Убейте меня, прошу

Это был обычный летний вечер. Маленький, рыжий мальчишка прибежал к своему отцу, что был столь же рыжим, как и он сам.

— Отец! Я... — Мальчишка замялся, не решаясь продолжать диалог. — БССР. — Холодно сказал старший, посмотрят своими голубыми глазами тому в душу. Младший поежился. — Сколько раз тебе повторять? Не будет войны с нашим союзником! —Но пап! — Мальчонка был самым младшим в семье и, как считал Союз, самым не удавшимся. Он был хрупок, казалось, что кто то поднимет на него руку и БССР сломается. — БССР, марш на улицу! Сегодня, будешь ночевать там. — Младший покорно сник и направился к выходу из дома.

Вам может показаться, что СССР был жестоким отцом, но это далеко не так! Союз, это хороший и справедливый отец. Его младший сын не редко говорил родителю о неприятностях. Не так давно, тот стал молвить о войне, говоря: "Будет война, она будет долгой и кровопролитной, надо принять любые действия, что бы не допустить её!", СССР не верил. Но БССР уже стал убеждать об этом всю семью, он просил сделать, хоть, что то. Дети уже остерегались младшего. Все, кроме старшего. Тот успокаивал братца ночами, когда тому снилась война, а так же, тёмное помещение. Ночь была тёплой, да и во дворе была беседка, спать можно было. Выгнать ребёнка на улицу, было самое частое наказание летом. Только в случае сильного дождя, либо холодной погоды, могли перенести наказание.

4 часа утра. Не так далеко раздались звуки бомб. Все происходило быстро и с большой паникой. Ребёнок 11 лет даже понять нечего не успел, как был уже дома и одевался в более нормальную одежду. Он говорил, что начнётся война. Он предупреждал. Он оказался прав. Его не пустят на поле боя, но он сможет посмотреть в глаза растерянного отца и под своим, уже не детским взглядом, дать понять, что был прав. Всё было быстро, младшие, были дома, старшие, убежали и встали на оборону. БССР сидел дома и прятался рядом с другими. Он не мог этого вынести. Вдруг, Мальчишка поднялся на ноги и быстро убежал в кабинет отца, под обеспокойные крики других. Там он быстро нашёл ружье и патроны, управлять он им умел, и незаметно прошмыгнул к полю битвы. Он не видел братьев или сестёр. Он не видел отца. Другие военные не замечали, столь маленького пополнения. К часам 6, все утихло. Младший в семье не видел никого из членов их семейки. Он спрятался в кустах остролиста, что широко раскинув свои ветви и от напряжения, тот уснул.

Проснулся паренёк в тёмной комнате. Вдруг, он услышал до боли знакомый голос и узнал кто это говорил.

— Так, так, так.. Младший сынишка Союза.. Да он и пришёл в себя, ха, ха — Русский его был не очень, честно признался БССР. Ближе к нему подошёл Рейх. Союзник. Их союзник.

Его жестоко пытали на протяжение долго времени. Младший не знал, сколько именно прошло часов, а может и день, два? Неизвестно. Все тело болело, хотелось есть. Вот она, тёмная комната, которая снилась ему ночами. Он быстро сдался, слишком быстро. Ближе к вечеру, наверное это был вечер, принесли, что то на подобии помоев. Никто не будет хорошо кормить пленника, естественно. Он не знал, сколько ещё будет тут лежать, поэтому, съел все, преодолев чувства отвращения.

Несколько дней спустя. Лагерь Русских.

Союз уже знал о том, что его ребёнка забрали немецкие солдаты. На самом деле, он горевал в душе, но для остальных, тот лишь поставил крест и пошёл воевать дальше. Крест он поставил на то, что ребёнок еще жив. Вновь было затишье, боеприпасы медленно подходили а концу. Младший ребёнок всегда помогал отцу снять напряжение, от одного его взгляда веяло успокоение и теплотой. Старший сейчас отдал бы все, что бы его дитя сейчас находилось рядом с ним, успокаивая отца, говоря, что то на подобии: "Я тебе говорил пап, я предупреждал. Ладно, уже поздно о чем то думать и предупреждать", но этого не было. Голубые глаза младшего, его улыбка и вечно холодное тельце, остались лишь воспоминанием. Он больше не увидит своего сына, не услышит его смех и не получит от него новое опасение. Старшие дети старались даже в этот тяжёлый момент шутить. Они только дети. Встав с места, Союз поставил себе цель, не допустить того, что бы другие ЕГО малыши не испытали той же участи, что и самый слабый и младший.

В это же время. У БССР.

