Принцесса кошек

Олег Милена выглядела сногсшибательно как никогда, да и королева от неё не отставала. В другое время я бы надолго залип на них восхищённым взглядом, без устали любуясь, но выражения их лиц быстро охладили мой восторг. Если у королевы оно было просто холодным, как могильный камень, то у Милы на личике застыла грозовая туча, готовая взорваться проливным дождём слёз. Комплимент, который я приготовил при первом взгляде на них, так и не сорвался с языка и был благополучно забыт. Растоптан свинцовой тяжестью могильных камней и грозовых туч. И без объяснений было понятно, что дело дрянь. Мы с принцессой обменялись коротким приветствием - так, словно бы ещё не виделись с утра, а потом, когда Марыся на секунду отвернулась и я поймал обречённый взгляд Милены, она отрицательно покачала головой. Стало ясно, что ей не удалось уговорить королеву убедить её отца отправить нас вместе. Наверняка именно в этом причина такого настроения нэки. Будь какая-то другая - Милена бы нашла способ объясниться. Времени уединиться и уточнить детали уже не было - в малый обеденный зал вошёл сам король, в последние дни относившийся ко мне довольно доброжелательно и даже разделявший со мной трапезу - хотя скорее это я её разделял с королевской семьёй. Пожелав солнечного утра присутствующим, Бореас занял своё место во главе стола, королева села по правую руку от него, а мы с Миленой разместились по бокам, напротив друг друга. Несмотря на смурное настроение дам, о манерах мы, мужчины, не забыли - Бореас усаживал свою жену, я - уже привычно - принцессу. В первые пару дней Мила реагировала на мою галантность (не только в этой ситуации) как-то странно, но потом, видимо, привыкла ко мне. Завтрак традиционно проходил в молчании, сегодня показавшемся мне гнетущим, но, когда первый голод был утолён, король утёр губы салфеткой и обратился ко мне: - Что ж, пан Олег, полагаю, вы уже знаете о вашем назначении? - он мог бы и не спрашивать, но сделал это, видимо, из тактичности. - Да, ваше величество, - король, в отличие от королевы, не позволял с ним фамильярничать. Ну, оно и правильно. Это было бы странно для короля. - Правда, без подробностей. Если можно, хотел бы о них узнать. Бореас кивнул и продолжил: - Вы прибудете в береговую крепость Надежда на крайнем юго-востоке, поблизости от неё в скором времени ожидается высадка армии дракичей. Точная дата высадки неизвестна, зависит от продвижения их флота и решений их воевод, разумеется. Ожидание может затянуться, а могут и завтра высадиться. Так или иначе вам будет чем себя занять. Я договорился о вашем обучении рукопашному бою и обращению с оружием. Ваш дар чудесен, но он мало стоит без умения себя защитить. Вы вольны отказаться, но я бы не советовал. Вам же на пользу пойдёт умение сражаться. - Понял, - сдержанно кивнул я, - отказываться не стану, благодарю вас. Честно говоря, я бы охотно научился сражаться, пусть даже местными аналогами средневекового земного оружия. Да, здесь бывает и огнестрельное - не из пальца же в меня сука Марта стреляла, - но это скорее всего редкое вооружение из другого мира. Здесь я пока что не замечал чудес техники, на которые не был бы навешен ярлык «это магия» или «это иномирский артефакт». Та же стража во дворце и в темнице была вооружена совсем не пистолетами. - Там же вам расскажут всё необходимое про нашего врага, - удовлетворённо кивнув, продолжал кошачий король. - Про его слабые и сильные стороны. Объяснят вашу роль в защите барьера. И, конечно, предоставят отдельное жильё не в казармах. Вы у нас проходите как охранный маг, магам положены отдельные комнаты. Документы вам также выдадут. - Спасибо, - я не знал, что ещё сказать, а вопросов у меня как-то и не