блага цивилизации мне не требуются? Как бы не так!       В общем, долго они за мной шатались, пока каким—то образом меня не переглючило и я не стал выводить из строя их драгоценную технику одним своим присутствием. Нечего им было векторы мои дергать, так что они сами виноваты, — с грустным вздохом Слендер закончил свой длинный и печальный монолог.       — Надо же, — подал признак жизни врач. — Но разве вы не получили морального удовлетворения после того, как наконец-таки распугали молодежь? В чем тогда проблема?       — Получить—то получил, только проблема в том, что я достаточно долгое время не имел ни малейшего понятия о том, как отключить эту свою способность, и из—за этого мне постоянно мерещилось шипение, знаете, как из старого телевизора. В общем, здоровым сном я был обделен. Но и это еще не все! — монолог продолжался. — Кто-то всё-таки загрузил видео со мной в сеть. А потом... Начался настоящий ужас. Они сделали про меня игру. И не одну! Куда они меня только не совали. И в санаторий какой-то, и в пансионат заброшенный, и, вы не поверите, они отправили меня в космос! В космос, чтоб их! Но и это еще не все! — в голосе Тонкого Человека слышалось отчаяние. — Про меня сняли целый сериал! А на игры и этот самый сериал начали делать арты и писать фанфики, да не простые, а те, где я... — и начал он во всех красках расписывать бедному докторишке тяготы бытия, да так, что несчастный мужичок познал дзен и смысл существования Вселенной.       Сразу после этого сеанса психотерапевт решил взять бессрочный отпуск для восстановления собственной психики.