Как построить Всеобщее Благо, когда вокруг идиоты

      В Литтл Уингинге стоял прекрасный погожий денек. В этом небольшом, но очень уютном городке было приятно находиться в любую погоду, но в такую теплую и солнечную, каковой она была в этот день, – особенно приятно. А потому было не удивительно, что и без того многочисленные стайки ребятишек на улицах городка стали еще многочисленнее. Как уже говорилось, городок был небольшим, но весьма развитым: была своя школа, больница, газета, множество магазинчиков, пара кафетериев, спортивных площадок, и даже один неплохой ресторанчик. Так что выбирали сей чудесный город лишь люди неплохо обеспеченные, а раз из-за размеров Литтл Уингинга все друг друга ежели не знали, то точно слышали друг о друге хотя бы разок, то также было неудивительно, что все беспокоились о своей репутации и о том, что о них подумают соседи.       Каждое происшествие, даже самое незначительное, в таких условиях становилось сенсацией, событием века! Одно такое произошло с семейной четой Дурслей. О, все в Литтл Уингинге знали, что Дурсли были образцовой семьей, а все живущие с ними на Прайвет Драйв были в этом железно уверены. Глава семейства Вернон Дурсль был крупным мясистым мужчиной в возрасте. Шею его было почти не видно, зато прическа его была всегда прекрасно уложена, а под носом росли очень длинные и пышные усы. Мужчина был со всеми вежлив, приветлив, а также был образцовым семьянином: любил свою жену и сына, был главой фирмы “Граннингс”, а потому обеспечивал своей семье немалый доход, а главное, что он всегда был готов стать горой за своих близких. Правда вот с еще одним жильцом дома на Прайвет драйв 4 у него отношения были не очень. О племяннике своей супруги Петунии, проживающем у них после смерти родителей, Вернон говорил редко, а если его имя и всплывало в разговоре, то только в составе таких фраз как: “Этот несносный мальчишка снова…”, “Чтобы вы знали этот хулиган…”, “Племянник Петунии Гарри совершенно не может…” и подобных. Но до самого незаметного члена семейства мы еще дойдем.       На очереди же у нас была Петуния. Сия женщина так же была любящей супругой и матерью, верной своему мужу и до безумия опекающей своего ребенка Дадли. Внешность у опытной домохозяйки была не модельная, но достаточно привлекательная, а если бы не удлиненная шея (помогающая, к слову, высматривать ей недостатки соседей за их заборами), делающая свою обладательницу похожей на лошадь, то Петунию можно было бы назвать даже красавицей. Любимым занятием женщины была забота о своем саде, хвастовство им перед соседями и обсуждение многочисленных сплетен со все теми же соседями. И эта прекрасная жена не сильно-то отличалась от своего мужа, тоже относясь к своему родному племяннику… прохладно. Говорила она о нем еще меньше, нежели муж, но уж когда приходилось, то что-то кроме уничижительных выражений в сторону мальчишки из ее уст услышать было невозможно.       Но уйдем от взрослых представителей данной семейки, остановив свой взор на двух молодых представителях. Дадли Дурсль и Гарри Поттер. Два ребенка одного возраста – десяти лет, но отличающихся словно день и ночь. Дадли пошел в отца, а потому был голубоглазым очаровательным блондином… хотя лишний вес, приближающий ребенка к поросенку, немного портил вид, но можно было с уверенностью сказать, что если юнец возьмется за ум и сбросит вес, то сможет в будущем пленить не одно женское сердце. Его же кузен напротив был жгучим брюнетом с яркими изумрудными глазами, вот только телосложение паренька было худым, даже можно сказать щуплым, на лбу же красовался шрам в виде молнии. Завершали образ очки велосипеды. Но все же отличия двух детей не заканчивались лишь на внешности, отличий было куда-а-а как больше. Дадли был ребенком непоседливым, активным, наглым и весьма капризным, а из-за попустительства родителей еще и разбалованным. Любил он лишь играть, да развлекаться (ну и вкусно покушать, само собой), а вот учиться не любил. Так что выходило, что урокам время он не уделял, проводя все свое свободное время или за просмотром телевизора, или же играя со своими друзьями на улице. Об играх Дадли и компании мы еще поговорим. Но можно сделать легкий вывод, что ребенком младший Дурсль был не простым, ох каким непростым. В противовес ему, Гарри был молчаливым, робким, неуверенным в себе, тратящим все свое немногочисленное свободное время на чтение книг. Немногочисленным же оно у него было, так как помимо походов в школу, Гарри так же был ответственен за выполнение множества самых разнообразных дел по дому. От готовки завтрака до подстригания кустов в саду. Самым же нелюбимым действом у ребенка было участие в “играх” Дадли и его друзей.       