Привели новых людей. Их пытали и расстреливали. К Беларуси относились ещё хорошо, его редко кормили, пытали, но оставляли живым. Он молчал как рыба. Исхудал за эти дни сильно, нечего особенного у того не происходило. Каждый день, одно и тоже. К нему приходят врачи, выкачивают часть крови, уходят. Приходит Рейх и пытает его. Нечего не удаётся, раз за разом. На нем уже не оставалось одежды, только нижнее белье. Так было легче пытать, да и кровь брать. На теле были синяки и раны. Некоторые из них были настолько глубокими, что их пришлось зашивать. Гематомы были в основном на ногах. Постепенно стали подсвечиваться кости. Он не выживет. Его никто не спасёт. Он всегда был слаб, поэтому, на нем уже стоит крест. В видениях он видел светлое будущее, где было многое. Но только вот, увидит малыш это будущее в реальности? Неизвестно.

1944 год. Бойцы красной армии освобождают территорию Беларуси от немцев.

Война постепенно шла к концу. Союз с его армией стали освобождать территории, принадлежавшие его сыну. На душе было радостно. Он не верил в Бога, но верил, что его сын сейчас на небесах.

— Сынок.. Мы побеждаем. Не бойся за нас, никто более из нашей семьи не пал. — Смотря в небеса зашептал главнокомандующий.

После этого, вновь последовало нападение армии на больницу, точнее, это когда то была больница. Сейчас, здание кишело немцами и пленными. Выгнав нацистов, бойцы разбрелись по больнице, помогая пленникам. Двое старших детей РСФСР и УССР пошли в самый мрачный коридор. Там была одинокая дверь и оба зашли внутрь, готовые стрелять. Это была обычная тёмная комната и включив свет, оба обомлели. По центру лежала койка, на ней лежал ребёнок. Столь знакомый. УССР убежал к отцу, а РСФСР остался. Рыжие знакомые волосы и все, это единственное что узнал старший в своем маленьком братишке. Глаза были замотаны бинтами. Все тельце было покрыто ранами, синяками, шрамами, что то было ещё не так. Раздался охрипший голос с койки, когда зашёл отец и ещё один его ребёнок.

— Вновь пришли?.. Пытать будешь, да Рейх.? Может хватит.? Убей меня, я все равно нечего не скажу. Я все равно уже мёртв для всех, мне никто не поможет. — Он впервые просил о смерти, раньше он её боялся, а сейчас умолял. СССР видел ребёнка своего раньше, и даже тогда, иногда боялся, даже неверно к нему прикоснуться, что бы не сломать юное тело, сейчас, он впервые испугался за здоровье, теперь уже 14-летниго подростка. Старший подошёл к сыну положил крупную ладонь на лоб члена семьи. — Не бойся, БССР. Мы выигрываем. Теперь ты снова с нами. — Вдруг, облегчение вмиг пропало, когда младший продолжил говорить. — Здравствуй, отец. Я знаю, ты тут не один. Тут мои братья, верно? — Послышался согласный отклик. — Зря вы ко мне пришли. Папа, братья, убейте меня, прошу. Я не доживу и до спасения. Мои ноги сломаны и руки тоже, на мне нет живого места. Убейте меня, прошу, я слишком пострадал за эту войну, я не хочу больше страдать. — Что такое ты говоришь?! Сейчас, мы тебя доставим в лагерь, там медики тебя вылечат! Ты будешь как новенький! — Это был протестующих вскрик старшего сына,что подбежал к младшему. — Я всегда был обузой, а теперь, я ещё и слеп. Разве вам нужен такой брат?

Хотелось плакать, но Союз не мог сказать и слова. Аккуратно взяв сына на руки, тот пошёл на выход, старшие прикрывали того. Дошла до лагеря семья без происшествий. Медики сразу же сказали, что случай настолько тяжёлый, что не все пленники выживут. Оставалось лишь ждать и продолжать атаковать.

Прошло не мало дней, когда армия покинула лагерь и ушла дальше атаковать немцев.

Они вернулись в оставленный ими лагерь. Союз ожидал увидеть своего сынишку, что хоть немного поправился. К радостной армии подошла грустная медсестра и она подошла именно к семье главного по стране.

— Прошу прощения, товарищ Союз.. Мы сидели все, что только могли. Товарищ БССР в настолько тяжёлом состоянии, что есть гигантский шанс, что тот умрёт. Теперь, мы можем лишь ждать, что будет дальше. — Сердце упало и не только у СССР, улыбки сошли на нет. БССР умрёт? — Можно ли перевести его и других дальше? — Спросил холодно главнокомандующий. — Пленных можно, но его не советую. Лучшим решением будет... — Та вдруг замолкла и слова сами достроили предложение за неё.

"Лучшим будет, оставить его здесь или убить самим. Незачем мучить ребёнка" — Именно эти слова остались в мозгу Союза до конца дней. Он своими руками застрелил своего спящего сына. Они выиграли войну, но для Союза, это был проигрыш. Он потерял свое дитя, что всегда был рядом. У которого был прекрасный дар. Который, боялся смерти.

БССР был убит СССР в 1944 году.