Сделка с дьяволом

От автора Али Вали Несмотря на то, что я родом из Кубы, уже больше двадцати лет живу в Новом Орлеане. Этот город стал для меня родным. Именно здесь, я встретила Диану — мою единственную и любимую женщину. Именно она поверила в меня и поддержала, когда я начинала писать про Кейси. В то время, когда я со своей семьёй переехала в Новый Орлеан, я открыла небольшой паб, где разливали пиво. Поэтому, не понаслышке знаю, как иметь дело с местными властями. В данной серии книг, я пыталась полостью отобразить образ жизни и традиции местных гангстеров. После написания книги «Дьявол внутри», многие читатели просили меня завершить историю Кейн Кейси на позитивной ноте. Поэтому, спустя некоторое время я дописала эпилог и выложила его на моих форумах. Время шло, и я понимала, что расставаться с кланом Кейси не хочу, поэтому решила продолжить историю всем полюбившихся героев. Поэтому, для того читателя, который не прочь продолжить путешествие по миру страсти, любви и греха, следующие книги посвещаются. С любовью, Али Вали. Собор Святого Луиса в Новом Орлеане, Луизиана: — Прости меня отец, ибо я согрешила. — Дерби Кейн Кейси преклонила колени в исповедальне собора. Она была последней на утренней мессии и улыбалась произнося строчки, которым терпеливо учила её мать. С ней так много всего произошло, казалось, что эти уроки произошли в другой жизни, но нет, это все было на самом деле. Когда-то, она потеряла Эмму из-за простого недоразумения, свою единственную и любимую женщину. Но после четырехлетней разлуки, Кейн не только вернула её, но и обрела красавицу дочь. На этот раз они полностью поддерживали друг друга, особенно в те моменты, когда она методично убивала каждого члена семьи Бракато, в отместку за смерть своих родителей, брата Билли и сестру Мари. Эмма больше не была слепа к тому, кем на самом деле была Кейн, и в чем заключался семейный бизнес. На этот раз она с радостью заключила сделку с дьяволом, в обмен на жизнь с любимой, и их детьми. Даже в тени исповедальни, Кейн могла видеть, как её старый друг, епископ Эндрю Гудман, прижимал пальцы к своему подбородку. — Ты знаешь, что это грех — не говорить священнику то, о чем ты думаешь? — Разве это грех просить прощения? — Нисколько. Только грядущие грехи заставляют меня беспокоиться о тебе, особенно если верить всему, что написано в газетах. — Он имел в виду серию статей о том, что случилось с Джованни Бракато и его четырьмя сыновьями. Без найденных тел, полиция могла только строить догадки о том, куда они делись. — Я бы поспорила с тобой, но какой в ​​этом смысл? — Кейн рассмеялась, когда увидела его улыбку. — Поскольку есть большая вероятность, что я снова согрешу, как насчёт того, чтобы ты отпустил мне эти грехи и мы пошли гулять? Ну а мой длинный список других проступков, оставим для следующего раза. — Она преклонила колени перед священником больше по привычке, чем из глубокой веры, прежде чем они покинули пределы безопасной зоны, где их могли услышать. Хоть Эндрю и был священником Сент-Луиса более десяти лет, люди, которые его не знали, по-прежнему принимали его, просто за хорошего собеседника. С того самого дня, как Кейн приняла его приглашение поговорить, они регулярно встречались и очень сблизились. Отсутствие необходимости прятать какую-либо часть себя в кабинете Эндрю, и в его обществе, радовало Кейн. Эта редкая роскошь заставляла её с нетерпением ждать их разговора, особенно сегодня. — Если ты не грешила последнее время, то чем занималась? — Эндрю опустился в своё любимое кожаное кресло и стал ждать ответа. — Я, на самом деле, «строила мосты», — женщина приняла предложенную ей чашку чая. — Это была одна из самых сильных черт характера вашего отца: умение вести