Приворот

— Купить тебе? — Он посмотрел на нее как на привидение, но Марина не придала этому значения. Отсчитала монетки и протянула. — На, держи. Брагин с отсутствующим видом подошел к Нарочинской и вгляделся в ее лицо, будто видел впервые. Марина убрала руку, и Олег ожил: — Дай мне свой. Нарочинская непонимающе моргнула, но вручила мужчине стаканчик с кофе: — С перитонитом поможешь? — Когда? — Три минуты, наркоз уже идет. Брагин не ответил, и Марина, посчитав его молчание согласием, ушла. Откуда-то у нее была уверенность, что мужчина обязательно придет на подмогу. Олег зажмурился, утонув в нахлынувшей волне болезненных воспоминаний. Лариса. Эта солнечная девочка, благодаря которой Брагин научился очень многому, которая всю свою жизнь положила на помощь другим… Почему она? Почему именно ее не получилось спасти? Почему?.. Мужчина залпом допил кофе и быстро направился в операционную. — Брагин, ты в порядке? — Нарочинская догадывалась, что с ним происходит. Только считала, что лезть в душу не имеет права. Ее туда не звали. Олег посмотрел во внимательные синие глаза и выдохнул: — Все хорошо. Марина была совершенно не похожа на Ларису. Оно и к лучшему.

***

Брагин завернул за угол и налетел на Нарочинскую. Она ойкнула. — Блин, — Олег на автомате поймал Марину, — больно? Я случайно. Он был таким трогательным сейчас, что женщина не разозлилась, хотя ощущения от столкновения были не очень приятными: — Не сильно. Куда ты мчишься-то? — Да никуда, — он улыбнулся, — задумался просто, а шаги у меня большие. — Я заметила. Можешь, отпустишь? Брагин помотал головой: — Неа. Попалась ты, Марина Владимировна, — и потянулся к ее губам. — Брагин, ты обалдел? — от умиления не осталось и следа. — Руки убери! — Да не ори ты, — Олег выразительно поморщился. — Люди сбегутся. Нарочинская попробовала оторвать от себя его руки: — Отпусти! — Отпущу. Минутку постоим, и отпущу, — он поймал взгляд, мечущий молнии, и мастерски прикинулся дурачком. — Тебе жалко, что ли? — Жалко у пчелки. Марина так забавно возмущалась, что Брагин не выдержал и поцеловал ее в нос: — Уймись. Нарочинская засопела — сил на ругань не осталось. Проще было выждать чертову минуту и выбраться из лап этого невыносимого типа. В это же время Лена Михалева вышла из Склифа с баулом в руках. Сумка была не особо тяжелой, но массивной и при ходьбе постоянно била по коленям. «Кто бы помог», — грустно думала медсестра. Но никому до нее не было дела.

***

Звонок прозвучал бензопилой. Брагин, не открывая глаз, промычал что-то нечленораздельное и дотянулся до мобильника. После первых же фраз с мужчины слетел весь сон: — Ты шутишь, что ли?.. Понял. Скоро буду. События следующих двух часов слились воедино: стремительный путь до дома Нарочинской, ее отец, лежащий на полу в припадке, перекладывание Владимира Сергеевича на кровать и нервный, почти истерический рассказ Марины. — Как же ты справляешься-то? — только и смог выдавить из себя Олег. — Да нормально все, — судя по голосу, Нарочинская приходила в себя. — Что мне его теперь, в дом престарелых сдавать, что ли? — она глубоко вздохнула, проглатывая остатки слез. — Ну, жру отцовское снотворное время от времени, когда уже совсем напрягаюсь. Брагин не думал — взял ее за руку, притянул к груди и обнял: — Ты со снотворным-то поаккуратнее. Привыкание бывает. Марина уткнулась носом ему в плечо, чувствуя, как снова заслезились глаза: — Да не бойся, я тебя все время вызывать не буду. Олег зажмурился. Господи, сколько же боли в этой девочке. И сколько силы. Помочь бы — так она не позволяет. Не хочет позволять. — Да ты вызывай, — погладил ее по волосам. — Кофе хочешь? — поинтересовалась Нарочинская через минуту. Брагин угукнул, поэтому она уточнила. — С сахаром? — Неа. Марина помолчала и неожиданно озвучила: — Ты прости, я с мужиками не очень церемонюсь. — Да я заметил, — Олег стал легонько раскачиваться, раскачивая и Нарочинскую, словно убаюкивая. — Ну, знаешь, — она усмехнулась. — Впрочем, как и они со мной. — Проехали. Женщина прикрыла глаза: — Брагин, твое приглашение домой-то в силе еще? Или позволяет. Олегу вдруг очень захотелось стать ей нужным. — Пароль «всегда». — Не думай, я не совсем безрукая, я даже салат могу с креветками приготовить, — зачем-то начала рассказывать Марина. Она не догадывалась, что именно сейчас Брагин почувствовал себя живым. Впервые за долгие месяцы.