Что же это за игры? Ну… иногда это типичные для детей игры, иногда не очень. Среди таких “нетипичных” игр самой увлекательной для самого Дадли и его друзей – охота на Гарри. Хотя младший Дурсль гордо называл это не просто игрой, а целым “спортом”. Задача же в этой “охоте” была весьма проста – догнать убегающего Поттера и хорошенечко его отпинать. Сильно, конечно, никто не бил, так максимум до синяков, все же проблемы были никому не нужны, но даже так приятного для самого объекта “охоты” было мало. Потому то черноволосый мальчишка очень активно старался в этой игре или не участвовать, или выходить “победителем”. Хотя изредка все же убегать ему не удавалось и тогда он был бит.       Так, о чем это мы? Точно! Происшествие, из-за которого жители Литтл Уингинга еще долго обсуждали семейство Дурслей. Случилось это первого августа тысяча девятьсот девяностого года. Была очередная “охота на Гарри”, правда в этот раз в роли догоняющего выступал лишь один Дадли, так как все его друзья как будто сговорившись провинились каждый перед своими родителями, а потому были под домашним арестом. Гарри как можно догадаться был в своей несменной роли “добычи”. И ждал бы эту охоту самый очевидный финал, в виде запыхавшегося блондинистого мальчишки и убежавшего черноволосого, если бы не машина. Да-да, простая машина. Простая машина, с водителем за рулем, который впервые проезжал через Литтл Уингинг, а потому не был привычен к тому, что детишки в этом городке частенько перебегают дорогу во все возможных направлениях и на любом участке проезжей части. А потому хоть увидеть двух выскочивших на дорогу мальчишек водитель сумел, но вот полностью затормозить он был уже не в силах, а потому тела ребятишек познакомились с капотом. Слава Богу, что все же стальной зверь благодаря весьма качественным тормозам таки успел сбросить почти всю скорость, а потому, как выясниться позже, никаких серьезных травм у Дадли с Гарри выявлено не будет. Но выявлено все это будет понятное дело в больнице, куда водитель, будучи ответственным гражданином, тут же повез двух сбитых детей.       И с того дня в Литтл Уингинге еще долго обсуждали этот инцидент, обсуждали то, как весьма тучный мистер Дурсль сумел в несколько прыжков буквально взлететь по лестнице больнице на четвертый этаж, где в одной из палат и лежал его сын с племянником, а также обсуждали как весьма тактичная, спокойная и приветливая на людях Петуния материла и ругала водителя злополучного автомобиля так, что даже бывалые портовые грузчики удавятся от зависти. Единственное что прошло мимо внимания народа, было то, что Гарри Поттер, очнувшись после инцидента почему-то первые пару минут нес какую-то тарабарщину про себя. Хотя если бы, в этой больнице присутствовал бы житель восточной Европы, то он бы с удивлением для себя обнаружил, что тарабарщиной той был русский язык. Правда вещи, произнесенные на этом языке были бы все же малопонятны: –…ну вот и какого же хуя? Почему именно в Потного, а? Не хочу со старым пердуном разбираться, не хочу с рыжими дружить, не хочу вообще в это страшное место под названием Хогвартс ехать! – со стороны люди могли бы легко подумать, что у ребенка была истерика. Что в целом было недалеко от правды. Но сделав пару глубоких вдохов и выдохов, черноволосый парнишка начал успокаиваться. –Ааа, похер, прорвемся. Раз уж в такой жопе, то надо приспосабливаться. Первым делом нужно в Косой переулок, а там и в банк. Проверим парочку теорий, а также попробуем узнать гад ли старый маразматик на самом деле или не гад. Если все будет, как и рассчитываю, то у меня появятся деньги, какая никакая сила, возможно влияние. А главное возможность насрать в кашу Дамблдору. Хех, я еще покажу всем, чего стоит Поттер!