дела. «Никогда не отказывайся от своих принципов, Энди. Но также имей друзей, которые смогут помочь в трудную минуту», — сказал он, пытаясь подражать низкому голосу Далтона. — Он постоянно мне это говорил. — Папа был прав насчёт этого. Иногда мы ищем поддержку в других, чтобы они помогли в развитии нашего бизнеса, а иногда — для достижения наших целей. — А другие — для выживания, — закончил за нее Эндрю. — У подножия какого «моста» ты находишься, Дерби? Кейн всегда нравилось, когда Эндрю называл ее первое имя. Он был единственным, кто вообще помнил его, и это заставляло женщину чувствовать связь со своим прошлым, и со своей семьёй. — Я начинаю думать, что я динозавр в современном мире, — Кейн рассмеялась, потому что, даже если она и делала что-то по старинке, то ей было все равно. — Пороки в наши дни немного другие, нежели были раньше. — Иногда эволюция — это еще не все, что дал нам Бог. Кейн кивнула в знак согласия. — Но если я не буду развиваться, «строить мосты», убирать врагов, то я состарюсь, как лошадь и ее деревянная повозка. — Но если бы ты была простым фермером, то тебе б ничего и не понадобилось, кроме лошади и повозки. Кейн, ты можешь завоёвывать вещи, которые сделают тебя неуязвимой, но моя работа — спасти твою душу. — Завоевание не вдохновляет мою душу, ты это знаешь, но ради безопасности моей семьи, пришло время расширить свои горницы. С Реми Джатибон и её семьёй, я могу достичь этой цели, не показывая то, кем я есть. Эндрю поставил чашку и откусил печенье с арахисовым маслом, которое принес его помощник. — Значит, ты собираешься снова согрешить? — Я планирую попробовать пару новых вещей, и если здесь будет замешан грех, обещаю не отходить слишком далеко от истинного пути. Отец Эндрю не выдержал и рассмеялся над ее версией признания. — Почему Реми, а не Винсент? Твой отец бы выбрал второй вариант. — Моя семья отличается от семьи в которой я выросла. Папа конечно дал мне пример как нужно жить, но меня сейчас все устраивает. А Реми, лучше подходит для того, что я хочу оставить Хэйдену и Ханне. — Эта цель подходит для сегодняшнего дня. Но жить достойной жизнью, это все, что хотел бы от тебя Далтон, — Эндрю встал и махнул рукой. — Пошли на прогулку, которую ты мне обещала. Лу, и еще двое мужчин, ждали снаружи возле машины Кейн, поэтому приветственно подняли руки, когда заметили Эндрю. Они направились в центр города, и Кейн оглянувшись, улыбнулась, увидев новый, обшитый панелями фургон с черными тонированными окнами, который следовал за ними. — Твои друзья в последнее время стали довольно заметными. Разве это не доставляет неудобства? Кейн провела пальцами по ее верхней части бедра, прежде чем поднести к губам, как просьба Эндрю замолчать. Он был прав, но с усилением слежки, после того как она и Эмма вернулись из Висконсина со своими детьми, каждый открытый разговор потенциально мог быть использован против нее, независимо от того, что они обсуждали. Подозрение, что кто-то уничтожил Джованни и его сыновей, захлестнуло федералов, вот только доказательств причастия Кейн не было. Машина остановилась через дорогу от знаменитого ресторана «Commander’s Palace» и Лу быстро поспешил, чтобы открыть для них дверь. В течение многих лет семья Бреннан подавала кулинарные шедевры на одной стороне улицы, в то время как на другой — большая кирпичная ограда стояла вокруг кладбища Лафитт, где была похоронена вся семья Кейси. — Прошли годы, но я все еще скучаю по голосу Далтона, — сказал Эндрю. — Ты привезёшь сюда свою семью? — Позже, когда Хейден станет взрослее. Он никогда не знал моего отца, но любит приносить цветы для Мари. Кейн открыла дверь склепа и вошла внутрь. Она медленно провела рукой по имени Далтона на надгробии. Дата была в начале