50 оттенков эйфории

Мину было действительно забавно наблюдать за действиями своего лучшего друга, на которые, между прочим, сам его и подтолкнул. Тэхен очень умиляет, когда дело касается Чонгука. Неужели это то, что люди привыкли называть настоящей любовью? Юнги с особым трепетом где-то глубоко в душе ждет тот самый момент, когда и у него с кем-то произойдет настолько сильная химия. Признаться, ему это необходимо. После того, как Кима уводят за ручку, омега оплачивает общий счет и выходит из заведения, остановившись совсем недалеко между зданиями. Вроде бы все хорошо, ничего не предвещает беды, но внутри до жути тревожно. Темноволосого чуть ли не разрывает на части, а руки невольно начинают трястись. Что происходит? Неважно. Зачем разбираться в деталях, когда можно просто закурить сигарету? Ухмыльнувшись собственному мышлению, Юнги достает пачку давно полюбившегося табака и невольно обращает внимание на мимо проезжающий автомобиль. Руки уже рефлекторно проделывают все махинации с сигаретой и вот наконец-то омега может сделать первую затяжку, а после вовсе уйти в отрыв. Никотин постепенно тормозит возбужденные импульсы в нервной системе, заставляя Мина более менее успокоиться. И только парень начинает грешить на неисправную работу своей интуиции, как внезапно дверь той самой машины открывается. Юнги поднимает лисьего разреза глаза на хозяина автомобиля и сразу же давится сигаретным дымом, отбросив само табачное изделие подальше. Совершенно не понимая собственную реакцию, омега моментально прячется за кирпичной стеной здания и, наконец, откашливается. Из машины вышел чертов Чон Хосок, спровоцировав все миновы нервные клетки заработать на максимальном уровне тревоги. — Возьми себя в руки, блять, — шепотом ругается под нос, будучи полностью в себе разочарованным. — С каких пор тебя бросает в дрожь при виде какого-то там альфы? Подумаешь, сказал ему однажды полную чушь. Он наверняка давно забыл все, что с тобой связано, — продолжает свой монолог, краем глаза выглядывая из-за угла. — Ты уже здесь. Бежать некуда. Будь собой. Собрав всю оставшуюся волю в кулак, темноволосый одним движением руки поправляет свои волосы и отправляется в сторону на вид немного встревоженного мужчины. Пора выходить из зоны комфорта и научиться достойно вести себя даже в самых стрессовых ситуациях. Если Юнги не сделает этого сейчас, то он не сделает этого никогда, а потом будет сидеть за барной стойкой и рассказывать первому встречному про все свои сожаления. Это явно не самая классная перспектива на будущее. — У нашего ”очень востребованного бизнесмена” здесь встреча? — с легкой ухмылкой начинает, приняв давно привычную для себя роль. — Не думал, что встречу тебя в таком месте. Хосок замирает сразу же, как только слышит до боли знакомый тембр голоса. Все дела моментально откатываются куда-то вдаль, а взор падает на того самого миловидного омегу, который смог зацепить альфу своим нестандартным поведением. Нельзя сказать, что Чон вообще не ожидал этой встречи. Он был готов, он ждал. — А я думал, что после нашей первой встречи, ты научишься манерам, — альфа хмыкает и скользит по юноше взглядом. — Но, видимо, это вообще не в твоем стиле. — Что не так с моими манерами? — сводит брови к переносице. — И с каких пор ты так свысока смотришь на меня? — еще больше набирается смелости и сокращает между ними расстояние, уставившись недовольно в глаза напротив. — Не я же захлопнул дверь перед собственным носом, а потом даже не написал ни единого сообщения, — совсем не теряется и поворачивается к парню всем телом, смотря на него сверху вниз. — Где твои манеры, Мин Юнги? Юнги все больше хмурится, из-за чего чувствует легкую боль в области лба. Что этот выскочка себе позволяет? И перед этим разговором Мин еще боялся.. Позор. — Я разве тебе чем-то обязан, Чон Хосок? — искренне недоумевает, не смея разорвать зрительный контакт. — Одним своим появлением смог напрочь испортить мое настроение. Тебе придется нести ответственность, потому что в таком состоянии я и убить могу. — Вздумал мне угрожать? — мужчина немного наклоняется, приблизившись к омежьему личику. — Со мной такие штучки не работают, сахарок, — специально делает акцент на последнем слове и нагло усмехается, наблюдая за желанной реакцией. Омега чувствует, как злость заполняет буквально каждый сантиметр его тела. Он видит в чужих глазах азарт, невообразимую дерзость и желание поиграть. Хосок невыносим. Хосока хочется разорвать в клочья и развеять их по ветру без какого-либо сомнения. Это несправедливо. Никто не смеет играть с Мином в его собственном стиле. Еще и это чертово расстояние, которое, кажется, с каждой секундой все меньше. Юнги ощущает горячее дыхание на лице и нервно сглатывает, совсем не желая поддаваться своим омежьим чувствам на данный момент. Раздражает. — Даже не вздумай назвать меня еще раз подобным образом, — негромко проговаривает и чуть ли молнии вокруг себя не метает. — Меня зовут Юнги, тебе ясно? Чон не слушает. Лишь наблюдает за движениями пухлых губ и порхает в своем мире, не переставая придумывать новые планы по завоеванию юного айсберга. Омега выглядит безумно хладнокровным, дерзким и хамоватым бунтарем, но изучив его личное дело, мужчина понял, что это обложка самой драгоценной книги. Хосоку раньше приходилось разыскивать определенную информацию о разных индивидах с помощью своих людей, но для личных целей такая возможность никогда ранее не была задействована. И вот настал тот самый жизненный период, когда серьезного альфу волнуют абсолютно не относящиеся к бизнесу вещи. Например, любовь, чувства и то, как понравиться омеге. — Обсудим все детали твоего нового прозвища в следующий раз, — подмигивает темноволосому и постепенно меняется в лице, вспоминая про основную цель своего визита сюда. — Ты не видел Чонгука? — Он был тут с каким-то омегой, но потом ушел вместе с Тэхеном, — неохотно отвечает, уже подглядывая на свою сумку, где лежала заветная пачка сигарет. — И про какой следующий раз ты говоришь? Наша встреча является чистой случайностью, а случайностям не свойственно постоянно повторяться. — По твоим надутым губам видно, что ты хочешь этой повторной случайности, — старший вздыхает, конкретно задумываясь. — Давай пошлем все к черту и напьемся? — Что? — вопросительно выгибает бровь и вновь поднимает взгляд на мужчину. — В данной ситуации я готов послать только тебя. Извини, но ты сам испортил мое настроение, — смотрит в темные омуты напротив еще несколько секунд и все же заставляет себя уйти, оставив за собой шлейф приятного омежьего запаха. Несмотря на то, что Мин курит, его феромоны намного сильнее. Особенно, когда рядом с ним стоит желанный альфа.

