Тень

Tally Hall — Hidden in the Sand

Сердце бьётся быстрее, страх окутал тело рыжего, а псих постепенно приближается, безумно улыбаясь. В голубых глазах застыл страх, сковывающий его движения, словно много лет назад.. — «Тень», приятно познакомиться, Натаниэль. — сладко тянет мужчина, пока получает удар в область челюсти. Голова поворачивается в бок, а на пухлых губах выступает небольшое количество крови. Слизав металлическую жидкость, Миньярд улыбается, склонив голову по-птичьи. — Я хотел по-хорошему. — разочарованный стон донёсся до остатков разумного сознания Веснински, пока его волосы не оказались в ловушке руки психа. Острая боль пронзила область плеча, а ноги подкосились от нахлынувшего ощущения и желания сна. Глаза слипаются, голова кружится, хочется спать. Молодое тело валится на пол без сознания и последнее, что осознаёт Натаниэль — это безумный смех и руки, которые потянулись к нему.

***

Выебанный в конец мозг начал бить импульсом по черепной коробке, пока Кевин Дэй движется по пустым коридорам в свой кабинет, где его должен был ждать Аарон и Натаниэль, хотя последний мог давно уйти домой, ведь время позднее, да и они сделали большой шаг на пути к раскрытию преступлений «колумбийской Тени». Многолетняя погоня за призраком, оставляющим за собой лишь трупы отморозков, подвергавших детей насилию. Брюнет был бы только рад тому, чтобы посадить этого психа за решётку, но его не покидали мысли о том, почему же «Тень» выбирает лишь педофилов, подходящих под один типаж. Добравшись до кабинета и обнаружив, что помещение абсолютно пустое, что наводит на мысль, о том, что ни Миньярда, ни Веснински нет в участке мужчина тихо ругается, подходя к доске, где было не так много зацепок за последние пару лет, но с приходом Веснински дело начало двигаться, медленно, но оно двигалось. — Ебанутый день. — говорит в пустоту шатен, беря телефон и набирая нужный номер. Пара гудков длятся чуть ли не вечность, а мысли уходят глубоко в подсознание, когда оператор оповестил юношу словами: « Абонент временно недоступен, перезвоните позже или оставьте сообщение на автоответчик, после сигнала ». Швырнув мобильный на стол, Дэй откинулся на спинку дивана, сложив ноги на кончике деревянного стола, скрывая изумрудный глаза под тяжёлыми веками, погрузившись в сон. Мысли слишком заполнены поведением Аарона. Разум сводится к одному выводу, что им стоит поговорить о его поведении на сегодняшней смене, когда он буквально выбил весь воздух из его лёгких, при попытке поцеловать или даже обнять, он игнорировал его целый день, абсолютно. За две недели, что его не было, Миньярд слишком сильно изменился как внешне, так и внутренне. Миньярд хоть и был грубый, но чтобы до такой степени — никогда. Чрезмерное употребление большого количества сладкого, от которого у Дэя сводит челюсть, лишь при одном упоминании.

