Трейси Салливан и спасти мир.

Ознакомление с персонажем от его лица. Я Трейси, и я переехала из Канады в Хоукинс в 12 лет. Сейчас я учусь в старшей школе и меня уверенно можно прозвать «серой мышью» среди учеников школы. Неприметная одежда, в основном нейтральных и холодных цветов, порой чёрные или серые футболки. Белые конверсы и всегда собранные волосы. Если бы не моя хорошая успеваемость и награды за многие предметы, то возможно никто и не знал бы, что я существую. Я никогда не отличалась взрывным характером, никогда не вытворяла что-то из класса вон. У меня нет друзей, я одиночка и мне комфортно в таком образе жизни. Мои родители состоятельные люди, они никогда не были строги ко мне и наоборот пытаются помочь адаптироваться в обществе. Иногда это раздражает. Самого первого дня я не спешила... нет.., не собиралась находить общий язык с кем либо. Пару раз со мной пытались поладить несколько ребят, но поняв, что я не настроена впускать их в свою однообразную жизнь, быстро бросили свои попытки. Пару раз со мной даже пытался заговорить сам Стив Харрингтон, но и это обошлось провалом. Я почти уверена, что не ради дружбы он лез ко мне. Если первые пару месяцев на меня косились и пускали словечки, как «ненормальная» или «неземная», то сейчас меня ровным счетом больше нет... обо мне забыли и не обращают внимания. По крайней мере, так было тогда.... ______________________________ Было темно, время было около десяти часов вечера. Уилл спешил домой после времяпровождения с друзьями, за игрой «подземелья и драконы». На улице не было ни одной живой души. Фонари светили плохо и потому приходилось, как можно сильнее напрягать глаза, чтобы случайно не наехать на камень или углубление на дороге. В один момент из леса что-то выбежало и метнулось через дорогу, Уилл испугался и потерял равновесии, после чего упал в небольшой кювет. Он потёр ушибленное бедро и огляделся. – вот блин, что это было? - он снова огляделся, но его взгляд привлекло что-то. Оно шевелилось и было большим, возможно с размером медведя, но медведи, так близко к дороге не приближаются. Это что-то дёрнулось, а затем зарычало. Уилл отступил на два шага и побежал. Он бежал домой, надеясь найти там укрытие от твари, что нагоняла его. ________________________________ От лица Автора. – Трейси! - позвала женщина лет 35, оглядываясь при этом на лестницу и ожидая, когда ее дочь спуститься вниз. - у меня для тебя небольшой подарок! - она заговорщически оглянулась на мужа и улыбнулась. – Прости, мам, я уснула. - протирая глаза спустилась девушка и взглянула на мать. – ничего страшного. - понизив голос, хитро и загадочно приговорила Лиз. Лиз сунула средних размеров коробку в руку дочери и снова оглянулась на мужа, что стоял облокотившись об кухонный стол и спокойной улыбкой смотрел на дочь. Мать нервно потёрла руки и поспешила дочь открыть коробку. – Ох.... не нужно было... это правда лишнее... - не находя слов проговорила Трес. – оно такое красивое. - проведя рукой по ткани, быстро пробормотала девушка. – что значит не нужно было?! Оно тебе отлично подойдёт! Платья! Вот чего не хватает в твоём гардеробе!!! - воодушевлено, возмущённо проговорила мама Трейси, после чего взяла ту за руки. – А ещё по больше ярких цветов! - спохватился отец. – Спасибо... я... мне оно очень нравится! Правда! Оно очень красивое!!! - быстро высвобождаясь от матери и схватив коробку, почти бегом отправилась к себе в комнату Трейси. Она закрыла плотнее дверь и скатилась вниз по стене. Метнула последний взгляд на коробку, тяжело выдохнула и закрыла глаза. В комнате горела настольная лампа и потому свет в комнате был приглушен. Трейси медленно встала и отправилась к столу, оставив