***

Сил совсем не осталось. Юнги падает на кровать, будучи в своей просторной спальне, и закрывает глаза, задумываясь обо всем. Он действительно заставил себя уйти. Именно заставил. Пусть Хосоку и удалось вывести омегу на крайне негативные эмоции, но сути дело не меняет. Мину нужно больше. Больше Хосока. Больше его запаха и уверенного взгляда в свою сторону. Юноша не желает анализировать свои чувства, не желает разбираться в своих желаниях, ведь если начнет, то самоанализу не будет видно конца. Они виделись всего-то пару раз. Этого недостаточно, чтобы начать что-то испытывать. Разве нет? Нет. Мыслей слишком много и от них никуда не сбежать. Тэхен развлекается с Чоном младшим, Хосок не пишет и не звонит. Хотя.. откуда у него может быть его номер? Разве что социальные сети, но вряд ли взрослый мужчина будет тратить свое время на поиски личной страницы такого омеги, как Юнги. Невыносимо. Омега подрывается с кровати и в быстром темпе следует на кухню, уже зная, что одна бутылка вина точно будет опустошена сегодня. И нет. Парень не фанат запивать “горе” алкоголем, просто уровень стресса достигает максимальной отметки. Рядом никого нет. Только Мин, вино и чертовы мысли о чертовом Хосоке. Решив не церемониться даже с собой, омега уверенно принимается вливать в себя горький алкоголь. Жидкость стекает по подбородку, шее и, наконец, впитывается в ткань одежды. Юнги плевать, он больше не хочет чувствовать себя так жалко. — Интересно, ты понравился бы ему? — уже под действием спиртного темноволосый подходит к зеркалу, что могло позволить ему лицезреть себя в полный рост. — Худое телосложение, тонкие ноги, бледная кожа, словно у трупа.. Разве ему может нравиться такое? — в пьяном бреду размышляет и задумчиво ставит бутылку на тумбочку. Мин завороженно наблюдает за собственным отражением и внезапно начинает водить руками по своему телу, будто пытаясь найти что-то особенно привлекающее. Постепенно избавляется от одежды и все больше оголяет некоторые участки, не сводя глаз с зеркала. Смотрит на себя, как в первый раз, и невольно скользит ладонью вниз, задевая паховую зону. Робкие касания заставляют пробудиться остальных внутренних демонов и с особым желанием пойти на искушение. Его не остановить. Хрупкое тело вновь оказывается на кровати. В одной руке телефон, во второй – член. Омега ловко находит аккаунт “очень востребованного бизнесмена” и рассматривает абсолютно каждую фотографию, отмечая, что у Хосока присутствует свой отличимый от других стиль. Это не может не завораживать. Но как бы чонова индивидуальность не сводила Мина с ума, последний обижен и пойдет до конца. Поймав взором иконку “написать сообщение”, темноволосый без лишних раздумий нажимает на нее. Текстовое сообщение сейчас кажется парню чем-то банальным, поэтому он тыкает на “голосовое”: — “Ты так и не понес ответственность за мое испорченное настроение”, — начинает безобидно, после пьяно промычав. — “И тебе ведь вообще не стыдно, правда? Не знаю, сколько у тебя там дел, но если ты не искупишь свою вину, то мне придется сжечь твой офис”, — надменно усмехается, выдав смешок. — “Не моя вина, если я сожгу тебя”, — говорит напоследок и откидывает телефон, сам не понимая, что сказал. Плевать. Сохранив более возбуждающий образ Чона перед глазами, омега решительно принимается мастурбировать на каждую деталь, что только могла привлекать его в этом альфе: руки, вены, глаза, брови, бедра, плечи, рубашка, которая обтягивала мышцы.. Это только начальный список, уже от этого факта хочется стонать во весь голос, раздражая соседей, и Юнги делает это, совсем не думая о последствиях. В его пьяную голову даже на долю секунды не пришла мысль о том, что голосовое сообщение продолжает записываться. Он слишком увлечен процессом и, если все гортанные стоны с именем Хосока все же дойдут до самого альфы, Мин узнает об этом совсем скоро. — Чертов Чон Хосок, — протяжно вытягивает перед тем, как излиться в ладонь.