Клуб «Кубики Льда»

На прохладной улице темнее некуда, пара желтоватых фонарей всего-то освещают улочку. Громкие басы и музыка так и вырывались из помещения клуба, заполненного кучей разных людей, которые всё уходили и приходили, будто меняясь сменами. В этот момент, в середине ночи, Джейсон стоял сбоку от входа в клуб, медленно вдыхая едкий дым от сигареты. До слуха доходили звуки веселящихся людей внутри здания, непристойные крики со второго-третьего этажа бара, а также перепалки пьяниц между улочек. Делая очередную затяжку и оглядывая главную дорогу, Джейсон подходит к вышибале у входа в стрип-клуб и суёт тому двадцать баксов со словами: «На мою защиту, дружище». Джейсон смотрит на сигарету в руке, от которой остался один фильтр, и бросает на тротуар. В такую одновременно холодную и горячую ночь можно было встретить людей, которые ходили по этой улице ради разных развлечений: караоке, стриптиз, бар, клуб или местная «барыжная». Сейчас на улице было достаточно людей, не так как днём, когда все идут в большой толпе спеша на работу или скрываясь от полиции вместе с найденой заначкой, или ещё чего-то. Множество проходящих мимо людей кидали на Джейсона различные взгляды, большая часть которых отражала ненависть и омерзение к нему. И Джейсон был с ними согласен. Заработок проституций никогда не приходила в его голову и он не собирался этим заниматься. Так он думал, по крайней мере, года три назад, когда ещё была надежда. Сейчас же, внутри здания, его ждали только танцы вместе с другими, похотливые взгляды мужчин и женщин, а может кто и согреет его этой ночью, хорошо заплатив. Ещё одна затяжка и горло немного обжигает от дыма. Джейсон осматривает проходящих мимо людей. Вон там пьяные женщины, по-видимому, направляющиеся как раз таки в стрип-бар, где работает Колчек. Мимо проходят какой-то пижон в костюмчике без рубашки и с двумя девушками в обнимку, нашёптывая что-то пошлое одной и прижимая к себе вторую, между пальцев удерживая полупустую бутылку водки. Какая-то банда татуированных мужчин в костюмах осматривают здания, выискивают кого-то взглядом и направляются дальше, неприятно скалясь в лица тем, кто косо глядит на них. Также часто проходят по улице пьяные подростки со своими подружками, кто прижимает к себе сразу троих, а кто начинает драки за девушку прямо у входа какого-то заведения. Не редкостью было встретить здесь и патрулирующих полицейских, что изредка осматривали и заведения. Ходят разные слухи; кто скажет, что многие из фараонов подчиняются подпольным боссам, а кто, что они навещают своих «половинок» в подобных заведениях, а когда-то вовсе был слух, что те покупают наркоту, затем и прикрывая наугад любое заведение. Джейсон же считал, что те и правда выполняли свой долг, иногда может прерываясь от своей работы ради плотских утех. Не зря же эта улица и особенно этот район был известен названием «Гранд Льюднес», или как любит называть Колчек: «Чпок-стрит». Среди разнообразной толпы людей всегда будет кто-то выделяться. В этот раз джейсоновский глаз примечает мужчину спешно бегающего от одной стороны улицы к другой, по-видимому, выискивающего что-то конкретное. Джейсон делает ещё одну затяжку, продолжая следить за странным мужчиной. И странного в нём было всё! От его поведения и одежды до выражения лица. Осенняя синяя куртка была полностью застегнута до горла, а в руке он держал свой мобильник, по которому искал нужное ему заведение. Взгляд у мужчины был скорее встревоженный, постоянно перебегающий с названия места на телефон, по которому он пытался к кому-то дозвониться. Иногда он пытался обратиться к прохожим, но все только поспешно уходили по своим делам, называя его «ебанутым» и бросая на этого мужчину странные взгляды. Возможная догадка пришла к Колчеку: может быть этот человек искал свою пьяную вторую половинку в одном из этих мест, а может мужчина был новичком в «такой» сфере, потому был слишком робок и стеснителен. В любом случае, Джейсону остаётся только тушить свою сигарету и возвращаться к своей работе, но он решает потратить свой перерыв целиком за выкуриванием следующей и последней в пачке сигареты, выкинув из головы идею с