было. Разве что как надолго меня шлют, но спрашивать не хотелось. Я бы вообще-то предпочёл остаться с Миленой, пока я ей нужен. - Хорошо, с этим разобрались, - Бореас вернулся к еде, иногда поглядывая на дочь. Похоже, теперь настал черёд разговора с ней, и я видел, что королю это даётся труднее, чем беседа со мной. Заметив взгляды отца, Милена прижала свои чудесные ушки к голове, но от еды не оторвалась, хотя ясно же было, что аппетита у неё ноль. Вздохнув про себя, я тоже продолжал кушать, с тяжёлым сердцем ожидая, чем всё это закончится. Может, всё-таки взять на себя смелость и самому поговорить с королём? - Милена... дочь, - начал Бореас, пытаясь говорить мягко. - Мама тебе уже сказала? - Сказала что? - вяло переспросила девушка, как мне показалось, просто чтобы заставить отца самого озвучить её приговор. - Что вскоре после полудня прибудет его императорское величество, чтобы взять тебя к себе, - неохотно, но высказался король. - Ну, я знаю, - Милена повела плечами. - Меня только забыли спросить, хочу ли я этого. - Мы с тобой уже говорили об этом... - он осёкся и смягчил тон, - ...до того, как ты потеряла память. В его замке в Лисляндии тебе будет безопасно находиться. - Безопаснее, чем дома? - кошкодевушка поглядела на отца и иронично изогнула бровь. - Разве у нас во дворце так опасно? Я слышала, он окружён магией. Это целая крепость, разве не так? Ну, ясно. Милена считала, что её отправляют к лису, чтобы она снова не сбежала. Не ради её безопасности, а ради безопасности этой их чёртовой сделки. Словно она не человек... в смысле, не зверич, а всего лишь чья-то вещь, не имеющая права собственного голоса. Как шкаф. Ну или как рабыня. - Лисья Нора безопаснее, - король словно бы не понял её претензий. - Там и магические барьеры сильнее, и добраться до замка не так просто, как до Кошеграда. - Но я не хочу туда отправляться, - холодно сказала девушка и отправила в рот новую порцию рыбного супа, по вкусу почти не отличавшегося от старой доброй ухи. - Боюсь, это мы обсуждать не будем, - ответил Бореас с тихим вздохом. - Это твой долг как дочери королевского рода. К сожалению... ты знаешь, какие причины вынуждают именно тебя отдать этот долг. Я знаю, что об этом ты помнишь. Милена, как мне показалось, с укором поглядела на королеву-мать. И правда, если она что-то вспомнила и рассказала об этом Марысе, то от кого ещё король мог это узнать, как не от жены? Если только... не от стен, у которых уши растут. Разговоры на время стихли. Через некоторое время я заикнулся было заговорить с королём на тему того, чтобы отправиться с Миленой, аргументируя это тем, что для неё не найдётся лучшей защиты от магов, чем моя хвалёная горе-способность к развеиванию чар, но на первых же словах столкнулся с умоляющим взглядом принцессы, ясно давшей понять, что мне лучше не поднимать эту тему. В итоге вместо того, что хотел, я спросил, когда точно отправляюсь, и получил ответ, что после отбытия Милены. Отправляют меня не порталом, потому что мой дар подействует и на портал, добавил король. Иными словами, через порталы я перемещаться не смогу из-за этой гадости во мне. Мы с Милой переглянулись немного удивлённо. Я даже в шоке был. Как я раньше об этом не подумал?! Портал - это ведь тоже магия. Значит, и с принцессой я бы отправиться не смог. Вот чёрт... А домой-то я смогу вернуться? Хотя тот портал, которым я прибыл - это магия древних, которая может оказаться не по зубам моему чаровейству. Очень на это надеюсь. Остаток завтрака никто ничего не говорил, а я напряжённо думал, пытаясь найти выход из казавшейся безвыходной ситуации. Завтрак у нас в десять. Длится где-то полчаса, не больше, так как за завтраком мы почти не разговариваем, а по большей