Романтик

Темный Лорд, гроза всей Британии и даже всего мира нервно расшагивал по темному подземелью, покрытому паутиной и брызгами крови, которые хоть немного оживляли обстановку. Не то, чтобы ему это нравилось, как раз наоборот, но имидж-то нужно поддерживать. На самом деле, Том был личностью романтичной и нежной, но статус не позволял носиться по миру с полубезумной улыбкой на красивом личике и ромашкой в зубах. (Конечно, как вариант, рассматривались и розы, но, оказалось, что шипы больно царапаются, так что эти цветы не подошли). Ему пришлось даже носить магическую личину, которая изменяла его внешность на змееподобную, потому что Люциус, один из немногих по-настоящему приближенных к волшебнику, сказал, что никто его бояться с таким красивым фейсом не будет. Более того, его темнейшеству придется позорно сбегать от бушующих фанаток, которые захотят прибрать в свои цепкие лапки и мужчину, и его немаленькое состояние. Но решающим доводом оказался факт, что симпатяжку в мантии в цветочек вряд ли станут бояться, а, опять-таки, имидж поддерживать нужно. В общем, Темный Лорд, в не менее темных одеждах, нервничал, в ожидании верного слуги. Ну и скучал. Немножко. Наконец, высокий камин замерцал и вспыхнул зеленым светом, а мгновением позже из него вывалился потрепанный Малфой-старший. - Ну, как все прошло? – Реддл метнулся к другу. - **** и **** - Спокойно. Так, давай, как тренировались: вдох-выдох, вдох-выдох… Ну, так, как? - *** - Уже лучше. Еще разок! Малфой дышал как носорог, пока Лорд аккуратно тащил его по комнате. Спустя пару минут и тонну матерных слов, среди которых Реддл выделил несколько новых, они остановились у серой, как и все помещение, стены. Точным, многократно выверенным движением, Том вдавил один из кирпичей внутрь. Стены затряслись, посыпалась пыль, от которой волшебники стали напоминать посыпанных пеплом монахов в печали, тайный проход открылся… Попавший сюда в первый раз, вряд ли бы поверил, что такое светлое и солнечное помещение, казалось, дышавшее свежестью, принадлежало Темному Лорду. Светло-голубой шелк, тонкие воздушные ткани, огромное окно, открывавшее доступ солнцу, множество благоухающих цветов. Камин из белого мрамора, мягкая шкура ( Да не магловская, нет! Медведя! От старости умершего! И вообще, Лорд, между прочим, Гринпис финансировал!) возле него и удобные кресла, что служили прекрасным местом отдыха в холодные вечера. Комната была прекрасна. Опустив друга в кресло, Том с нетерпением спросил: - Ну, рассказывай, наконец. - Да что рассказывать-то? Пришли мы, значит, в это министерство, а там Поттер с дружками! И что делать? Не убивать же их?! Изображаем мы, значит, сражение, и тут, чувствую, Дамблдор явился! За пророчеством, скотина, побежал, а детей, как щит, поставил! – аристократичное лицо исказилось в гримасе отвращения. - Мало ему, что вселенским злом тебя выставил, и все свои делишки на тебя вешает, так он детей подставить решил! - Всё в порядке? – Лорд, снявший в комнате маску, выглядел озабоченным. - Не совсем… Я тебе давно говорю: пора школу отбивать, пока там всю молодежь не угробили. Ты слышал, кого там на защиту от Темных Искусств поставили?! Амбридж! Эту жабу! Да она ничего не смыслит в этом и только к министру подлизывается! Бедные дети… - Люциус сокрушенно покачал головой, представляя, в каком ужасе сейчас его сынуля обитает. - Ну так что? – терпение Реддла иссякало. - В общем, пока мы детей от заклятий старика прикрывали, Поттер пророчество нашел, прослушал, разбил и мне язык показал, паршивец. Прости, Томми. Я знаю, как это было важно для тебя… Темноглазый брюнет расстроенно опустился в соседнее кресло. Пророчество было для него важно, поскольку сейчас, увязнув в интригах директора, ему тяжело было защищать своих людей, прикрывая их от магического мира, который искренне верил в темноту их замыслов. Никому и в голову не приходило, что Темный Лорд едва не погиб, пытаясь защитить семью Поттеров от обезумевшего старика, что он никогда не пытался уничтожить маглов, что он искренне хотел мира, а пророчество могло бы подсказать ему, что делать дальше, где искать выход. Взгляд темных глаз скользнул к окну, за которым пылал закат. «Как символично, - подумалось волшебнику, - похоже на конец моих надежд.» - Люц, что мне делать? Я совсем потерял путь… - волшебник сгорбился в кресле от веса бесконечного отчаяния, что навалилось на него. Малфой с болью смотрел на своего друга. Ему было невероятно тяжело нести на себе бремя ответственности за стольких людей, которое он получил, восстав против старика, считающегося мессией света, и чья черная душа была полной противоположностью всеобщему заблуждению. - Но выход есть, - наконец промолвил блондин. – Поттер ведь слышал пророчество. Он теперь знает правду. Нужно просто спросить у него. - Я не думаю, что стоит вплетать сюда мальчика. Он еще слишком юн. - Ты давно не видел его, Томми. Мальчик давно вырос. - Тогда, я полагаю, ничего не остается? Получив в ответ утвердительный кивок, Реддл продолжил: - Что ж, тогда найди его, но не показывайся на глаза. Не стоит его пугать. Я сам поговорю с ним…