разглядыванием прохожих. — Прошу прощения! Джейсон поднимает недовольный взгляд и видит перед собой того самого «странного» мужчину. — Здрасте? — он передвигает не зажженную сигарету из одного уголка рта к другому. — Прошу прощения за беспокойство, но не видели ли вы моего сына? — мужик суёт к лицу Колчака свой телефон, в котором изображено фото, по-видимому, его сына. Колчек отмечает про себя, что они оба схожи, хотя отец мальчика привлекательнее: схожие черты лица, одинаковые брови, немного кудреватые короткие волосы. — Сегодня он с другом ушёл и так не пришёл, вы случаем не видели его? Он обычно так не поступает и не ходит по подобным местам… Так вы его видели? Колчек выразительно выгибает бровь, вытаскивая изо рты сигарету: — Чувак, ты серьезно спрашиваешь меня видел ли я твоего пасынка? — Джейсон красноречиво обводит себя взглядом. Из под пышной кислотно желтой шубы виднеются рванные джинсы, а о неприкрытой груди можно и не упоминать, как и сигарету, которой парень крутит меж пальцев, дожидаясь ухода незнакомца. Мужчина запинается, наконец, вспоминая где он находится. Ещё несколько раз запнувшись в словах и сказав что-то на непонятном языке, он снова обращается к парню: — Знаю, что мы незнакомы и.. в какой вы сфере работаете, но вы бы могли посмотреть внутри есть ли там мой сын? Пожалуйста, я прошу вас? — брови мужчины поднимаются домиком, делая его лицо похожее на грустную мородочку собаки. — Я- я- С чего бы мне?! — неожиданная просьба сбивает с толку Джея, из-за чего тот немного пятится. Вышибала краем внимательно следит за работником клуба, но отбивать мужика пока не собирается. — Мне нужна ваша помощь! Сам я… н-не могу зайти, а вы по-любому не первый гость этого места, может и вовсе лучше знаете! — А с чего ты решил, что твой пасынок именно здесь?! Я, что, ему нянька, чтобы отсюда прогонять?! — Говорю же, что сам туда я не зайду! А тебе это и труда не составит! Чую сердцем, что мой негодник здесь ошивается, его, кстати, Зейном зовут. Точно его узнаешь! — Да с-с чего, блять, я соглашусь его тебе искать?! У меня дел нет что ли, по-твоему?! — это даже не злость охватывает Джейсона, а какое-то иррациональное стеснение перед этим мужчиной. Может это его рост или манера речи, или резкое поведение для этого места, или звёзды так сошлись, что Джейсон успел приметить в нём очередного «клиента», хуй его знает, но Колчеку как-то не спокойно от этой ситуации. Мужчин взывает, вскидывая вверх голову и пятясь назад. Колчек нервно усмехается такому повелению, искренне понимая мужчину. Незнакомец подходит к Колчеку ближе, выуживая из внутреннего кармана куртки свой бумажник: — Сколько ты хочешь? Я дам тебе деньги за это. — Чего? — от очередной смены темы разговора Колчек теряет нить мысли. — Я заплачу за тебе за то, чтобы ты вывел от туда моего сына, — он выуживает из кармана пятьдесят баксов. — Не нужны мне твои деньги! Неожиданная тьма карих глаз встречаются с глазами Колчека. Все слова застряли в горле комом, а сердце стучит на удар больше обычного. Чужие губы шевелятся в вопросе, но Колчек слышит будто через толщу воды и только вопросительно хмурит брови. — Ты же… вроде здесь работаешь? Не знаю, официант, диджей, на кухне или… — неприятное слово остаётся не озвученным, щёки незнакомца еле заметно краснеют под разными цветами билбордов над их головами. — Тогда отведи меня. — Не понял. Что?! — Джейсону их диалог казался всё больше и больше абсурдным. Может он отравился коктейлем в баре или успел заснуть после кого-то? Мужчин вздыхает и закатывает глаза, ощущая, что их разговор всё больше становится бессмысленным и бесполезным для обоих: — Я заплачу тебе больше, если ты меня проводишь и поможешь найти сына в этом адском месте. Джейсон молчит. Взвешивая все «за» и «против», все рациональные и глупые идеи, собравшись здравыми мыслями, он даёт ответ мужчине: — Хорошо. Я помогу, но взамен ты мне будешь должен, — парень направляется внутрь клуба, указывая вышибале, что мужчина идёт с ним, — но не твои деньги, чувак. Я что-нибудь придумаю. — Упаси Аллах меня от такого. — слышатся последние слова незнакомца, когда оба входят в помещение, заполненного людьми и громкой