50 оттенков эйфории

Что вы знаете о пубертатном периоде? Да, речь идет именно о том периоде жизни, когда кровь бешено приливает к мозгу, сексуальное влечение растет, а желание быть любимым поднимается выше самых мощных небоскребов. Сталкивались ли вы с таким или же данная участь обошла вас стороной? С одной стороны, в этом нет ничего плохого, но если мы углубимся в эту тему, то поймем, что пубертатный период оставляет на нашем теле множество заметных шрамов величаемых воспоминаниями. Почему заметных? Да потому что от этих шрамов в дальнейшем зависит формирование нашего характера, манеры речи, даже языка жестов. Все это потом соединяется в один единый пазл и получается взрослая, сформировавшаяся личность. — Знай свое место и даже не думай больше приближаться к этому парню, — из-за внезапно нахлынувшей агрессии юноша слегка сжимает стакан свежего кофе, а после нагло выливает всю жидкость на голову студента, стоящего напротив. — Под «знай свое место» я подразумеваю полное избегание меня в этом чертовом университете, состояние «тише воды, ниже травы» и полное погружение в учебу. Надеюсь, на сей раз я ясно выразился, — альфа показывает свой оскал и, наконец, уходит, наградив мимолетным взглядом объект своего воздыхания. Знакомьтесь. Чон Чонгук или, как говорят его одногруппники, «фраер». Самовлюбленный выпендрежник с очень своенравным характером. Возможно, в глубине его души все же есть что-то святое, но он явно не выставляет этого напоказ. На людях альфа достаточно груб и привередлив, регулярно качает свои права и одним взглядом заставляет окружающих повиноваться ему. И если в других историях данное поведение привлекает других личностей, то в этом случае все с точностью наоборот. Честно говоря, Чонгук плевать хотел на чужое мнение, он обожает свободу и независимость, но точно не тогда, когда дело доходит до того самого. Того самого, чьи фотографии, на первый взгляд, жестокий альфа пересматривает часами. Того самого, от одного взора на которого по телу пробегаются мурашки, а внизу живота тянет. И того самого, кто, кажется, ненавидит его всей душой.. — Что это было? — в достаточно озлобленном состоянии омега следует за своеобразным бунтарем и толкает его в спину, заставляя зайти в одну из аудиторий. — Я знал, конечно, что ты у нас весь из себя такой крутой, но разве сейчас ты не перешел границы дозволенного? Миллион раз тебя просил оставить меня в покое, перестать преследовать всех, с кем я общаюсь. Какого черта ты не слышишь меня? — парень очень эмоционально выражает свое недовольство, заставляя Чона погрузиться в свой воображаемый мир. Его тембр голоса, взгляд, что переполнен недоумением, нервное перемещение по всей площади аудитории.. Чонгук так любит, когда именно он обращает на него свое драгоценное внимание, пусть даже такое негативное. Это совсем неважно, когда именно сейчас и именно Тэхен сокращает между ними расстояние, дабы вывести альфу из непонятного транса. Изящные пальцы щелкают перед темными глазами юноши, но это не особо помогает, ведь мысли заняты совсем не идеей выслушать омегу. «Интересно, скольких людей касались эти пальцы.. Сколько губ было исцеловано этими прекрасными устами? Почему мои еще не попали в эту коллекцию?» — следует томный вздох и мозг все же решает переключить внимание на эмоционального мальчишку, который с размаху зарядил какой-то папкой прямо по голове альфы. — Приди в себя, фраер. Ты, словно ком в горле. Правда достал, — Ким фыркает и бросает папку на учительский стол. — Говорю в последний раз: отвали от меня. Мы будем разговаривать по-другому, если ты не поймешь меня. Ясно? — Облачно, — огрызается в своей привычной манере и подходит к парню вплотную, с особой дерзостью посмотрев прямо в глаза. — Не пользуйся тем, что ты мне нравишься. Думаешь, я не смогу в порыве гнева и тебе кофе на голову вылить? Это ты достал меня, Ким. Мы будем разговаривать с тобой по-другому, если сегодня ровно в шесть вечера я не увижу тебя в знаменитом кафе около нашего университета. Ясно? — передразнивает омегу в конце и своевольно покидает аудиторию, хлопнув дверью. Достало.

