Одолжение и спасение

Ослеплённые сном глаза распахиваются от тяжёлого дыхания напротив. Когтистые лапы чувствуют что-то тёплое и приятное. Оно дышит и издаёт своеобразное сопение. Хаск лениво водит взглядом в стороны. Он утыкается мордой в красную бабочку, а лапами обнимает демоническое тело в алой одежде. Подняв глаза, кот замечает мило спящее Оленье лицо. Опущенные ушки, закрытые глаза и снятый монокль. Улыбка не спадала с морды даже во сне, но казалась менее стрёмной. Расплывающаяся в глазах картинка стала становиться более чёткой и в туманный разум стало приходить осознание. —Ёб твою... —Хаск вскочил, и раскидывая ногами и руками, свалился с кровати, —Аластор, твою мать! —Выкрикнул кот, схватившись лапкой за одеяло, —Какого дьявола?! —Он попытался подняться, но при резком движении ударился макушкой об стол, —Бля... —Кот положил лапу на травмированное место, болезненно шипя. —Ох, мой дорогой друг, —Ал встал бодро и спустил ноги с кровати. Было чувство, будто он проснулся уже давно, —Хаскер, —Олень "уважительно" обращался к старшему, руками обхватив его, поднимая с пола, —Не хотел тебя пугать, —Радио демон виновато улыбнулся. Он усадил кота на колени. —Я ещё раз спрашиваю, —Томно и строго говорил демон, —Какого хуя, Ал?! —Котофей лапами толкал Оленя в грудь, но тот не пускал его. —Знаешь, Хаскер, —Радиоведущий похотливо улыбнулся, потянувшись, —Мне так было лень идти до своей комнаты... Хаск выбрался из рук Аластора и сел рядом, смотря на его довольную морду. Радио демон же, взглянул на него также непристойно, начав спускать по кровати вниз, на пол. —Но ты, —Руки Оленя легли на пушистые ноги алкоголика, —Можешь наказать меня за это, —Голова легла на колено Хаска, когда сам Ал на них встал. —Так, мать твою, —Кот интуитивно скривил взгляд, —Где подвох? —Нет никакого подвоха, Хаскер, —Улыбка читалась через голос, —Я докажу. Ал дотянулся рукой до "посоха", опирающегося об стол. Эта вещица у него давно и служила в разных целях. А сейчас, он взял её в руки поперёк, разломив на две части. С обломанных краёв посыпались демонические крики, которые заставили Хаска дрогнуть. Продолжились они недолго и через мгновение утихли. Коту всё ещё не внушала доверия данная обстановка. А теперь вообще. Алые глаза Аластора не спускали с него виду, отчего по телу пробежались мурашки. Он всё ещё не доверял этому клоуну, хотя что-то в груди всё так же трепещало. Олень увял в лице. Его улыбка сменилась более задумчивой лыбой, и он, похотливо ухмыльнувшись, потянулся к Хаску, положив леденящие коготки на его пушистые щёки. Морды находились близко друг к другу, а носы чуть ли не соприкасались. Кот пытался не подавать ярких эмоций, ибо знал, что это наверняка опять какая-то шутка. Однако, всё казалось иначе. Аластор закрыл глаза, всё так же демонически улыбаясь. Он резко и неожиданно прильнул к звериным губам товарища, чувствуя горький привкус алкоголя. Да, всё же, та выпивка, которую он пьёт, то ещё дерьмо. Губы Ала обожгла та горечь и жаркое дыхание. Уши на его макушке опустились, поджимаясь к голове. Хаск, лицемерно глядя на Оленя сверху, качнул головой. —Всё же не шутишь, —Улыбка озарила морду пушистого, —Похотливый Бемби. Щёки Ала покрылись жаркой краской, пока улыбка стала более пассивной, описывая примерное состояние искушенного Оленя. Он и вправду никогда бы не "пал" перед кем-то вот так, но зная своего товарища довольно давно, ещё и с прошлой жизни, стоило попробовать. Хаск, обвив мягкой лапой шею демона, припал к нему, грубо целуя. Кажется, он полностью раскусил грязный пунктик радио демона, хотя тот и не жалел в принципе. Он лишь жадно пронизывал языком привкус алкоголя и чего-то ещё. Коту кажется, было вообще всё равно, что читалось по его выражению морды. Однако сердце, или что там от него осталось, так не считали. Первые минуты, Хаск не чувствовал ничего кроме пустоты. После её стали заполнять другие трепещущие чувства, ведь то что было раньше ушло. Почти полностью. Осталась только маленькая часть, которая уговаривала: "Это шутка. Не верь. Это всё ложь", но Хаску было не до неё. Именно сейчас он мог почувствовать себя ближе и теплей, а это убеждало больше, чем та маленькая часть. Аластор не сопротивлялся. Даже когда его руку обхватила пушистая