Как вырастить демона.

— И так, Накаджима-кун, — вдруг, атмосфера переменяется и девочка-о́ни теряется. Атмосфера становится всё жёстче и они не знают куда деться, пока женщина не продолжает говорить. — Какая деревня должна заплатить, за травмы этих крошек? — Что?.. — лишь выдаёт старший из детей, смотря то на женщину, то на владельца заведения.       Теперь, смотря прямо на женщину, они-мальчик мог чётко рассмотреть её. У неё были чёрные короткие волосы с прямой челкой и золотой заколкой-бабочкой сбоку. Три пары глаз, как у пауков, лиловыми были лишь те что сверху и они были похожи более на человеческие, нежели на паучьи. Одета была брюнетка в тёмно-синее кимоно с разного цвета и размера цветами. На кимоно, как-то не естественно, шевелились белые иногда короткие полосы волн, цветы то распускались, то закрывались, если на них не смотрели. На правой руке была перчатка с открытыми пальцами чёрного цвета с рюшами у кисти руки. Заколка-бабочка, блеснула когда на неё упал свет и, когда Гин посмотрела на неё, она так же не естественно зашевелила своими крылышками. Девочка тут же спряталась за брата, когда та посмотрела на неё и мило улыбнулась. Сейчас брат и сестра могли рассмотреть всё же какой она является красавицей.       Ацуши, лишь тихо и не заметно выдохнув, поставил перед женщиной её заказ, промолчав на её вопрос, не желая иметь с этим ничего общего, ни отвечать. Она всегда делала всё через край, даже когда её не просили об этом. Поэтому ему и ещё нескольким его знакомым приходилось мирится с этим, а иногда и вовсе попытаться остановить её. Накаджима посмотрел на детей и на их тарелки, убедившись что они всё съели Ацуши потрепал тех по голове, на что мальчик-о́ни лишь одёрнулся прикрывая свои причёсанные волосы. На это Ацу лишь хмыкнул, что, похоже, позлило малыша. — Так, Дазай спихнул их на тебя? — успокоившись произнесла она, после того как поняла, что не выудит ничего о них от альбиноса. — Этот придурок всегда так, — выдыхает владелец, после чего протерев стаканы, слышит звон входной двери. — А, добро пожаловать! ~       Дети поражаются как юноша меняется в лице и тут же выходит из-за барной стойки, чтобы проводить одного не знакомого им ёкая. Наблюдая за ним за работой, лица малышей всё больше и больше принимали гримасы не понимания и удивления. Это заметила Цутигумо и просто хихикнула, что привлекло их внимание к ней. — М? Что такое, дети? — задаёт вопрос женщина, наблюдая очередную реакцию возмущения. — Мы не дети! У нас есть имена! Мою сестру зовут — Гин, а меня — Рюноске! — возмущаясь проговорил громко, но не слишком чтобы услышали другие посетители, назвавший себя Рюноске. — Ара! ~ Дети, вам не сказали, что так легко не стоит говорить свои имена другим ёкаям, что могут оказаться сильнее вас? — удивлённо и обеспокоенно проговорила Цутигумо. — Вас же могут сделать своими приспешниками. И тогда вы так просто не сможете от этого отделаться~ — Ой! — лишь пищит Гин, и с испугом смотрит на женщину-паука, что выпустила свои паучьи лапки.       Вокруг ёкая-паучихи появилась пугающая аура, которая начала сгущаться, а сама она начала нависать над детьми, пугая.       Гин спряталась за брата, трясясь от испуга. Цутигумо всё ближе и ближе приближалась к детям уже готовая свершить нечто плохое, когда… — АЙ! Накаджима-кун! ~ — Йосано-сан, пожалуйста, не шутите над детьми, — подносом ударяет легонько по голове паучихи, названной как Йосано, говорит спокойно, но сердито Ацуши. — Всё нормально, вы в безопасности здесь, иначе бы Дазай вас сюда не привёл. Хотя плоть, кровь, и внутренности маленьких о́ни нынче очень ценна…       Мечтательно проговорил в шутку Ацуши смотря за забавной реакцией детей. Йосано Акико — цутигумо, прожившая может даже дольше чем Осаму. Она была известной швеёй в их лесу, под покровительством оками-сама Фукудзавы Юкичи.       А самой безопасной, из всех в лесу, было заведение Ацуши и территория вокруг него. Выдохнув, Накаджима даёт каждому, и Рю и Гин, по пирожку с мясом и отправляет наверх, сказав, что они могут сходить в библиотеку и почитать детские книжки с картинками. Он позовёт их, если что-то ему понадобится. — Да уж, да ты больший родитель, чем был Дазай, — убедившись, что дети ушли, сказала эту фразу Акико посмотрела с умиротворённо-грустным лицом на альбиноса. — Было ужасно, когда случился «тот» инцидент… — Йосано-сан, — прерывает её носитель аметриновых глаз, спокойным тоном, как это обычно и происходит. — Да, прости, — выдыхает брюнетка и просто пьёт сакэ, что ей подлил Ацу.