музыкой. По всем колонкам играла громкая песня исполнителя KVPV “Shot It”, люди танцевали и обжимались по углам и стенкам. В помещении был душный, но прохладный воздух, позволяющий людям не переставать танцевать и не чувствовать себя чрезвычайно уставшими из-за жары. Свет то мигал быстрыми периодами, то вовсе выключался, меняясь на цветные лампы, что крутились и охватывали своим лучом танцпол, людей и работников. Иногда звучали различные ремиксы песен, главенствующей чертой которых — брезжащая музыка, что заставляет каждого дрыгаться под биты. Колчеку больше нравилось слушать оригиналы, может с не сильными ремиксом, позволяющая сохранять хороший темп и придумывать движения для привлечения внимания. Музыка сменяется на французского исполнителя, песня “Goodbye” от Feder. Очередная волна завываний одобрения пускается по залу, пока Колчек проходит между диванами и столиками, выискивая пасынка сына мужчины, следующего за ним по пятам. — Хэй, Джей! Голос доносится откуда-то сверху и Колчек поднимает голову. Сверху на него смотрит его коллега с глупым ободком-ушками зайца. Темнокожий парень спускается по пилону вниз к Джейсону и хлопает того по плечу, представляя перед смутившемся мужчиной в одном латексом белье. — Привет, Никки. — Джей улыбается парню, раздумывая, прикончит ли его этот мужик, если он немного оттянет время. — Оу, прости, я не знал, что у тебя клиент- — Нет! Неожиданный восклик мужчины удивляет обоих. Тот выглядит смутившемся из-за своего восклика и спешит поправить: — Мы здесь из-за моего сына! Мы ищем его здесь, может вы его видели? Он прим- Джейсон прерывает мужчину, не давая тому снова достать свой мобильник. Да и вряд ли бы Ник что-либо увидел на фото из-за постоянно мерцающих фонарей: — Мы.. и правда здесь на поисках паренька, потому не беспокойся, дружище. — натянуто улыбается и перебивает громкую музыку парень. Коротко попрощавшись, Джейсон двигается дальше среди толпы людей, заранее скинув рядом с незнакомцем свою шубку, иногда пританцовывая под музыку.

‘Cause you know what to do with that big fat butt?

Вовремя подступившая, уже последние, строчки песни и Джейсон вращается вокруг себя, двигая бёдрами и осматриваясь вокруг. Краем глаза он улавливает какое-то движение на высших столиках. Часто там засиживаются те, кто заранее бронируют столики и проводят там большую часть времени, забирая к себе в «приватную» зону стриптизеров или официантов. Колчек видит там сидящего спиной к нему худого паренька: вроде волосы похожей.. текстуры? а определить цвет кожи трудновато из-за темноты, но парень двигается в сторону этого столика. — Ну и что вы тут устроили, ребятишки? — Джейсон усмехается про себя, когда он эффектно садится под новую композицию к парням. — Эм, простите, сэр, — парень сильно похожий на этого «Зайна» пьяно усмехается, — но мужчин мы не заказывали, как бы вы соблазнительно не выглядели. Джейсон усмехается вслух, осматривается назад и машет кому-то в толпе, чтобы подошли: — Твоё время кончилось, малец. Я знаю, что ты несовершеннолетний. — стриптизер покачивает головой под такт музыки, кожей ощущая, как паренёк рядом напрягается и осматривается на своих друзей. — Откуда вы- — Зейн! Вот ты где! К столику, наконец, приходит этот самый мужчина с улицу, искавший своего сына. Где-то в подкорках мозга Джейсон удивляется каким вообще образом, из всех возможных мест в этом районе, паренёк оказывается здесь? — П-папа?! Откуда ты- — Я тебя всю ночь искал, с какого черта ты не написал мне?! — мужчина и правда разъярён, хотя выражение его лица так и показывает от какого груза он только что избавился со своих плеч. Колчек не слушает их перепалки, но также отмечает как ему жалко бедного паренька-Зейна, ведь его унижают прямо перед друзьями, что продолжают пить виски и обжиматься с одной из девушек-коллег Джея. Стриптизер беззлобно машет ей, не решаясь перекричать музыки, и получает скромную улыбку от неё. Джейсон не сразу замечает, как рядом пустеет место от мальчишки. Оборачиваясь на танцпол, он видит удаляющуюся семью, как отец удерживает сына за рукав его джинсовой куртки и тянет к выходу из этого похабного пристанища. Колчек