***

Хосок спокойно перебирает бумаги, находясь в своем кабинете, и с очень сосредоточенным выражением лица старается проверить каждый оставленный штамп. В помещении царит покой и умиротворение, ничего не мешает продуктивной работе и плодотворному сотрудничеству с персоналом. Именно так бы сказал альфа, если бы у него не было младшего брата. — Что на этот раз? — с полным пониманием в голосе спрашивает, как только в кабинет врывается довольно знакомый силуэт. — Вызывают в деканат? Проиграл, играя на деньги? Нужно отмазать от полиции? Убил человека? — в один момент Хосок начинает просто насмехаться над младшим, ведь тот его конкретно забавляет. — Колись уже, мой родной и хороший. — С этими омегами реально скоро колоться начну, — Чонгук заваливается в кресло, бесцеремонно кинув свой пиджак куда-то в сторону. — Сил моих больше нет терпеть эти презрительные взгляды, постоянные отказы и поведение выскочки. Сколько это еще будет продолжаться? Вот скажи мне, что я делаю не так. Что во мне не так в конце концов? Я бегаю за ним, даже иногда капризы осуществляю. Готов все, что угодно, сделать, а он ни в какую. Всем нравятся упыри? — альфа направляет отчаянный и весьма уставший взгляд на своего брата. Старший брат выручал альфу далеко не один раз, он всегда был на его стороне до последнего, из-за чего очень сильно втерся в доверие. Чонгук доверяет ему абсолютно все, выворачивает карманы и душу вместе с ними, прекрасно зная, что Хосок даст верный совет. Связь между братьями Чон неразрушима, они, как никто иной, знают значение фразы «рвать друг за друга». И пусть Хо не упустит возможности каким-то образом подразнить брата, младший любит его и всегда будет. — Ты ведешь себя, как упырь, но почему-то на твою шею омеги не вешаются, — старший хмыкает и вновь опускает взор на бумаги. — Ты должен стать хотя бы на один процент добрее к окружающим, перестать проявлять свое бунтарское нутро и, может, тогда тебе что-то перепадет. Я знаю тебя, как никто другой, Чонгук. На людях ты можешь строить из себя кого хочешь, но меня не обманешь. Не знаю, по какой причине ты так груб с остальными, но если хочешь добиться своего Тэхена, то нужно показать ему свои лучшие стороны, понимаешь? Угнетает. — Почему ты решил, что на людях я не настоящий? Это мой характер, Хосок, и его не изменишь. Я так же, как и большая часть людей, разделяю все на «важное» и «неважное», именно поэтому мое поведение зависит от того, кто стоит рядом со мной, — альфа откидывает голову на спинку кресла и с тяжелым вздохом закрывает глаза. — Если рядом чужак, то я не буду выбирать выражений, шаришь? Мне все равно на чужое мнение, взгляды и так далее. Но мне не все равно на мнение Тэхена обо мне. Я уверен, что оно куда больше, чем просто ужасно. Он повесил на меня ярлык «фраера» и мое существование у него ассоциируется лишь с чувством ненависти. — Есть вещи, которые ты никак не можешь исправить, остается только надеяться на лучшее, но это не твой случай. Мнение о себе вполне можно исправить, он не знает тебя, как личность, не знает про твои увлечения. Что он вообще о тебе знает, Чонгук? — Хосок выгибает бровь и переводит взгляд на своего измотанного брата. — Хорошо подумай об этом. Ведь правда. Что Ким вообще знает о Чонгуке, кроме того, что последний влюблен в него? Да практически ничего и, как сказал старший, это вполне можно исправить. Еще есть шанс показать себя в совершенно новом амплуа, дать понять, что он не такое мурло, как кажется на первый взгляд. Или есть шанс донести, что в кругу альфы есть «избранные», которые под раздачу никогда не попадают. В любом случае, парень сделает все возможное ради их сближения, а дальше уже решать только самому омеге. От решения будет зависеть, сможет ли Чонгук дальше бороться за его сердце и в целом хорошее расположение.