***

Аарон Миньярд слишком много времени проводит за работой. Аарон Миньярд слишком сильно устал, что мешки под его глазами буквально кричали ему остановиться и отдохнуть. Две недели длились словно целый год, но теперь, когда его чёртова командировка закончилась он может отправиться домой, лечь в постель с любимым мужчиной, положив голову на его грудь, засыпая под размеренный стук его сердца. Приятная мысль, отдаётся теплом глубоко внутри, а уголки губ поднимаются выше в изнурительной улыбке, которая озарила уставшего парня. Билеты были куплены пару дней назад, чтобы наконец отправиться в свой родной город. Стоя в аэропорту, мужчина хотел было позвонить Кевину, но была объявлена посадка и эта мысль буквально стёрлась из его памяти, пока он садился в самолёт, предварительно выключая телефон. Пару часов в самолёте, помогли ему заснуть и набраться сил, чтобы не быть таким раздражительным. Взяв такси до участка, понимает, что Натаниэль и Кевин как всегда сейчас находятся в горах бумаг, стараясь найти призрака, который буквально обходил их на 3 шага. Ловкий, быстрый, тихий, незаметный. Бесит. Поднимаясь по лестницам, парень осматривается, проходя по тёмным коридорам в отдел криминалистики, где царила тьма и тишина, но за исключением того, что на столе горит одинокая лампа, а свет исходящий от неё, освещал лицо спящего Дэя. Улыбка появилась на мужском лице, Аарон медленно снимает с себя весенне пальто, кладя его на спинку ближайшего стула и ослабляет галстук. Расположившись на коленях спящего мужчины, Миньярд осторожно касается щеки кончиками пальцев, тем самым заставляя спящего очнуться. Непонимающие эмоции одолели Кевина, пока он обнимает мужчину сверху одной рукой, прижав его, моментально втягивая его в поцелуй. Языки сталкиваются с друг другом, желая выдать как можно больше чувств за то время, пока их разлучало расстояние. Первый отстранился блондин, осторожно устраиваясь на груди, пока длинные пальцы Дэя перебирают мягкие волосы, с лёгким запахом цитруса, наконец расслабляясь. Это тяжёлое дыхание становится со временем таким лёгким, что Кевин не может сдержать улыбки на собственном лице, ему не нужно много слов, чтобы рассказать как сильно он любит этого человека, но мысли снова возвращаются к сегодняшнему утру, когда Миньярд безжалостно ударил его поддых, заставляя корчиться от боли. — Аарон? — подаёт чуть хриплый голос мужчина, продолжая трепетно перебирать волосы блондина. — За что ты сегодня ударил меня и не позволил мне прикоснуться к тебе? Подняв голову, выпрямляясь на руках, Миньярд приближается ко лбу Дэя, изменяя температуру. — Ты сегодня пил? — вместо ответа говорит блондин, смотря в глаза напротив. — Меня не было почти две недели, Кевин, я только что приехал, о чем ты? — Не шути так, Аарон, — брови парня в миг выражали недовольство, а руки подтянули сидящего на теле ближе. — Ты сегодня меня неплохо приложил. Буквально. — Я только недавно приехал, что ты несёшь? — с долей раздражения говорит блондин, сползая с колен Дэя, подходя к стулу, где благополучно висело его пальто, вынимая из сумки паспорт, билет, документы, которые прилагались к его делу и окончанию командировки. Вернувшись назад, принимая исходное положение на бёдрах брюнета, Миньярд вручает ему бумаги, сложив руки на груди. — у меня выдалось время побыть с тобой, а ты заливаешь мне, что я ударил тебя, хотя я блять был за три пизды отсюда. Скажи мне честно, ты пил сегодня? — Ты не только меня ударил, ты целый день вёл себя как безэмоциональный сухарь, смотрел на Натаниэля, словно это величайшая загадка мира, употреблял ужасное количество сладкого, а ещё полный блэкаут, ты осматривал фотографии на доске с таким безразличием, любой бы позавидовал. — от каждого слова эмоции на лице Аарона менялись с геометрической прогрессией, словно всё, что сейчас сказал Кевин для него было пустым звуком, словно Аарон в данный момент находится не здесь, а далеко за пределами своего разума, пока лёгкое касание не вывело его из раздумий. — Но меня даже в городе не было... — тихо произносит Миньярд, сталкиваясь взглядом с Дэем, который проверяет бумаги, рассчитывая, что это глупый розыгрыш от него и Веснински, что вызывало у него усмешку, а после и улыбку, которая медленно сползала, когда он проверил документы на наличие фальши. Между полицейскими повисло молчание, долгое, мучительное, пустое. Минута. Две. Три. Пять. — Блять! — срывается на крик полицейский, оглушив блондина пронзительным звуком.