подрывается с места и бежит тоже к выходу. У выхода они образовали небольшую кучку. Этот самый Зейн угрюмо стоял рядом с отцом, глядя упорно в землю. По-видимому, они ещё не ушли,так как отец семейства ждал именно Джейсона. — С чего такой поспешный уход, а, папаш? — Колчек опирается плечом о дверь рядом с вышибалой. — Твоё желание, — недовольным тоном напоминает человек и снова тянется к внутреннему карману. — Нет. Деньги мне не нужны. — о-ох как нужны, иначе бы Джей здесь не работал. Но этот случай — совсем другое и этим надо воспользоваться. — Ничего совратного я выполнять не буду. — наотрез отвечает он. Недоуменно моргнув, Джейсону приходит гениальная идея: — Хорошо, тогда… Могу я для начала узнать твоё имя?.. — Это и есть твоё желание? — теперь черёд отца Зейна недоуменно выгибать бровь. — Нет, не желание. Не мог уже я к тебе постоянно обращаться как «мужик» или «чувак», верно? Так, какое твоё имя? — Салим. Салим Осман? — немного задумавшись отвечает Салим. Джейсон широко улыбается и облизывает кромку зубов, чувствуя как напрягается Осман от такой хищной улыбки. — Ты и твой сын сегодня остаются в клубе. — Что?! — оба Осмна восклицают. — Всё правильно. Твой сын дальше остаётся веселиться с друзьями, а ты остаёшься с ним за компанию либо займёшься чем-то другим,- Джейсон как ни в чём не бывало пожимает плечами, — Если твои старперские привычки сильнее, то я могу найти тебе чистую и уютную спальню для тебя, чтобы ты не сбил себе режим. И нет, твой сын никуда не уйдёт, потому что вышибалы теперь знают, что его отпускать нельзя, — стриптизер красноречиво подмигивает охраннику, — Когда он нагуляется здесь, то я самолично отправлю его спать, может даже к тебе в комнату, чтобы ты так не волновался. С минуту или больше старший Осман молчит, обдумывая такую просьбу. С сыном и так ясно — он только «за» остаться здесь на ещё какое-то, но вот режим сбивать Осману не хочется, тем более уж плестись обратно практически через весь город и поссориться с сыном тоже — так себе перспектива… — Ладно. Останемся, — обреченно и с тяжестью на сердце отвечает на предложение стриптизера. Зейн, воскликнув победное «йес!», убегает обратно в клуб. Оба мужчины провожают мальчишку взглядом и плетутся обратно внутрь. Новая не менее популярная песня “FM$” вызывает одобрительные и взбудораженные крики толпы. Джейсон внимательно следит за Салимом, который сначала окидывает взглядом столик, за который снова уселся его сын, и затем долго глядит в сторону барной стойки о чём-то раздумывая. Глубоко вздыхая и понимая во что ввязался Джейсон, он обращается к мужчине Салиму: — Слушай, я отойду, чтобы узнать насчёт спальни, а ты побудь тут и никуда не уходи. Понял всё? — стриптизер поспешно двигается в сторону верхних рядов, где находится проход на второй этаж. — Никуда, понял?! Салим кивает в догонку уходящему стриптизеру, ощущая насколько глупо выглядит их разговор между ними, будто они ровесники, а не незнакомцы. Снова кидая взгляд на диваны, где сидит его сын, он двигается в сторону высоких стульев, точнее — к бару. Громкая музыка мешает потоку здравых мыслей, заставляет иногда пританцовывать и сделать заказ странного коктейля. Бармен косо смотрит на Салима, снимающего с себя свою куртку и связывающего ее на бёдрах, остающегося в одной длиннорукавке, но все же делает коктейль — как ни крути, вроде он взрослый и трезвый. Мало знакомая песня повествует о девушке желающей доминировать над своими друзьями и наслаждаться. Салим морщится то ли от вкуса незнакомого алкоголя, то ли из-за распутных слов певицы. Оглядываясь вокруг, Осман осматривается и примечает, что всё вокруг выглядит обычным, кроме людей: кто ходит вовсе в одних трусах и уже занимается сексом на диванчиках, а часть(скорее всего работники) наряжены в разную и яркую одёжку. Выпивая весь алкоголь мелкими глотками, иракец чувствует как его разум ведёт, и он неровно двигается к танцполу, позабыв об оплате. Фонари сменяют цвета один за другим, подстраиваясь под такт музыки и изредка освещая танцующую толпу людей вместе с Османом, неловко и невпопад пытающегося подпевать словам певицы о быстро бьющемся сердце во время удовлетворения.

