Тень

Pyrokinesis — Зависимость.

Прошла неделя с того момента, когда Натаниэль в последний раз видел «Тень». Прошла ровно неделя с того момента, когда он прикасался к нему, когда он целовал его так страстно и напористо. Прошла ровно блять неделя с тех пор, когда Эндрю Джозеф Миньярд попросил его остаться, он попросил его остаться с ним на ночь, лежать в одной постели и тупо смотреть друг на друга всю ночь, оберегая сон, который накатил на них после долгих и грубых поцелуев. Плотно прилегая к друг другу, держа руки при себе, пока чужие осматривают каждый твой уродливый шрам, молчаливо восхищаясь, целуя каждый из них, медленно изучая, пока ты рассказываешь о происхождении каждого. Миньярд не считал его уродливым. Его шрамы на лице, теле, каждый шрам он успел поцеловать и исследовать. Натаниэль был в состоянии сладкой эйфории и приятного чувства внутри, глубоко внутри, в районе груди. Тёплое и необъяснимое чувство и желание жить, а не выживать. Принятие того, что кому-то нравится тот ужас, который творится на его теле, когда твой собственный дядя не может смотреть на твоё тело без сожаления. Он видел Натаниэля «таким», только раз, но он был первый и последний, а тут. Веснински был готов расплакаться от эмоций, который накрыли его с головой, когда Джозеф, не останавливаясь, мокро целовал каждый неровный участок кожи. Пошла целая неделя, а Натаниэль ужасно скучал по его прикосновениям, поцелуям и присутствия этого человека рядом. Тихая музыка разносится по пространству комнаты, пока рыжий парень сидит на подоконнике и тихо напевает в такт песни, погрузившись в свои мысли. Голубые глаза отражают солнечный свет, а пальцы не сильно сжимают фильтр сигареты, наслаждаясь запахом табака, напоминающий ему о прошлом. Оно его пугало, раньше, но теперь он остыл. Он всегда мечтал жить как нормальный человек, ребёнок, но к сожалению в его понятии «нормально» — это скучно. Даже слишком. Веснински — одна фамилия, что несёт множество проблем и море крови. Кто бы мог подумать, что у маленького мальчика будет столь насыщенное прошлое. Смерть, кровь, шрамы, моральное истощение и жестокость. Ни любви, ни ласки, лишь кровь, которая окутала Натаниэля с раннего возраста. Иногда он задумывался как бы была устроена его жить, если бы у него были нормальные родители. Нормальная мать и отец, а не психи, которые приносили ему вред, но что уже думать и гадать? Он имеет всё о чем мечтал, ну почти всё. «Семья» — для него понятие маленькое как и список важных людей для. Он маленький, но ужасно важный и каждого из членов этой семьи он боится потерять. Каждый из них оставил свою частичку в его сердце, особенно Эндрю. Не смотря на то, что мужчина имеет тягу к убийствам, Натаниэль не осуждал его — он заинтересован. Интересная фигура в его жизни, которая подарила множество интересного. Играя с железкой во рту, которую к слову «подарил» ему Миньярд, мужчина чувствует вибрацию телефона, что он благополучно проигнорировал, но тут же пришло ещё одно сообщение. Потянувшись, через силу, к телефону, рыжий приподнимает уголки губ, открывая чат. Не сложно было догадаться, кто ему написал, но этот человек определённо вызывает у него улыбку и конечно же множество эмоций. «Неизвестный»: — Приезжай ко мне. — Риз-роуд 263. Жду. Больше слов и не нужно было, сообщение проверки, а рыжий идиот собирается на встречу с «Тенью». Приведя себя в порядок, мужчина присаживается в машину, быстро ринувшись с места, оставляя все свои планы на сегодняшний день в долгий и очень большой ящик. Веснински ещё пару раз старается убедить себя, что это плохая идея, но разве его это останавливает? Кажется нет. Ему глубоко похуй. Через пару часов, долгих пробок и мучительных раздумий, Натаниэль останавливается у нужного адреса, а именно дома. Два этажа, а сбоку был открытый гараж, где стояла мазерати, а судя по звуку, кто-то ещё находился в этом помещении, поэтому не задерживаясь ни на секунду, голубоглазый двинулся на шум, где и застыл. Миньярд всегда выглядел безупречно, но сегодня он превзошёл себя или же Натаниэль... Влюбился? Сложно назвать «это» любовью. Он и сам не понимает, что чувствует, но он определённо знает, что защитит этого человека ценой собственной жизни и безопасности. Он поможет ему, даже не смотря на те страшные преступления, которые он совершил. Мужчина возился под машиной, без футболки, пока свет солнца освещал мокрый торс «Тени», который старательно проводил свою машину в порядок. Мышцы пресса каждый раз сокращались при движении мужских рук, что как всегда и неизменно должны были скрывать