***

— Трансфузиолог есть у нас? — Уже идет, через пять минут будет, — отчиталась Лена. — Да хрен с ним! — решил Брагин. Нарочинская пронзила мужчину взглядом: — Я без него начинать не буду. — А я буду, — Олег терпеть не мог, когда с ним спорили по работе. Марина хотела возразить, но сдержалась: — Допустим. Но без сосудистого оперировать опасно, — напомнила она. — Что теперь, до ночи его ждать, что ли? — Что у вас? — в предоперационную заглянул Пастухов. — Вот тебе сосудистый! — с нажимом произнес Олег. — Может, тебе еще специалиста по вышиванию крестиком вызвать?! Его неожиданное хамство после бессонной ночи резануло особенно сильно. — Придурок.

***

— Чего тебе? — возмутилась Марина, когда ей преградили путь. — Поговорим, — Брагин, держа кофе в одной руке, схватил Нарочинскую другой. Марина сама не знала, почему не вырвалась, — сейчас мужчина ее не удержал бы. Они зашли в пустую палату. — Че ты накинулась на меня в операционной? — Я? Это ответная реакция была. — В смысле? — не понял Олег, сбавляя обороты. — На что? Нарочинская освободила ладонь и скрестила руки на груди: — На твое хамство, Брагин. — Какое? — он искренне не врубался. И женщина не собиралась ему помогать: — Обыкновенное такое хамство. Если тебя в детстве не воспитывали, то я бессильна, — припечатала Марина и собралась уходить. Но мужчина обхватил ее за талию: — Да подожди ты. Объясни, чтобы я больше так не делал. Нарочинская вырвалась, но уходить передумала: — Зачем? — Не хочу с тобой ссориться. Она даже не поверила и Цербером вгляделась в его лицо — издевается, что ли? Но нет, Олег был абсолютно серьезен. — Наезжать на меня за то, что я не хочу рисковать пациентом, — это хамство. Теперь Брагин сообразил. Но извиняться не собирался: — Понял, — почесал затылок и протянул женщине стаканчик. — Будешь? Я не пил, он как раз слегка остыл. Марина фыркнула: — Там цианид? — Приворотное зелье, — брякнул в тон ей. — Лучше бы цианид, — усмехнулась Нарочинская. Однако кофе взяла.

***

— Привет, — протянула Марина. — Привет, — Брагин выпустил струйку дыма. — А мы договаривались? — А че, не пустишь? Он кивнул вглубь квартиры: — Проходи, — дождался, когда Нарочинская оглядится. — Как отец? — Все так же, — Марина уперлась спиной в барную стойку. — Ну, сиделка приехала, теперь побольше свободного времени будет. Олег бросил сигарету в пепельницу, подошел к женщине и поставил руки по бокам от нее, тем самым заблокировав пути отхода: — Ну что, теперь ты внесешь меня в свой график? — чмокнул в лоб и потянулся к губам. — Милая… — Фу, — Нарочинская себя поцеловать не дала. — Брагин, не называй меня так. Он усмехнулся и приподнял брови: — А как мне тебя называть? — а сам подумал, что хорошо хоть говорить начала, что ей не нравится. Еще бы узнать, что нравится. — У меня имя есть, — Марина посмотрела мужчине прямо в глаза. — Ну, или фамилия. — Никогда бы не подумал, — хмыкнул Олег и все-таки урвал легкий поцелуй. — Есть хочешь, Марина Нарочинская?

***

Они сидели на развернутом диване — там оказалось удобнее, и добивали последние пельмени из холодильника. — Чего ты? — глянул на резко погрустневшую гостью Брагин. — Че случилось? — она непонимающе приподняла брови, и он объяснил. — Такая печальная. — А ты ждал, я тебя веселить буду? — Нарочинская криво усмехнулась. Олег отставил тарелки — свою и Маринину — и обнял женщину: — Да ничего я не ждал. Уже и спросить нельзя. В его руках почему-то стало очень спокойно. Прямо как утром: — Можно. Я уже сказала, что с мужиками не очень. — А я с женщинами, — Брагин хмыкнул. — Давай учиться? А то как дикари. Нарочинская аж отстранилась от удивления. Однако в объятиях осталась: — Ты серьезно? — А я похож на клоуна? — парировал он. — Честно? — Марина коротко рассмеялась. — Бывает. Олег улыбнулся, но продолжил стоять на своем: — Ну так что? — Что? — Нарочинская вдруг почувствовала себя неуютно. Испугалась, что ли? Он закатил глаза, но повторил: — Учиться будем? Марина отклеила улыбку с губ и пристально посмотрела на мужчину — кажется, он был уверен в том, что говорил. — Ну че ты? — по-своему истрактовал Олег. — Укушу я тебя, что ли? Нарочинской очень хотелось дать заднюю и отказаться. Но… — Давай тогда по-честному. Без других кандидаток на совместное обучение. Брагин с облегчением выдохнул — их желания, кажется, совпадали, а требования Марины оказались вменяемыми и вполне выполнимыми. — Договорились, Марина Владимировна. Только у меня тоже просьба: зови меня по имени. Хотя бы иногда. В синих глазах мелькнули хитрые искорки: — Договорились, Олег Михайлович.