Let's have some fun, this beat is sick I wanna take a ride on your disco stick Don't think too much, just bust that kick I wanna take a ride on your disco stick

Уши Османа жгутся то ли от алкоголя, то ли от собственного стыда. Толпа неосторожными движениями затягивает друг друга, вплетая в непонятные пьяные танцы, возбужденных, молодых и полных энергии тел. Кто-то прижимается к кому-то сзади или вовсе ведёт в танце, иногда опускаясь ниже, целуя в оголенные участки тела, прижимаясь к интимным местам, вызывая большое напряжение между телами. Кто из незнакомцев или официантов принесёт чей-то чужой коктейль, и кто-то другой его выпьет, совсем позабыв о собственной безопасности. Осман поддаётся всеобщему веселью, хлопает в ладоши и двигает телом под музыку, пытаясь подражать лирике песни. В некоторых моментах музыка замедляется, давая диджею услышать недовольные, или наоборот довольные, вопли толпы, требующей продолжения горячей ночи. Стриптизеры на платформах тоже кричит о продолжении дискотеки, иногда делая различные движения, чтобы сильнее взбудоражить людей снизу. Диджей задаёт громкий вопрос толпе, на что получает ещё больше криков о просьбе продолжить. Сделав вид, что исполнитель поддался, диджей врубает ремикс, переходящий в знакомую всем Гимн Бисексуалов, после чего Османа глушит одобрительным рёвом людей. Все скачут на месте подпевая, иногда вовсе крича, знакомой музыке. Осману остаётся поддаться танцам, так как выбраться из такой жмущейся кучи не просто. Кто-то или что-то с силой тянет мужчину назад. Голова кружится от резкой смены обстановки: после громкой музыки и криков в ушах, необычайно услышать простую речь знакомого стриптизера: — Ты с хуяли в толпу пошёл, идиотище?! — с ужасным акцентом кричит на него парниша. — Вы взрослый папаша, знающий об опасности таких мест, и с башкой нырнули в-в-в это?! Отличающееся поведение стриптизера, выводит старшего Османа из-под какого-то гипноза. Немного проморгавшись, он пытается объясниться: — Я.. я не.. — но вместо связанных слов, из рта выходит какая-то каша, прерванная ужасно пахнущим рыгом. — Прости. Джейсон быстро смекая что к чему, берет под руку Салима. — Ты когда так наебениться успел? Разве не сказал я стоять на месте и ничего не трогать, и не брать у других?! — Нет.. — запоздало выдаёт иракец, пытающийся сохранять достоинство и стоять на своих двоих. — Чего, бля? — Ты говорил… только о стоять… без «не трогать»… Обреченно вздыхая, Джейсон прижимает к себе ближе мужчину, чтобы тот случаем не упал из-за лесенок под ногами. Его разгоряченное дыхание алкоголем обдаёт шею и грудь Колчека, и тот ёжится. «Никогда бы не подумал, что это может так меня.. возбудить. Не взбудоражить… Он и правда заводит меня! Блять, что?!»: говорит про себя стриптизер, постыдно ощущая как собственные соски твердеют от контраста воздуха рядом. Странно то, что Колчек раньше никогда особо не ощущал холода, будучи с оголенным и разгоряченным торсом, но сейчас его будто холодной водой окатило. Парню приходится удерживать несчастно спадающую куртку с бёдер Салима и неловко прижимать того к стенке, когда кто-то спускается с лестницы второго-третьего этажа. Очередной ремикс, переходящий в не менее популярную песню Чейза Атлантика, доводит сознание Джейсона. Вроде все эти годы всё был хорошо, он не отвлекался глупыми надеждами, чувствами и другим на каких-то людей в этом клубе, а данная обстановка с ослабленным мужчиной и глупой песней, подсказывающей стриптизеру, что он точно в этом. Наконец, занося мужчину в спальню, под самым