***

Очнувшись в какой то непонятной светлой комнате, которая почти полностью пропитана запахом сырости, оказалось довольно уютно и тепло. Решая сфокусироваться, рыжий только замечает интерьер помещения: светлые однотонные обои, тёмные шкафы с большим количеством книг, светлый ламинат, стол, на котором было очень много предметов, большинство из которых были вообще никак не связаны друг с другом. Режущий глаза свет заполнял комнату, а металлические наручники раздирали запястья до крови, заставляя его вновь окунуться в прошлое с головой, но его положение не позволило этого сделать в буквальном смысле. Дойдя до мысли, что он почти полностью обнажённый, Веснински начал судорожно осматриваться, замечая свои вещи на одной из полок шкафов, добраться до которых было не то, что невозможно, а нереальным в его то состоянии. Блядство! Лёгкое чувство эйфории одолело его тело, пока разум покрывался мелкой пеленой возбуждения, это фактически наводило Натаниэля на мысль, что Эндрю накачал его наркотиками, а какими именно он понять не мог, ведь действие препарата в крови сводило с ума, заставляя рыжего желать до невозможности много. Желание прикосновений, Боже он сейчас сойдёт с ума, если что-то не поменяется. Стекающий пот с его тела, медленно держал свой путь по торсу, впитываясь в тёмно-синюю ткань классических штанов, оставляя мокрые пятна. Скрип двери заставил рыжего парня поднять взгляд голубых глаз на проём, откуда повеяло прохладным ветерком, позволяя сознанию пленника прийти в небольшое разумное положение. Было не сложно догадаться, что это был тот самый псих, который его похитил. Чёрная одежда выделялась на фоне белой, фарфоровой кожи. Военные берцы на высокой платформе, придающие Миньярду дополнительные пару сантиметров в росте, повязки на руках, скрывающие острые ножи. Безразличный взгляд ореховых глаз осматривал комнату, задерживаясь на полуобнажённом мужчине. Безумная улыбка медленно растянулась на лице блондина, пока по спине рыжего парня пробежал холод и отнюдь не от прохладного ветра, который заполнил помещение. Страх. Этот человек не вселял доверия, а лишь липкий страх, заставляющий разум, находящийся под наркотическим воздействием, усугублять положение. Медленно подходя к объекту своих сегодняшних пыток, блондин легко присаживается на чужие колени, грубо беря рыжего за подбородок фиксируя его в одном положении. — Какое милое личико... — послышался шёпот над ухом, который доносился до него словно из под толщи воды. Немеющие конечности не позволили Натаниэлю сопротивляться, поэтому всё, что ему оставалось — это смотреть как псих благополучно расположился на его коленях, неся какой-то бред. С застывшим страхом в глазах, Веснински наблюдал за блондином. Аарон Миньярд, так он подумал с самого утра, но тут он понял, что это далеко не Аарон. Слишком сильный, безумный и в отличии от Аарона, этот парень излучает смерть. — Ты смышлёный парень...— звучит со стороны сидящего на коленях, что буквально вытолкнуло рыжего из раздумий, пока хватка пальцев на лице сжалась сильнее, — Меня это так раздражает... — Угрожающе шепчет на ухо «Тень», касаясь холодной кожи кончиками пальцев руки, по мокрой от пота коже шеи, ведя полосы вдоль шеи к ключицам, Миньярд с нескрываемым удовольствием наблюдал за страхом в глазах рыжего, который старался что-то сказать, но его оторвал блондин. — Ты не сможешь разговаривать в ближайшее время из-за наркотика, поэтому я хочу придать тебе шарма, пока у меня есть на это время. Стоящий позади рыжего стол, который был полностью идентичным тому, что стоял перед глазами был удобным для действий блондина, надевающего на руки чёрные перчатки. Взяв свёрток крафтовой бумаги, мужчина развернул его, доставая упаковку с иглами. «Тень» молча раскрыл безвольный рот Натаниэля и посмотрел на его содрогающийся язык, — Прекрасно... — Сердце в груди рыжего на секунду оборвалось, и с громким стуком упало в пятки. Что тот хочет с ним сделать? Лёгкая паника охватила его тело, при виде иглы, а старания пошевелиться окончились провалом. Эндрю без единой эмоции на лице достал пару салфеток из только распакованной пачки, аккуратно поддев язык Натаниэля, вытащив его наружу, кладя на салфетки, а следом протирая насухо. Взяв в зубы маркер, открытая колпачок, мужчина ставит маленькую точку посреди языка, а после кидает вещь за спину. Неразборчивый набор букв прозвучал со стороны Веснински, пока язык слегка двинулся в сторону. Карие глаза, наполненные бездной тьмы и тайн обратились в голубые, словно бездонный океан — предупреждая. В меру сильный удар пришёлся по левой скуле, прямым, но молчаливым жестом намекая, чтобы Нат не мешал ему работать. Мысли кружили в его голове, словно рой пчёл, пока глаза нервно бегали по лицу напротив, страсть понять, чего именно хочет этот псих, но кроме непроницаемого ебальника — ничего! Сердце бьётся в бешеном ритме, температура воздуха в помещении оставляет желать лучшего его разуму, который