части едим. Может, и менее получаса. Это хорошо - больше времени остаётся до полудня, когда уже следует начинать ждать Савелия. Мне ещё нужно улучить возможность поговорить с Миленой. Я не знаю для чего... Что я могу ей сказать? Какие-то слова напутствия? Но и уйти, не простившись нормально, я не могу. Перед тем, как выйти из столовой, я стал невольным свидетелем трогательной семейной сцены, хотя она и отдавала холодом. Когда мы вышли из-за стола, Бореас подошёл к дочке и крепко её обнял. Милена этого явно не ждала и растерялась, зажмурилась, уши поджала. Я прислушивался, но знакомого мурлыканья не услышал. Наверное, она чувствовала себя сейчас не очень хорошо. Может, считала отца предателем, продающим её ради сомнительной выгоды. Но и вырываться она не стала. Объятие было недолгим, король затем её отпустил, что-то тихо шепнув, и твёрдым шагом вышел из зала. Личные служанки принцессы грустно смотрели на это всё, они явно были в курсе всего и сопереживали ей, а может быть и мне, судя по некоторым Касиным взглядам в мою сторону. Всё казалось до боли печальным и унылым. Но когда убиравшая со стола Кася, проходя мимо с посудой, незаметно сунула мне в руку клочок бумаги, обстановка, что называется, перестала быть томной. Что это ещё за тайные записки? Я был более чем уверен, что это не шпора к экзамену. И... несмотря на то, что было между мной и Касей, мне почему-то казалось, что это не любовное послание. Записка до поры до времени отправилась в карман камзола, который мне утром выдала Кася вместе с другой новой одеждой. Теперь мне вместо стандартных рубашки и брюк полагалось нечто похожее на одеяние средневекового дворянина, только более удобное, с карманами и застёжками на молнии. Белоснежная сорочка с пышными манжетами, богато выглядящий камзол, бриджи ему под стать и высокие сапоги. А ещё плащ, крепившийся на шейную застёжку, но его на завтрак я не надевал, само собой. Честно говоря, в прежней одежде было удобнее, но в этой я выглядел прям как настоящий аристократ и она мне была положена по статусу, как сказала Кася. Не хватало только шпаги для полноты картины. Когда мы вышли из столовой с Миленой, её мамой и Алесей, я разрывался между двумя равнозначными желаниями найти возможность поговорить с Милой и поскорее уединиться, чтобы прочесть таинственное послание от Каси. От мук выбора меня спасла Алеся, потащившая принцессу в её покои, чтобы определиться с багажом, который ей нужно взять с собой в Лисляндию. Что ж, похоже, сейчас поговорить не получится. Королева тоже была не расположена к беседе, поэтому, расставшись, я поспешил в свою комнату, которая хоть и с ушами, но вроде без глаз, а значит, там можно прочесть записку. У меня сердце неистово колотилось от мыслей, что может быть в записке. Да всё что угодно! И даже любовное послание! Короткая надпись на клочке бумаги меня здорово разочаровала. Я всё же надеялся на что-то более вразумительное, чем «В 11 жди меня в своей комнате». Это и правда тянуло на романтическое послание. Только что будет, когда я её дождусь? Наверное, любой парень на моём месте был бы счастлив получить такую записку от милой кошкодевочки-служанки. Уже навоображал бы себе кучу всего. Не скрою, и моя фантазия разыгралась не на шутку, только меня это всё не возбуждало, а беспокоило. Из-за Каси я мог упустить последнюю возможность увидеться с Миленой. Впрочем, бросив взгляд на часы, я заметил, что до одиннадцати не так и много времени остаётся. Мила пока занята со сборами. Что ж... дождусь Касю и послушаю, что она хочет сказать. Если это романтические шашни, то извинюсь, умою руки, объясню ситуацию и пойду к Милене. Но если у Каси ко мне более серьёзный разговор? Надо хотя бы выслушать. Казалось, время