потолком клуба, с видом на танцпол, Колчек неожиданно ударяется лопатками о стену. Салим прижимает стриптизера к себе, уткнувшись лицом в его шею и прижимаясь собственной эрекцией. — Воу-воу, чувак! — Джейсон упирается руками в большие плечи мужчины, пытаясь отстраниться. — Я к-конечно знаю, зачем я здесь работаю, но-! Ты не можешь просто!.. — Я… — горячее дыхание снова обжигает прохладную колчековскую кожу, — Не могу.. коктейль может?.. Ответ на поведение Османа сразу приходит в голову Колчека: — Ты выпил блядский «Гимлет с сюрпризом»?! Ты- блять, что?! Ты мог просто колу или сок попросить, придурок?! — стриптизер с силой отталкивает Османа и усаживает на край кровати. — Я не… буэ, я н-не…, — Салим ложится полностью на кровать, после чего глубоко вздыхая, отвечает, — Я не знал.. просто попросил вып-пить… Ты..? Останься.. — О-о-о, нет, дружище! Насколько бы я шлюхой не был, я не останусь с возбужденным тобой! — парень спешит покинуть спальню и закрыть её снаружи, но хватка полусонного Салима останавливает его. — Хотя бы.. поговорим… Не буду трогать, обещаю тебе. — Ох, ты обещаешь? — не менее пьяный мозг Колчека начинает будто перегреваться и болеть, — Ты практически приполз ко мне на коленях, чтобы я нашёл твоего выблядка в этой блядильне, затем я добросовестно дал тебе покров на эту ночь и теперь ты хочешь за просто так меня трахнуть, хотя мог все эти годы просто выебать любую женщину?! Нет уж! Несколько секундная тишина режет воздух, перебиваемая концовкой блюзовой музыки Two Feet’a из-за стёкол. Оба мужчины молчат, не зная как убедить друг друга. Первым решается усмирить свой гнев Колчек и смириться перед клиентом: — Час моего времени обойдётся тебе свыше сотни. Если до оставшегося времени, до утра, то пол тысячи. — голос совершенно холоден и спокоен, он отводит в сторону взгляд, не желая больше поддаваться необузданному гневу. — Останься.. на всю ночь. — после минутного молчания, говорит Осман, глядя на аккуратный профиль стриптизера стеклянным взглядом. Колчеку ничего не оставалось, кроме как позволить мужчине затянуть его на кровать полностью. Горячие и мокрые поцелуи Салим оставляет на его плечах и шее, не решаясь спускаться ниже. Горячие и сухие руки обхватывают бока Джейсона и сжимают, притягивая ближе. Салим стягивает с себя свою футболку, кидая куда-то за пределы кровати, и жмётся своим оголениям торсом к Джейсону, чувствуя как парня трясёт от своего возбуждения. Не зная куда деть собственные руки, Джейсон одной притягивает ближе за задницу недавнего знакомого, а другой — сжимает эрекцию сквозь чужие джинсы, за что получает глубокий стон и незнакомые для ушей слова. Когда Салим расстегивает у обоих джинсы и пытается стянуть, Колчек спешит прервать его: — Безопасность, друг… затем уже наслаждение, — усевшись, он тянется рукой к подголовью кровати, где специально расположены несколько презервативов и смазка. Стянув ниже бёдер белье со штанами, Осман позволяет парнише раскатать гондон по собственному твёрдому члену. Колчек осторожно, пытаясь не порвать презерватив, раскатывает его на всю внушающую длину. Хотя он примерно догадывался о семейном положении мужчины и национальности, но не ожидал… таких размеров? Из неловкого раздумия его выводит горячие губы у себя на лбу: Салим целует его лицо и лоб, пытаясь справиться со своим возбуждением. Джейсон стягивает с себя больно жмущие джинсы, и те тоже отправляются в дальний полёт за пределы кровати. — Я.. довольно хорошо подготовлен. Не бойся сразу начать.. — немного тише добавляет стриптизер, разворачиваясь