***

      В то же время, где-то на просторах Шотландии в чудесном и сказочном замке Хогвартс предавался невеселым думам директор сей прекрасной школы. Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, кавалер ордена Мерлина первой степени, Великий волшебник, Верховный чародей Визенгамота, Президент Международной конфедерации магов. Все это были его титулы и должности. Так почему же мысли столько великого человека были совершенно не веселы? Все просто, ведь сейчас был один из тех редких моментов, когда старый маг мысленно погружался в прошлое, вспоминая все те многочисленные события, что с ним произошли, все те действия что он совершил, вспоминал всех тех людей, с которыми он встречался. И почему же все это навевало тоску? Ну, как было и положено по правилам, если человек великий, то прошлое его было отнюдь не безоблачным. За свою долгую жизнь на протяжении 109 лет он пережил множество самых разных вещей: беззаботное детство и отвязная юность, суровая зрелось, познал он и дружбу, и любовь, и боль утраты, радость побед и горечь поражений. У него было много целей, много мечтаний и надежд. И последние десятилетия он неуклонно двигался к исполнению свой самой главной цели, своей мечты – идеи о Всеобщем Благе. О, нет-нет, это не было что-то ванильно-наивное наподобие, что все будут счастливы и будет мир во всем мире. Нет, Всеобщее благо, концепция, разработанная им и его другом Геллертом еще много-много лет назад. Старый друг, правда, свернул на кривую дорожку, извратил концепции, разработанные ими, но сейчас не об этом. Само Всеобщее благо предлагало магам самое главное – возможность и равенство. Возможность добиться всего, чего пожелаешь, своими силами и равенство этих самых возможностей у всех перед всеми. Никаких древних родов, тайных знаний, аристократических заморочек и привилегий. Никаких больше магических клятв, обетов, кровавых ритуалов, поклонения не пойми кому и идей расового превосходства “правильных” магов над “неправильными.”       К исполнению этой мечты Дамблдор двигался вот уже почти сорок лет. И она была так близка. Еще один год и избранный ступит в стены его школы и тогда начнется последняя глава сего приключения. Вот только, почему же старый маг грустил, раз уже скоро финал? Грустил он одной простой причине, оглядываясь назад, вспоминая все то, что ему пришлось пережить и совершить ради своей цели, ему было так грустно, что вокруг него были одни… идиоты. Просто клинические полудурки. И ведь Альбус ничуть не преувеличивал, наоборот он даже преуменьшал! Ну вот возьмем для примера того же Тома. Прекрасный, образованный мальчик, у которого были просто потрясающие перспективы в магическом мире. Одно время Дамблдор даже хотел помочь ему стать министром магии, ибо вот тогда бы они вдвоем точно развернулись, для реформации магического общества Великобритании. Так нет же! Этот дебил сперва связался с аристократами, понабрав от них всякого разного, так потом и вовсе сошел с ума, собрал шайку террористов-дебилов и принялся играть в войнушку! Как же это поломало старику все планы! И ведь главное, что когда его уже все доставало, и он решал лично со всем покончить – этот поганец позорно бежал! “Бегущий от смерти”, ага, как же. С таким мастерством побега это имя подходило Томми идеально. Ну или вот еще пример. Чета Поттеров. Ну вот не захотели они уезжать, точнее не захотел Джеймс, потому что считал своим долгом сражаться с пожирателями. Отлично, прекрасно, великолепно, бойцов, так еще и таких талантливых, много не бывает. Но вот на кой, во имя Мерлина, нужно было обманывать его и менять хранителем Фиделиуса с Сириуса, на Петтигрю? Так ведь узнал он об этом дебилизме только недавно, а потому теперь, чтобы достать беднягу Сириуса из тюрьмы, придется приложить немало усилий. Тогда-то он его посадил, искренне веря, что хранителем был он, лично ведь накладывал заклятие! И такого ведь было полно, почти у каждого из его подчиненных и союзников. Вот как работать в таких условиях?       Так что, сидя у себя в кабинете, Дамблдор неспешно кушал свои любимые лимонные дольки, запивая все это крепким чаем, и размышлял над тем, что если у него все же выйдет воплотить свою мечту в жизнь, то ему стоит выпустить автобиографию под названием “Как построить Общее благо, когда вокруг одни идиоты”.       Это старик просто не знал, что в будущем его ожидает еще один весьма неприятный сюрприз. Можно сказать – сюрпризище. Избранное сюрпризище.