чёрные повязки, но сейчас, когда Миньярд закручивал гайки, их не было. Белые, еле заметные шрамы украшали его запястья и всю длину рук по локоть, что ничуть не портило столь чудесную картину, от которой в горле рыжего пересохло. Ровное дыхание груди так успокаивало Веснински, что он даже не понял, что засмотрелся на этого человека, который был пиздец как сексуален, но свои фантазии, как и желания он засунет глубоко в задницу и будет молчать, пока сам блондин его не заметит или же, пока у него не встанет... Вопрос. Не заметив чужого присутствия, блондин выезжает из под машины, убирая прилипшие волосы со лба, наконец замечая своего гостя, который не сводил с него взгляда с того момента как зашёл. Безразлично хмыкнув, привлекая чужое внимание, блондин вылезает из под машины и поднимается, быстро натягивая на себя футболку, пряча идеальное тело под чёрной тканью. — Я надеялся ты умер. — вместо приветствия сказал ему Миньярд, кидая в него бутылку воды, которая пролетела мимо, но смогла привести рыжего в чувства. — М-да. — Что? — Думал ты умер. К сожалению нет. — вытирая руки о первую попавшуюся тряпку, блондин быстро натягивает на себя одежду, кивая рыжему, чтобы тот шёл за ним. Послушно, без каких либо слов, ещё не отошедший Натаниэль, пошёл следом за мужчиной, который вёл его наверх. Пропустив парня на кухню, сам Миньярд ушёл в неизвестном для рыжего направлении, оставляя его одного. Классический стиль кухни, которая была идеально чистая, а на стуле рядом располагался маленький комок шерсти, что смотрел на Веснински голубыми глазами. Наклонив голову, животное медленно залезает на стол, осторожно подходя к новому гостю в доме хозяина, пока сам Натаниэль выставил руку, ожидая. Рыжая мордочка касается указательного пальца, начиная ласкаться с чужой рукой. Улыбка появляется на лице парня, который медленно гладит животное за ухом, положив голову на стол, представительно кладя руку на поверхность, удобно расположившись, смотря на животное. Обойдя руку, рыжик подходит к лицу голубоглазого, потеревшись мокрым носом об нос напротив, начиная мурлыкать, залезая на плечи гостя, хвостом проезжая по шрамированной щеке, продолжая исследование нового объекта в доме. — Царь. — слышится надменный голос с правой стороны от рыжих, пока в нём ловится доля обвинения в предательстве, хотя так и было. Светлые волосы идеально падали на лицо хозяина дома, который сейчас стоял в привычной чёрной футболке и чёрных штанах, о конечно же чёрные повязки, которые были неотъемлемой частью его гардероба, как думал Натаниэль, хотя с каждым разом он убеждается в этом больше и больше. Подняв голову, тем самым заставляя животное поднять голову тоже, пока две пары глаз обратили внимание на блондина, пропуская его в кухню. Питомец подаёт первое «мяу» в сторону Миньярда, расположившись в руках рыжего удобнее. — Он милый. — решает разбавить обстановку Веснински, смотря на то, как хозяин дома готовит кофе. — Обычно он не любит гостей, но видимо идиот идиота видит издалека, верно Натаниэль? — Интересное у нас однако было знакомство, да идиот? — нахально улыбнувшись, рыжий получает лишь убийственный взгляд Миньярда, который тут же отвернулся, принимаясь помешивать кофе. — 91%. — 91%? — спрашивает рыжий, принимая кружку кофе с рук блондина, что удобно разместился напротив. — Что это значит? — Процент моей ненависти к тебе. — Остальные 9% ты меня любишь? — продолжает издеваться рыжий, потягивая горячий кофе. — 9% всего времени я не проявляю желания убить тебя, а ненавижу всегда. — безразлично кидает ему блондин, обращая взор карих глаз на голубые, а после на своё домашнее животное, которое уже спокойно отдыхало на коленях Веснински, свернувшись калачиком, довольно мурлыкая. Обращая внимание на повязки, рыжий постукивает пальцами по горячей кружке, вспоминая как в прошлый раз целовал каждый белый шрам на его руках, тем самым показывая «Тени», что он принимает его таким какой он есть. — Да или нет? — внезапно выдаёт рыжий, пока получает положительный ответ от Миньярда. Отложив кружку в сторону, осторожно убирая животное со своих колен, Веснински поднимается с места, удобно расположившись на коленях блондина, пока тот смотрел на него с полным безразличием в глазах. Руки потянулись к чёрным повязкам, предварительно отложив горячую посуду подальше, дабы не разбить, рыжий снимает их, кладя на стол. Рассматривая каждый шрам, Натаниэль аккуратно пробегается кончиками пальцев по белым шрамам, которые были ему уже знакомы, но ему хотелось бы узнать больше, не вскрывая старые раны. Потянув руку к