коробку с платьем на кровати. На столе находилась канцелярия: карандаши, мелки, краски, ластик и бумага. Разные рисунки располагались на столе. Трейси взяла один из этих рисунков и пригляделась. В груди резко сдавило, живот скрутил спазм. – что-то случилось.... что-то ужасное случилось той ночью... - хрипло прошептала Трес и легла на кровать. Немного успокоившись, Трейси провалилась в крепкий сон. Темнота. Ничего не разглядеть. Первое чувство, что накатило - страх и волнение. По коже пробежали мурашки. Быть может от холода, быть может от неистового страха. Под ногами хлюпала вода, но внимание девушки привлекло кое-что иное. Она пригляделась и увидела небольшой свет, а там находилось что-то. До слуха донеся голос, тихий и дрожащий. Трейси стала медленно надвигаться на источник этого голоса. Чем ближе она приближалась, тем лучше могла разглядеть что находилось перед ней. Она остановилась в паре метрах. Это было самодельное сооружение, небольшого размера...домик. Из досок и покрывал. Она опустилась на колени и задвинула покрывало, что висело за место двери. – нет.... - тихо шепнула Трейси, а глаза ее расширились от столь знакомого ей лица. Внутри сидел Уилл Байерс. Весь напуганный и уставший. Глаза красные, быть может от слез. Весь трясётся и судорожно что-то шепчет. Трейси смогла различить лишь: «мама», «тут», «помогите». Он смотрел на одну точку и явно боялся, что что-то его найдёт. Уилл резко зажал рот рукой, а Трейси стала испугано озираться по сторонам. Но кроме кромешной темноты ничего не видела. Снова раздался животный рёв, низкий и гортанный. Он заставлял каждую клетку в теле содрогаться, сердце бешено колотиться. Трейси встала и направилась в сторону этого звука. Она двигалась тихо и бесшумно. Минут пять она шла вперёд, пока перед ней не появилось оно. Эта тварь громко заревела и Трейси испуганно подалась назад, но поскользнулась и упала. Именно в этот момент она резко раскрыла глаза и стала судорожно хватать воздух ртом. Глаза заслезились, нос защипало. В груди сдавило. Трейси соскочила с кровати и быстро подошла к столу. Взяв чистый лист и мелок чёрного цвета, судорожно начала что-то рисовать, или кого-то. От лица Трейси. Время было около 5 утра. Спать дальше не было смысла, да и не хотелось больше. Куда больше меня занимали мысли об бедном Байерсе. Он один, в этом жутком месте и вынужден прятаться от этой твари. Как ему помочь? Как его найти? Что в такой ситуации могла сделать я? Стоило ли обратиться за помощью к полиции? А быть может рассказать его матери? Поехать и точно узнать пропал ли он? Что?! Мысли крутились в воронке и не давали покоя. Сердце бешено колотилось, а чувство тревоги не покидало меня. Не знаю сколько времени прошло с моего пробуждения, но из мыслей меня вытащили голоса родителей с первого этажа. Солнце уже полностью встало и на улице было светло. Жизнь начала кипеть в этом городке, пора и самой отвлечься. Потому я решила спуститься вниз и плотно позавтракать, затем занять себя выбором одежды в школу, хотя никто и не заметит моих стараний... – плевать! Для себя живу, для себя и наряжусь. - резво открыв дверь и спешно спустившись вниз, я явно напугала родителей, которые никак не ожидали, что я могу рано просыпаться. Мама как обычно стояла за кухонной плитой и с удивлением наблюдала, как я спешно завариваю кофе и перекусываю уже готовыми блинчиками. Точно так же, как и появилась, я быстро прячусь в своей комнате, кинув на по следок: – спасибо мам, люблю тебя! — быстро приближаюсь к шкафу и раскрываю его, кроме блеклых и скучных цветов, меня встречает нежно розовая блузка в белую полоску. Белые, прямые джинсы, но все же сегодня выбор падает на голубые джинсы. Я