к Салиму спиной. Горячие ладони иракца ложатся на колчековские ягодицы и немного раздвигают в стороны. Джейсон сжимается, чувствуя как мужчина жмётся своей промежностью к его заднице. — Н-нет!.. Без таких соприкосновений… — к концу предложения голос Джейсона звучит всё тише. Салим целует его в шею, но больше не жмётся всем телом к стриптизеру. Лишь входит в парня с неприятным жжением для обоих. Выходит и вводит только голову, давая обоим немного свыкнуться. Всё же Джейсон немного солгал, когда сказал, что практически готов всегда к траху. Больно определенно было, из-за неумелости мужчины, но Джей всё равно тихо стонет, медленно насаживаясь на горячий член. — О, Аллах.. — Не впутывай.. его сюда, кхм!.. — парень тихо выстанывает, чувствуя как не может стерпеть и позволяет мужчина полностью зайти внутрь. Через несколько неумелых и больных толчков, Джейсон немного расслабляется, чувствуя слабое и расплывающееся наслаждение внутри. Приходится зажмуриться и подтянуть к груди подушку, на которую он опирается (всё же поза раком — не самая любимая для Колчека). Ощущение заполненности внутри сводит Джейсона с ума, заставляя стонать и извиваться после каждых размеренных толчков. — Блять-ах.. ты? М… Можешь быстрее, ах!..? — Колчек оборачивается назад, чтобы встретиться с глубиной чужих глаз, смотрящих прямо на его затылок. От такого вида парень давится воздухом, ощущая как горячая хватка на талии усиливается и притягивает ближе, начиная вдалбливаться сильнее. С каждым толчком, Джейсон сильнее сжимал подушку, выстанывая туда чужое имя и пачкая своей слюной. Поясница гудела от наслаждения и неудобной позы, но остановиться он не просил. Только вот самого Османа эта поза его не устраивала, и он перевернул парня на спину, создавая более близкий контакт между их промежностями. Можно было более свободно двигаться или с силой удерживать за талию, оставляя затем медленно появляющиеся следы от пальцев. Джейсону приходилось удерживать свои ноги навесу, поджимая их в коленях и сжимая пальцы на ногах от наслаждения. — Ах! А-а!.. Пожалуйста!.. — непонятно чему умоляет Джейсон, глядя в помутневшие от похоти глаза Османа. — Просто возьми!… Пож-ах-луста!.. Приблизься, умоляю! Потрогай меня, м-м-м!… — наконец, кричит через собственные стоны Колчек, вытягивая свои руки вперёд к шее Салима. Полностью соприкасаясь животами и зажав истекающий смазкой член Джейсон, Салим с особым усилием двигается в нём, не смея разорвать их объятия или отстраниться от манящей чистой шеи Джея, на которой он оставляет множество укусов и засосов. Джейсон, зажмуриваясь, на ощупь тянется к чужим губам, целует чувственно и страстно, покусывая и оттягивая мягкую плоть. Осман расслабляется от подобных движений парня. Прижимает к себе сильнее, позволяя закинуть ноги к себе на талию, а одной рукой сжать между животами иногда подрагивающий член. Джейсон взывает от острых и множественных ощущений. Салим — такой незнакомый и далёкий мужчина с улицы, разыскивающий в похабном районе своего, ещё не совершеннолетнего, сына. А сейчас этот человек со всей страстью прижимается к горячему телу простого стриптизера, расцеловывая его шею и плечи, губы и щёки, не пропуская такие банальные, но приятные места, как уши и ладони, которыми Колчек пытается огородиться от завораживающих угольков напротив. Мужчина будто знает куда прикасаться, куда надавить или приласкать, попутно нашёптывая, вроде, арабские слова, целуя и покусывая за мочку уха. Сжимаясь вокруг двигающегося ствола, запутывающего все джейсоновские мысли, парень не сразу