лапа, несильно сжав. Олень лишь прерывисто выдохнул, отстранившись. На лице всё так же зияла похоть и сраная улыбка. —А теперь... —Маленькая частица понимания переросла в осознание, —Пошёл вон. —Почему? —Грубо и чётко. Хаск никогда не говорил с Аластором в таком тоне, —Разве не этого ты хотел, —Будто читая мысли, Олень вздохнул, опустив плечи. —Я знаю, что ты что-то затеял, и просто используешь меня в своих планах, как когда-то, —Трепещущее чувство угасло. На его место приходила тьма и осквернение, —Ты просто лживый говнюк. —Я помню, —Ал вновь скатился на колени, но теперь утянул лапу кота, ласкаясь об неё щекой, —Когда получил рану, —Когти на лапе не сжимались. Радио демон чувствовал, как расслаблен кот, —Ты не стал тащиться за аптечкой. Ты посадил меня на стойку, —Олень прикрыл глаза, —И стал обрабатывать раны алкоголем. Хаск непонимающе изогнул бровь. Казалось, что Ал был в какой-то смуте, ибо никогда так себя не вёл и не выглядел, мягко говоря овощем. —Ты не представляешь, —Олень потянулся выше, —Как это было приятно, —Лёгкая усмешка слетела с его губ, которые тянулись к демону, —Хаскер, дружище, —Алый придерживался за шею зверя, —Одари меня той же теплотой, которую хочешь испытать сам. Хаск застыл. Он не двигался, не моргал, не дышал и кажется, не думал. Его взгляд был сосредоточен на правдивых Оленьих глазах, в которых сияла искорка. Она отражала частицу тех чувств, которые Хаск пережил в последние несколько дней. Казалось, он не врёт. Это был последний шанс и последняя надежда на более-менее хороший конец. Если Демон и придаст его, то Хаску ничего не останется, как отвернуться от всех, запивая полученное алкоголем. Он уйдёт от всех, как и проблемы. Но... Сейчас должно волновать другое. Жаждущие внимания глазки закрывались и открывались, изредка подрагивая. Ал ждал любого ответа, хотя знал каким он будет. —Знаешь, —Хаск не изменился в лице, —А пошло оно всё, —Кот явно не договорил и приулыбнулся, притянув к себе демона. Олень примерно знал окончание этой фразы. Грозные лапы спустились с щёк на шею и ниже по плечам. Хаск повлёк Оленя к себе, медленно отдаляясь. Аластор покорно приближался к тому. Обоим не особо нравилась эта игра, но деваться было некуда. Чтобы сбавить пошляк, Демон втянул Радиоведущего в грязный поцелуй. Холодные руки постепенно обвивали спину кота, поддаваясь вперёд. Аластор успешно взобрался на алкоголика, чувствуя как тяжёлая лапка тянет его ниже. —Ну что, Бемби, —Хмыкнул Хаск, —Готовь жопу. Аластор улыбнулся. Он видел азарт и понимание в глазах старого друга. Олень прижался к шкурке, сухо шикнув. Он не смотрел в его глаза, положив подбородок ему на плечо, жарко дыша. Худая задница Радио демона чувствовала мужской орган снизу, и магией приспустив штаны, Олень нерасторопно опустился. —Сам захотел, —Хаск грубо ухмыльнулся, толкнув демона от себя на кровать. У Ала нездорово блестели прикрытые веками глаза, но он продолжал смотреть на своего друга, блаженно улыбаясь. Хаск сторонился таких неизменчивых эмоций, но к ним уже привык. Он с осторожностью подвинулся к Оленю. Его красные брюки были где-то на углу кровати. Хаск всё ещё думал, где подвох. Сухо вздохнув, он ввёл наделенный влагой член в узкое колечко Бэмби. Аластор вскинул голову, положив запястье ко лбу, легко выдохнув. Хаск был хорош. Даже слишком, для своих лет. Хотя, считалось ли это, будь он в облике демонического кота. Тем более в аду. Он нежно вводил орган внутрь, испуская по капле смазки. Олень простанывал его имя. Громко и нечётко. Его голос превратился в шумящие радиоволны. Будто телек сломался. Тяжело вздыхая, в такт пошлым хлюпаньем тел, Хаск наслаждался узким проходом Ала, пока тот на втором оргазме смог ярко кончить. Алкоголик сделал это следом, спустя ещё пару-трое толчков. Кот отстранился от Радио демона, вытирая пот лапой со лба. Аластор поднялся, и дотянувшись до друга, попросился в мокрый расслабленный поцелуй. Хаск обхватил его, притягивая к себе. Обоим стоило принять ванну и перевести дух. А после и обговорить всё. Все последующие действия сопровождались молчанием и только иногда партнёры слышали друг от друга вздохи и кивки. Обменивались косыми взглядами. Честно вам сказать, мокрый Хаск, это то ещё зрелище. Особенно его кошачья морда.