тянется бесконечно, а каждая минута - это целая вечность. Я не мог найти себе места в ожидании служанки. Брал в руки книгу про рыцаря Казимира, но буквы от меня разбегались тотчас, как я пытался прочесть хоть один абзац. Оставалось только мерить шагами комнату, ходя из угла в угол, в нетерпении то и дело поглядывая на минутную стрелку часов. Как же долго и неумолимо тянется время, когда хочешь его ускорить! А когда хочешь замедлить - наоборот, минуты проносятся стремительно одна за другой. Закон вселенской подлости. Но вот минутная стрелка достигла цифры 12, в то время как часовая застыла на цифре 11. И моя дверь тихонько приоткрылась без всякого стука. Я увидел ушастую голову Каси, которая при виде меня, кажется, выдохнула с облегчением. Думала, я прочту записку и сбегу от неё? Ну нет, не дождётся. От красоток мы не сбегаем, но относимся к ним с осторожностью. Ладно, прочь из головы, дурные мысли. К делу, Кася, к делу! Я выжидательно уставился на неё. Вместо того, чтобы пройти внутрь, служанка неожиданно поманила меня пальчиком к двери. Я удивился, но быстро к ней подошёл, всё ещё ожидая объяснений. - Пан Олег, идите за мной и ни о чём не спрашивайте, - шепнула Касенька так тихо, что я едва расслышал. Она скрылась в коридоре, и мне оставалось только последовать за ней, гадая, что же это всё значит. Кася быстро проскользнула по коридору к лестнице и стала спускаться, то и дело оглядываясь по сторонам и следя, иду ли я за ней. Я-то шёл, но мне всё это не нравилось. Куда она меня ведёт? К себе в комнату? Или... хочет уединиться где-то ещё? Я надеялся, что дело всё же не в романтике, сейчас мне совсем не до этого. Мы спустились по лестнице, кажется, аж на первый этаж. Я был не уверен, что именно на первый. Но если до этого мы были на третьем (как раз в этом я стопроцентно не был уверен), то два этажа вниз - будет первый. Неважно. Важно, куда она меня тащит, при этом избегая встреч с кем бы то ни было. Уже в коридоре первого этажа Кася меня прямо за руку ухватила и быстро-быстро куда-то потащила так, что я едва за ней поспевал. Какие-то служебные коридоры, ещё одна лестница, и... Это что, кухня? Я успел увидеть её только через широкую застеклённую дверь, которую мы торопливо миновали, пока нас не заметили работавшие повара и кухарки. А затем мы оказались перед ещё одной дверью. У Каси в руке блеснул ключик, которым она её отперла, после чего девушка просто затолкала меня внутрь, куда-то в густой полумрак. Я так оторопел, что почти не сопротивлялся. - В корзине одежда - переоденьтесь. Я скоро, - шикнула Кася перед тем, как снова закрыть дверь и... запереть её на ключ. Замок щёлкнул, оставляя меня одного в тёмном помещении. Одежда? Переодеться? Э-э... я начал что-то подозревать. И пока что не понимал, это что-то хорошее или плохое. Я быстро огляделся. Она привела меня в полупустую кладовку. Не настолько тёмную, чтобы совсем ничего не увидеть. Здесь рядами стояли ящики с какими-то продуктами, лежали кучами мешки с крупами, овощами и ещё чем-то. В общем, это был склад продовольствия рядом с кухней. Корзина стояла у стены недалеко от двери, и я бы её не заметил, если бы специально не искал. Я тут же подошёл и присел над ней, сняв крышку. Внутри действительно лежала аккуратно сложенная одежда: серая сорочка и серые же штаны, довольно простенького кроя, и потёртые сапоги. Тихо прошипев что-то нецензурное себе под нос, я быстро стал стягивать с себя обновки, чтобы переодеться в это. Не знаю почему, но я доверял Касе. Надо - значит надо. В конце концов, она ведь личная служанка Милены. Может, Мила что-то затеяла? Но можно было и сказать, что именно мы собираемся делать. Не люблю я эти интриги. Девчонки на