***

      В поисках библиотеки они провели не много времени, так как почти сразу нашли табличку с надписью «читать тут». Было забавно, так как было написано коряво и будто так, что бы не забылось.       Дверь-сёдзи была приоткрыта на достаточное расстояние чтобы туда прошмыгнул зверёк с размера кошки или маленькой собаки. Чуть силившись, Рюноске приоткрыл чуть скрипнувшую дверь и увидел как было здорово в этом помещении. Огромная комната, явно не походила по размерам к этому, на вид, хлипкому зданию.       Достаточно громоздкие шкафы до довольно высокого потолка были заполнены множеством разнообразных книг. Все они были либо чисто бумажные, либо были в твёрдом переплёте, который в это время встречался довольно редко.       В основном книги были о том, как люди и ёкай живут в двух совершенно разных мирах, что ни как не могут пересекаться друг с другом без божьей на то воли. Гин, чуть боясь «великанов», крепко хватает брата за руку и хвостиком следует за ним.       Пока Рюноске не понимал чему больше удивлён, огромной коллекции книг которые он никогда не видел, но знал об их существовании, или же тому, что Владелец Накаджима мог прочитать всё это собрание.       Проходя мимо полок, до которых он в принципе мог дотянутся без подставки, он, не весомо касаясь подушечками пальцев, проводил рукой по корочкам книг, тем самым выбирая что именно почитать. Неожиданно перед ним упала тонюсенькая книжка с картинками и лёгким для понимания текстом внутри. Картинки были яркие и казалось они оживали от их долгого рассматривания. — Давай почитаем, ведь мистер Накаджима разрешил, — щебечет чуть ожившим и мягким голосом Гин, когда её брат поднял книгу в руки и начал рассматривать. — Ладно, — глухо ответил брюнет с белыми кончиками прядей и они уселись на полу, рядом с местом, откуда упала книжка.       Уместившись поудобнее, проверив в порядке ли сестра, Рю аккуратно открывает книжку с интересным названием — «Лунное дитя». Много-много лет назад жил да был белый лис. За всю свою жизнь прожитую около тысячи лет, он повидал многое и такое что может напугать даже ёкая. Лис жил, ни на кого не полагаясь. Был эгоистичен, самолюбив, придирчив, и развлекался за счёт бед других. Но однажды, когда он пересёкся с вороном, что прожил чуть меньше веков, чем он. Пересеклись они у оврага, откуда открывался прекрасный вид на луну. И ворон, при виде знакомого, его спросил, — «Ты всегда делаешь, что тебе вздумается, Лис, но разве тебе не одиноко?» Такой вопрос конечно озадачил Лиса, но тот просто фыркнул с презрением к птице сидящей перед ним на ветке старого трухлявого дерева, — «Хах, да если бы так было, я бы давно приютил детёныша»! — возмущению Лиса не было предела. Да что он, ворон, имеющий старших товарищей и семью из старшей сестры мог знать о нём? «Тогда вот тебе мой совет, » — как-то заговорщически каркает ворон, а его крылья начинают размахиваться в разные стороны. — «Прежде чем говорить перед безликой луной, думай дважды. А ещё, просто скажу как друг — одиночество ощущают все, даже если мы этого не замечаем». После чего ворон скрылся в мраке ночи, что освещала лишь бледная луна. Лис же, вернулся в своё логово и, свернувшись калачиком уснул, ожидая какой же его ждёт завтра день. На утро следующего дня он начал ощущать странный комочек у себя под боком. Открыв свои глаза он увидел пушистое чудо в виде к- — Вот вы где, — из-за края шкафа выглядывает Ацуши и смотрит умиротворённым взглядом на детей. — Пора обедать, а книжку вы можете потом почитать, здесь или у себя в комнате. Берите любые, но возвращайте их на место.       Рю быстро закрыл книжку и посмотрел на зевающую сестру. Бурчащий живот мальчишки оповестил младшую, что время покушать и впрямь настало. Поднявшись с пола, отряхнувшись и поправив свою одежду, дети спустились вниз. Книгу они решили дочитать перед сном, когда начнёт светать.       К такому режиму, что действует в этом доме, им ещё долго привыкать, и, возможно, они ещё не скоро уснут. Скорее всего, пока не почувствуют что здесь действительно безопасно.