марта, ровно четырнадцать лет назад, но боль от его потери запечатлелась в её душе, как на этом камне. — Дерби, ты должна отпустить эту вину. — У всех нас есть свои кресты, не так ли, отец? Это мой, хоть я и сделала кое-что, чтобы облегчить боль утраты. Но боюсь, моя вина вечна. Правду ведь говорят: «нечестивым нет покоя». — Думаешь, Далтон хотел бы этого для тебя? Жить наполовину и удерживать на расстоянии свою жену и детей? — Я усвоила уроки сдерживания эмоций, не волнуйся. Моя семья — самое важное, что есть в жизни, но я никогда не забуду семью, которую потеряла. — Кейн сильнее прижала руку к камню и он отступил в сторону. — Ты все еще винишь себя за все имена здесь, не так ли? — Почему бы и нет? Но здесь вина и Джованни, хоть он сейчас и не высовывается, — сказала она, тщательно подчеркивая настоящее время. Такие мелкие оплошности могли её утопить при прослушке. — Думаешь, ты просто проявила неосторожность? «Мой отец был неосторожностью, но другие…» Кейн провела пальцами по имени своей матери, потом по имени брата и сжала кулак, когда дошла до имени Мари. «Они были моей ответственностью. Мой отец думал, что я буду оберегать их». Потребовалось некоторое время, но Кейси расширила склеп, чтобы освободить место для тела Мари, и хотя она все еще страдала от ее потери, смерти виновных все же принесли маленькое утешение. На этот раз было легче и Хэйдену, особенно когда Эмма и Ханна всячески поддерживали его. Эндрю подошел ближе и положил одну руку ей на плечо. — Пусть Господь тогда принесет вам мир, потому что теперь они — Его ответственность. Позаботься о своей семье, Дерби, а остальное приложится само собой. Твой отец был мне как брат и я готов поспорить на свою вечную душу, что он ни в чем тебя не винит. Виновные больше не имеют значения, поэтому обрати лучше внимание на людей, которые любят тебя. Я уверен, ты сделаешь все, чтобы они были в целости и сохранности! — Спасибо. — Из нагрудного кармана Кейн вытащила фляжку с любимым виски Далтона. Сначала она передала его Эндрю, потом сделала глоток сама, а затем вылила остаток на могильный камень отца. «Тебе, папа. Отдыхай, и знай, что я почти все закончила». — Тогда да благословит вас Бог, — сказал Эндрю, смахивая с лица непрошеные слезы. — Будь осторожен со своими благословениями, отец Энди. Я уже предупреждала вас о своих намерениях снова согрешить. — Я достаточно умён, чтобы знать свое стадо и подобно Богу, я обладаю бесконечным терпением, чтобы ждать, пока ты найдешь свой путь. Господь любит даже паршивых овец, Дерби. — Дьявол тоже питает ко мне симпатию, — сказала Кейн, когда её мобильный телефон заиграл в кармане пальто. Входящее сообщение, в котором было всего одно слово, обычно могло иметь множество значений, но для Кейн Кейси, это означало, что Бракато были намного ближе к тому, чтобы быть воспоминанием, из-за которого, лишь немногие могли бы беспокоиться. Слово «ГОТОВО» означало, что еще одна группа приспешников Джованни, разделили его судьбу. Некоторые из шестёрок Джованни, пытались начать свой собственный бизнес после его исчезновения, поэтому приехали к нескольким владельцам клубов, с которыми работала Кейн. Она был готова игнорировать их, но пара её клиентов подверглись нападению, а один был убит, из-за отказа сотрудничества с новыми предпринимателями. Как только они пошли на людей, которые зависели от её защиты, она начала действовать, ведь после того, как Кейн отомстила, никто не вторгся на её территорию. — Я уверенна, что моя жена и покойная мать, надеются, что ты прав, когда дело доходит до небес и паршивых овец. — Женщина положила мобильник обратно в карман и указала на ворота. — Но пока тебе придется продолжать все также молиться за грешника, которым я являюсь.