них, кажется, помешаны. Но дело явно пахнет побегом... Едва я успел переодеться, как услышал звук проворачиваемого в замке ключа. Обернувшись к двери, я увидел вошедшую Касю. Она закрыла за собой и быстро подбежала ко мне, после чего сунула мне в руки довольно тяжёленькую корзину - в точности такую, какая стояла на полу. Затем запихнула под крышку той корзины, что у меня в руках, всю мою снятую одежду и обувь. - Наклонись, - попросила она, и я согнулся в поклоне. Кася стала что-то быстро-быстро делать с моими волосами и головой. Я ощутил прикосновение к коже головы чего-то слегка прохладного, потом в другом месте. - Что ты делаешь? - обеспокоенно спросил я. - Что вообще происходит? Неожиданно в эти два места на голове бесшумно подул горячий воздух. Я уже знал, что это теплодув - местный аналог фена, штуковина беззвучная и явно магическая, но Кася его использовала на достаточном отдалении от меня, чтобы он работал. Долетавший до меня воздух подчинялся законам физики, а не магии. - Отлично, от настоящих не отличить, - удовлетворённо сказала кошкодевушка и нахлобучила мне на голову ещё и шляпу с широкими полями. В шляпе были прорези... для рогов?! - Уши старайся не показывать. У зверожичей такие бывают, но обычно их стесняются. - Да что, чёрт возьм-м-м... - растущее возмущение так и не успело выплеснуться наружу, так как мои губы были запечатаны Касиными губами. Даже в полумраке кладовки я заметил румянец на её щеках. Нагло пользуясь тем, что я к ней склонился, она положила ладони мне на щёки и, прикрыв глаза, прижалась губами к моим губам. Мне нужно было действовать. Мягко отстранить Касю от себя и не дать ей этого продолжить. Но от неожиданности я опешил, растерялся и упустил инициативу, а поцелуй оказался столь же страстным, сколь и коротким. Служанка быстро отстранилась, открыла свои огромные янтарные глаза и горячо зашептала: - На удачу и... на прощание. Надеюсь, ещё увидимся. Слушай и запоминай. Тебя зовут Франек Копытько, ты зверожич из Витого Рога, работаешь служкой на кухне, вас с Ташей отправили на рынок докупить кое-каких продуктов, вот ваши пропуска. Кася сунула мне в руку два маленьких прямоугольничка, похожих на визитки из картона. В полутьме, не поднося к глазам, я не смог разобрать, что на них написано. - Значит, побег? А кто такая Таша? - уточнил я, хотя и догадывался, что речь идёт о Милене. В этот момент в дверь тихо поскреблись. Кася тут же отскочила от меня и приоткрыла дверь, пропуская в кладовку ещё одну, рыженькую служанку с такой же корзинкой, как у меня, на этот раз незнакомую, но милую, как и все здешние кошкодевочки. Среди них вообще бывают некрасивые? Видимо, это и была Таша. В дверном проёме мелькнуло лицо Алеси, она заглянула сюда, скользнула по мне тревожным взглядом, но заходить не стала. Дверь снова закрылась, и я вопросительно поглядел на Касю. Кто эта Таша? - Вот Таша, - Касенька показала ладошкой на новенькую, выглядевшую взволнованной и смущённой. - Ну, здравствуй, Таша... - недоумённо сказал я второй нэке. Вместо ответа она подошла ко мне, схватила за руку, чего я совсем не ожидал и не успел отдёрнуть, и положила мою ладонь себе на щёку. Тут же всё её лицо покрылось рябью и «поплыло», словно бы с него стекал грим, черты внешности изменились до узнаваемости, карие глаза стали синими, а рыжие волосы сменили цвет на тёмно-каштановый. Я видел перед собой Милену, одетую в униформу, типичную для всех служанок во дворце. То есть у них вообще-то не было строгого дресс-кода на одинаковую униформу для прислуги, но каких-то определённых рамок здесь всё же придерживались. - Привет, Франек, - нервно усмехнулась принцесса-служанка и поглядела на мою голову. - Классные рога. Это Кася тебе их наставила?