***

      Уже спустившись вниз они не решались входить в зал полный разношёрстных демонов, ёкаев. Там, за барной стойкой, конечно же ещё сидела Цутигумо, названная как Йосано. Но детям не нравилось то, что рядом с ней сидели не знакомые им демоны. Вроде бы, и женщина и Владелец спокойно разговаривали с ними и даже приветливо улыбались. Они стояли за стеной до тех пор, пока их неуверенный взгляд не заметил Ацуши. Он что-то сказал гостям и вышел из-за стойки. Рю и Гин вздрогнули когда над ним в полный рост встал Накаджима, а потом неуверенно смотрели на него, когда их потрепали по головам и взяли на руки.       Это слегка озадачило детей-о́ни, но когда он их усадил за своим рабочем месте около столика возле шкафа с разнообразными бутылками. Дал детям по яблоку, стакану с соком и попросил немного подождать. — Ах~, — выдыхает брюнетка, любуясь детишками, так мило поедающих фрукты. — Ути пути, я не могу! ~ Они просто ми-ми-ми… — Йосано-сан, — выдыхает рыжеволосый мужчина, в странноватой носатой маске на лице. — Сестрица же просила вас вести себя нормально, когда вы выходите выпить… — Ах! — вздрагивает брюнетка и бледнеет ощущая на себе тот самый пристальный и полный ревности к выпивке взгляд девушки. — Золотой демон, — бубнит Ацуши, лишь мельком бросив мимолётный взгляд. А затем интересуется кое-чем у парня что сидел рядом с Акико. — Чуя-сан, не могли бы вы спросить у Коё-сан, о том, что бы найти для детей более безопасное и приемлемое место. А то… Ну… — Хм, — мужчина не высокого роста посмотрел на детей, девочка уже пила сок, а мальчишка с осторожностью смотрел, наблюдал за сидящими напротив. — Я спрошу. А то, эта скумбрия та ещё ленивая задница. — Спасибо, — отвечает Ацу, склонив голову в поклоне. — Но… — голубоглазый рыжик посмотрел на детей, а потом на самого Ацуши хотев задать вопрос «Почему не оставишь у себя?», вспомнив о том, что у альбиноса наверняка есть на то свои причины, что бы детей не было здесь, о которых он смутно, но догадывается. — Не важно. Налей мне ещё красного. — Хорошо, — спокойно отвечает юноша владеющий старым заведением.       Ацуши легонько дёргают за штанину и тот смотрит вниз. Там стоит Гин, протягивающая стакан, в котором уже лежал огрызок яблока. Накаджима слегка смущается и просто треплет её по голове, коротко улыбаясь. — Может, — начинает говорить Чуя. — дашь детям работу здесь? Явно же им скучно, а так, хотя бы они смогут хоть как-то отблагодарить тебя за кров и еду. — О! Точно-точно! — верещит Йосано подскакивая с места, чем привлекает внимание окружающих. — А ещё они станут чем-то вроде милых идолов заведения! И я смогу одевать их в замечательные и красивые наряды! ~ — восторгаясь всё говорила и говорила цутигумо. — А то моя малышка уже не хочет… А Коё говорит что, Кёка просто выросла и ей, как Юки-онне, это не нужно…       Всхлипывая говорит ёкай. А юноше и тенгу остается лишь жалеть женщину, которая страдает из-за своих проблем в семье из трёх женщин.

***

      Ближе к рассвету, Ацуши решил уже закрываться, как вдруг раздаётся звук бьющейся посуды в дребезги. Альбинос осматривает помещение и видит девочку-о́ни еле сдерживающую слёзы из глаз. Юноша медленно подходит к брюнетке и присаживается на корточки перед ней.       Гин вздрагивает и жмуриться от протянутой руки Ацу, но удара, как она того ожидала, не последовало. Вместо этого она почувствовала тепло на своей макушке. А когда подняла голову, то увидела теплый взгляд в его аметриновых глазах. На лице конечно не было улыбки как в прошлый раз, но она читалась в глазах. — Ты в порядке? — один единственный вопрос, что волновал Накаджиму. И получает лёгкий, кроткий кивок. Выдохнув, он поднимает осколки. — Не перетруждай себя, то же передай и своему брату. Вы ещё дети, это нормально что вы чего-то не можете. — Да! — с детской, такой тёплой улыбкой отвечает девочка. И ровно на столько, на сколько улыбка была тепла и мила, в груди Накаджимы начало теплеть.       Конечно, когда-то в будущем он может пожалеть о своём решении, но дети… Им явно здесь было не место, ровно как и то, что Ацуши не должно было быть в этом ужасном мире. В мире, где не место такому монстру как он. Монстру, что когда-то пролил кровь ни в чём не повинного человека…