своим губам, тёплые губы соприкасаются с кожей рук Миньярда, оставляя мокрый поцелуй на самом большом шраме. — Ты замечательный. — тихо шепчет тот, улыбаясь. Медленно выцеловывая каждый сантиметр бледной кожи, Веснински прикрывает голубые глаза, переходя на костяшки пальцев. Почувствовав как руку быстро убрали, рыжий обращает свой взгляд на лицо напротив, замечая еле заметный румянец на физиономии Миньярда, оставаясь довольным своей работой. — Ненавижу тебя. — осевшим голосом произносит блондин, отводя взгляд в сторону, стараясь не обращать внимание на бешено бьющееся сердце, которое как оказалось умеет работать и в таких ситуациях. — Да или нет? — С тобой всегда да... — тихо шепчет в губы рыжий идиот, обвивая шею напротив руками, пока его собственные губы не накрывают чужие. Поцелуй как всегда вышел требовательным, страстным и конечно желанным, но что-то тут изменилось. Вместо грубых укусов, сейчас его губы целуют с нежностью? Точного объяснения этому нет, но этим нежные, лёгкие укусы и поцелуи сейчас передавали те эмоции, которые оба испытывали, когда были на расстоянии друг от друга. Веснински зарывался пальцами в чужие волосы, сжимая их и периодически перебирая, пока чужие руки, расположившись на его талии, забирались под ткань лёгкой футболки рыжего. Отрываясь друг от друга, Миньярд смотрит в голубые глаза, когда те смотрели на него с иной точки. Они отражали благодарность, которую блондин выражал молча, но этого было более, чем достаточно. — Могу ли я задать вопрос? — отпуская шею, Веснински присел обратно на свой стул, получая положительный ответ. — Почему после всего, что с тобой случилось...— чуть помедлив, чтобы подобрать нужные слова, рыжий вновь смотрит в карте глаза. — Ты терпишь... Меня? Этот вопрос остался без ответа, ведь глаза напротив стали теснее, а дыхание собеседника участилось. Он молчал. Слишком долго для раздумий, но Натаниэль не собирался даже его торопить. Резкий звук стула, который упал и блондин пошёл прочь с кухни. Ему нужно закурить, но последовавший звук его даже не остановил, но заставил повернуться. — Стой. — рука рыжего застыла в паре сантиметров от его собственной, а голубые глаза с беспокойством смотрели на него. Беря чужую руку, Миньярд с силой сжимает её. — Вот почему, Натаниэль. — отбросив её, «Тень» уходит, оставляя гостя одного в компании домашнего питомца. Кажется он опять проебался...

***

Сидя на крыше собственного дома, блондин медленно курил уже вторую сигарету, погрузившись в свои мысли настолько глубоко, что не заметил как она дотлела до фильтра. Эти тупые, блядски красивые глаза, которые принимали его и смотрели с другой стороны. Его тупые стереотипы слушаться и следовать его границам. Он умеет останавливаться, когда его просят, он умеет слушать и выслушивать его. Натаниэль Веснински — его единственная проблема, от которой он не сможет избавиться. Он его ненавидит. Он ненавидит эти голубые глаза, которые с преданностью смотрят на него. Он ненавидит этот прекрасный смех и эти нахальные, которые срывались с уст рыжего. Он ненавидит его за то, что Натаниэль принимает его, его загоны и границы. Поджигая новую сигарету, которая была выхвачена у него из рук гостем, Миньярд лишь безразлично кидает на него взгляд, доставая новую. Разместившись рядом с блондином, Веснински молчит, пока он наслаждается запахом табака тлеющей в его пальцах сигареты. — Я не знаю, что говорить в таких случаях, но спасибо тебе... — поймав еле заметный взгляд с долей интереса от Миньярда, Веснински продолжил.— Я не знаю как общаться с людьми, ведь я никем не интересуюсь. Но ты... Ты единственный человек, который заинтересовал меня, даже не смотря на то, что ты убиваешь. Я тоже убивал, на моих руках много крови, но Эндрю — это не делает тебя хуже. Ты помогаешь многим детям... Я не смогу тебя понять, но спасибо, ты потрясающий... И... — Заткнись. — Ты самый лучший человек... Я благодарен тебе за то, что ты появился в моей жизни. — Если ты не закроешь рот, я сброшу тебя с крыши. — беззлобно произносит Миньярд, стараясь показать своё полное безразличие, пока его сердце отдаёт бешеный ритм, а щеки еле покрылись розовым румянцем, который слава богу был не заметен при свете лучей заходящего солнца. — Тогда я потяну тебя за собой. — Ненавижу тебя. — Чем больше ты это говоришь, тем меньше я тебе верю. Я... Договорить Веснински так и не успел, ведь его затянули в грубый поцелуй и привкусом крови и крепкого табака. — Ненавижу... — единственное, что произносит Миньярд, снова утягивая Натаниэля в долгий, страстный и тягучий поцелуй.