замечает, как Осман приподнимает его, усаживая на свои бёдра и двигаясь более плавно, но глубоко. — М-мх! З- ах!.. Салим..! — высоким голосом тянет Джей, ощущая как по телу проходится холодок, после липкой постели, на которой его хорошенько разложили. Поясница Колчека щёлкает, но он не обращает внимания, отдаваясь полностью крепкой хватке Салима на своей талии. Отдаваясь предвкушению и азарту, Колчек кусает Османа в шею и сам двигает тазом, взяв инициативу в свои руки. Иракец томно выдыхает и откидывает назад голову, чувствуя как парень сжимается каждый раз, когда приподнимается с его члена. Джей развратно целует его в губы, проходясь собственным юрким язычком по кромке чужих зубов и облизывая искусанные губы. Каждый стон или громкий вдох вырывающийся из уст Османа, Джей прерывает своими поцелуями или собственными стонами. Салим перехватывается чужую руку бродящую по его торсу и целует в ладонь, замечая, что на большом пальце находится темное колечко, переливающееся в полутьме непонятными цветами для глаза и пьяного мозга. — Ко мне, — Джейсон убирает свою руку от глаз Салима. Приближается близко-блико своими губами и осторожно целует, — Обрати на меня внимание, Салим. — тихо повелевает он. Облизнув обсохшие губы, Осман подчиняется ему и подкидывает на своих бёдрах, из-за чего не ожидавший Джей вскрикивает, ощущая как на простату сильнее давит головка партнёра. Салим делает несколько поспешных и резких толчков, обнимая руками за талию Джейсона, чтобы тот не упал, и целует его в открытую шею, оставляя новые засосы и отметки, пока парень с каждой волной наступающего наслаждения выкрикивал имя Османа и стонал на издыхание. Сжимая кольцо объятий вокруг талии Джея и уткнувшись в его ключицу, Салим кончает внутрь, ощущая как и сам парень кончает ему на грудь. После минутных объятий в после оргазменной нёге, Джейсон слезает с мужчины, утягивая того за собой на кровать, дальше обниматься липкими и потными конечностями. Уткнувшись куда-то в ключицу Салима, Джейсон размышляет о том, что снова поддался своим чувствам. В начале пытался сохранить всю свою профессиональность, но после осторожных поцелуев мужчины, его мягких прикосновений и томных стонов сам сдался и поддался соблазну. — Ты.. — Салим говорит с Джейсоном в полусне, тёплой ладонью гладя того по влажной спине парня. — Спасибо тебе, вот.. ты так хорошо был… Я обязан тебе, после такого.. — сглатывая вязкую слюну, Салим молчит с минуту. Колчек притаившись дальше слушает его ровное дыхание и тихое сопение, как тот дрогнув снова просыпается, — Останься на.. дольше… Намного. Может ещё дольше… Слова звучат запутано, снова как каша и полностью невнятно, но от чего-то сердце Джейсона снова бьется на удар больше… Глубоко вдыхая и выдыхая Джейсон прижимается лбом к чужим ключицам. Щёки и уши горят огнём, парень осторожно обнимает в ответ Салима, проводя взмокшей ладонью по мускулистой спине и целуя спящего в подбородок, вслушиваясь в приглушённый популярный и бессловесный трек framed’a. *** Утро Осман встречает с непонятной тяжестью и болью в теле. Продрав сонные глаза, он оглядывается вокруг: напротив кровати, на кресле храпит его сын, заснувший в неудобнейшей позе и с полу снятой курткой, висящей на одном плече, рядом постель пустует, но находится какая-то короткая записка с кривым почерком и странным приятным ароматом: «Ты не узнал моего имени, Салим. Я - Джейсон Колчек, это не псевдоним. И… Пожалуйста, позвони по-этому номеру.. думаю мы хорошо поладим) (Боже, прости если я веду себя как идиотище..) +0143********»