быстро переодеваюсь и бегло оглядываю себя. Чего-то не хватает.... точно! Серёжки виде вишенок, а также небрежный пучок на голове. Немного румян и блеска для губ. Вуаля. Снова оглядываю себя в зеркало и замечаю пару изменений в себе. За последние два года я сильно изменилась. Грудь стала чуть больше, талия очертилась, скулы стали больше выделяться, как и пухлые губы и небольшой носик. Ключицы стали больше выпирать, а в росте вполне подтянулась. Волосы стали длиньше, почти до талии, но цвет все такой же насыщенно чёрный. Бледная кожа уже не портит милое личико, наоборот дополняет. Лицо стало намного чище, хотя где-то все же небольшие прыщики. Ярко голубой цвет глаз будто сменился и стал зеленоватым. В целом, если не брать в счёт, что я серая мышь среди своих, то в любом другом месте меня бы сочли, как королеву своей школы, ту самую местную стерву. Я немного помедлила у стола и посмотрела на рисунок, что нарисовала. Сердце забилось чаще, а кожу покрыли мурашки. Я глубоко вдохнула и быстро покинула комнату, а позже и дом, попрощавшись с мамой. На улице было тепло и солнечно, возможно последние осенние, тёплые дни. Внутри поселилось чувство, что эта неделя будет насыщенной, а жизнь в дальнейшем безумной и возможно не такой спокойной, как сейчас. А быть может она и вообще перевернётся с ног на голову. Этого хотелось меньше всего. Меня устраивала моя умеренная и спокойная жизнь. Без приключений и всяких происшествий. Мне только удалось залечь на дно и притвориться, что я пропала, а может и умерла. Черт! Что же снова происходит?! Эти мысли навеяли на меня воспоминания. Старые и до ужаса больные. Эти белые стены. Тусклый и холодный свет от ламп. Бесконечные халаты. Чертовы проверки и эксперименты. Ведения...! А ведь я начала только спокойно жить! Избавилась от всего, что делало меня такой....другой, не похожей на всех! Черт, черт, черт! Голова начала болеть. Руки сами по себе сжимались и разжимались, а взгляд был настолько злой, отстранённый и задумчивый, что со стороны это точно выглядело безумно. Нужно было срочно успокаиваться и брать вверх над своими эмоциями. Так долго с ними боролась и подавляла и для чего? Чтобы потом «тупо» сорваться? Нет уж. Пока я размышляла и успокаивала себя, уже подошла к школе. Как обычно было столпотворение. Ученики, то и дело поделившись на компании стояли по всей площади школы. Внутри было точно также шумно. Никто и не обратил внимание на меня, как и обычно. Впервые я почувствовала это, опустошение и настолько ощутимое одиночество. Оно будто съедало изнутри. Раньше я не чувствовала ничего подобного, но сегодня что-то щелкнуло во мне. Возможно дело в том, что по дороге в школу, я разбирала по полкам свои чувства и эмоции, отодвинув на задний план сдерживаемую планку «тихой, спокойной и беспроблемной», которой я следовал на протяжение пяти с лишним лет. От лица автора. Трейси села за свою парту, все так же размышляя о том, чего она хотела. Быть все той же «тенью» или все же иметь друзей, которые всегда поддержат и заставят улыбаться даже, когда плохо. Чего она хотела? Вот только была ли она настолько «тенью»? Серой мышью, тусклой и бледной оболочкой? Ведь она видела только то, что было на поверхности воды. То что она хотела видеть и думать. Так ли она и была никем? Ведь если быть более наблюдательней, погрузиться глубже, то можно найти кому не было безразлично, состояние этой, на вид тихой девушки. Найти того, кто наблюдал за ней находясь в кругу множества людей, человека, который пускал шутки со всеми, но незаметно поглядывал, как впервые за столько времени с Трейси что-то происходит, как впервые она поникшая сидит и смотрит на одну точку. Но кто этот человек? Кто же он?