сходит с ума. Он находится в руках человека, который на протяжении многих лет убил большое количество людей с тёмным прошлым, но Натаниэль не попадал под типаж больного ублюдка! Резкая боль обожгла его язык, а после и разум, пока каждая частичка его тела буквально натянулась словно струна, под весом Джозефа. Болезненная процедура доставляла слишком много удовольствия сидящему сверху мужчине, а уголки его губ растянулись в устрашающем оскале. Глаза напротив блеснули при виде металлической жидкости, стекающей по подбородку рыжего. Ложась на парня, Миньярд достаёт упаковку с новой штангой, заменяя иглу на серёжку, возвращаясь при этом в удобное сидячее положение, закручивая предмет, дабы он надёжно держался. Эндрю из любопытства надёжности (нет), подёргал за привлекательный металл во влажном языке Натаниэля, пока вновь хлынувшая кровь, моментально не окрасила белоснежную салфетку в ярко-красный цвет. — Ой. — Близнец Аарона без какого-либо сожаления произнёс это, вновь специально прокрутив серёжку, — Я такой неловкий, — после раздался тихий безумный смех, а салфетки полетели в рядом стоящее мусорное ведро. — Нужно обработать, иначе твой прекрасный язычок отвалится быстрее чем ты вернёшься в участок, — усмехаясь, кареглазый взял бутылку водки и открыв её сделал несколько глотков. Серийный убийца нежно растянув рот с высунутым языком двумя пальцами, указательным и средним, принялся рассматривать законченную, слегка окровавленную работу, — Тебе понравится Нати... — сладко шепчет псих, набрав целый рот водки, «Тень», совсем не заботясь о чужих чувствах и ощущениях, вытянул опухший язык, обтянутыми перчатками пальцами, вылил всю порцию выпивки на пострадавший язык. Ранение будто обожгло пламенем, пока кровь вновь с новой силой не хлынула, стекая по подбородку мужчины, сдерживающего слезы. Лицо напротив, лишь заинтересованно наблюдало за эмоциями рыжего, не скрывая своей безумной улыбки. Буквально столкнувшись носами с Натаниэлем, тёмные глаза Эндрю отражавшие всю его душу, которая была такая же чёрная и непроглядная, смотрели в наполненные солью голубые глаза, безжалостно сжимая подбородок. — Ну что, мой милый Нати, тебе нравится? — Усмешка обращённая в сторону рыжего, приносила сущий холодок на коже. Теперь Натаниэль действительно боялся Миньярда, — Ты такой красивый, когда плачешь...— Щекотливый тон был лишь обманкой, слишком мягкий и сладкий , что точно не должно сравниться с тем угрожающим ужасом в его глазах. — Я следил за тобой долгое время и ты мне так понравился, — сердце Натаниэль на пару секунд словно остановилось. Следил? Насколько долго? Что он успел узнать? Мысли прекратили свой оборот, когда блондин приблизился к истекающему кровью языку, лизнув кончик. Не сдержавшись от давно желаемого убийца вернулся к глазам, успокаивающе поглаживая большим пальцем левую скулу, куда буквально несколько минут назад прилетел удар. Прислонившись лбом в лоб пленного, Миньярд смотрит на губы Веснински, свободной рукой перебирая его волосы на затылке, резко сжимая их. Прислонившись собственными губами к чужим, Миньярд целует расслабленный рот Натаниэля, добавляя острых и болевых ощущений, периодически затрагивая металлическую серёжку в языке, двигая ей в разные стороны. Стон полный недовольства срывается с губ Веснински, пока он старался отстраниться. Хватка на затылке стала куда сильнее, а жёсткий взгляд сковал его движения. — Я чувствую как ты возбудился, извращенец, — шепчет мужчина, обращая внимания на синие брюки, где красовалось липкое пятно, которое выдавало его собственное возбуждение. Натаниэль не желал признавать того, что ему нравится, сбросив вину на наркотические вещества, присутствующие в его организме. Не давая шанса отдохнуть, близнец взял Абрама за скулы, вновь целуя в его губы. Спустя долгую паузу на поцелуй, Эндрю без какого либо интереса слезает с насиженных колен, беря ватную палочку, аккуратно обработав язык рыжего. Принятие заботы от убийцы для Натаниэля, было всё равно, что попасться в мышеловку на добровольной основе, поэтому стараясь не смотреть, юноша откинул голову назад, закрывая глаза, пока Миньярд стёр с его тела остатки спирта и крови, накинув на тело рубашку. — Неужели было так больно? — рассматривая запястья, мужчина слегка даже удивился поведению рыжего мальчишки, сидящего напротив него, но этого не показал. Вместо мольбы и просьбы остановиться, сопротивлений или слез, он предпочитал молчать, не показывая своей боли. Хотя заговорить он вряд ли сможет в ближайшие пару часов, но это не так важно. Уборка за собой заняла у него не больше 15 минут, пока он избавлялся от каких-либо следов. Дело закончено, а мужчина присаживается на стол по-турецки, достав пачку сигарет, зажав одну между губ, поджигая. Быстро втянув едкий дым, блондин заостряет свой взгляд на рыжем пленном, улыбаясь. — Игра обещает быть интересной... — говорит сам себе Миньярд, стирая большим пальцем ухмылку на лице.