***

— Кем он, блять, себя возомнил?! — из шкафа один за другим летят элементы одежды, оказываясь в разных углах комнаты. — Барином? Королем? Может, султаном?! «Это ты достал меня, Ким». Что, прости?! Я еще и достал? Этот ублюдок точно получит по заслугам, пусть только попадется мне на глаза! Вещи разлетаются абсолютно по всей площади омежьей спальни, что была выполнена в багровых тонах. Тэхен любит вишню, ее цвет и вообще все, что с ней связано. Ему чужды какие-то слишком темные оттенки, а на слишком светлые, кажется, у него аллергия. — Не думаешь, что слишком много эмоций для того, на кого рубиново похуй? — в «игру» вступает Мин Юнги, лучший друг омеги. — И к чему все эти сборы? В клуб собрался? — На свидание. Комнату захватила тишина. Тэхен медленно поворачивает голову в сторону другого омеги и поджимает губы, понимая, что только что сказал. И как теперь отмазываться? Возможно, вообще не стоит рассказывать о полнейших подробностях того самого разговора в аудитории.. — Забудь, просто с одногруппником иду в кафе. Он попросил меня помочь ему с проектом, — говорит первое, что приходит на ум, и сразу же отворачивается. — Не смотри на меня так, я чувствую этот взгляд даже затылком. Спалился. Юнги поднимается с нагретого места на мягкой кровати и подходит к омеге, с ехидной улыбкой посмотрев на него с помощью отражения в зеркале. В этих лисьих глазах уже красной строкой читалось, что Ким очень по-глупому спалился и что ему придется объясниться. Мин не позволит ему уйти до тех пор, пока абсолютно каждая деталь того разговора не дойдет до его прекрасных ушей. Схватив друга за руку, тащит мальчишку на кровать и валит на нее, спокойно усевшись рядом. Он тянется к своим очкам, которые лежали на тумбе, и элегантно надевает их, строя из себя какого-то элитного психолога. — Слушаю. Тэхен вываливает на юношу абсолютно все, каждая эмоция была передана в рассказе и каждая эмоция была выделена жестикуляцией. Юнги слушал его, приоткрыв рот в некоторых моментах, и своим ушам поверить не мог, ведь, кажется, его друг совсем немного утрирует. Но самое забавное то, что при этом Ким продолжает уверять Мина в том, что никаких чувств, кроме агрессии и ненависти, к Чонгуку не испытывает. Пахнет наглой ложью. И верный друг обязательно все выяснит, только дайте ему небольшое количество времени. — Поверь мне, Юнги, он слишком высокомерный для этого мира. С ним невозможно находиться рядом, он постоянно что-то вытворяет. Я не представляю, сколько у меня должно быть сил, чтобы вытерпеть каждую его выходку, — Тэхен падает на спину и накрывает свое лицо подушкой. — Он меня раздражает, выводит из себя. Не знаю, что Чон должен сделать, чтобы я хоть немного поменял к нему свое отношение в более положительную сторону. Ну вот совсем не знаю. — От таких рассказов мне даже захотелось лично познакомиться с ним. Неужели прям настолько невыносимый? Уж прости, но не поверю, пока не увижу собственными глазами, — Мин усмехается из-за поведения омеги. — Продолжай собираться на свое «свидание». Я даже не буду спрашивать, зачем ты идешь на него, раз этот Чонгук тебя так раздражает. Идешь на поводу его феромонов? Тэхен застывает. Слова друга не просто заставили его задуматься, они заставили переосмыслить всю свою жизнь. Омега действительно не понимает, к чему были проведены все эти сборы, не понимает, к чему было выпущено столько эмоций. Почему-то Ким уверен, что альфа вряд ли осмелится что-то с ним сделать, поэтому окончательным вердиктом выдвигает решение знатно повеселиться. «Мне ведь совершенно плевать, что будет испытывать Чонгук, когда поймет, что я не приду, правда?» — это последнее, о чем подумал Тэхен прежде, чем поехать вместе с Мином в их любимый клуб и окончательно забить на бунтарного парня.