Реакции BTS

Звезды на небе постепенно заменяются первыми лучами солнца. Ярко-оранжевым светом озаряется небосклон пока на горизонте все сильнее виднеется яркий шар солнца. Стрекот кузнечиков хуже слышно на фоне щебетания птиц. Стук по деревянной поверхности. Кто-то тянется на кровати, что-то неразборчиво пробурчав. Чимин нехотя принимает сидячее положение, еле разлепив глаза. Волосы неприятно лезут в лицо. Зачёсывает их пальцами и смотрит влево от себя. Ты умиротворенно лежишь рядом на спине, все еще спишь. По выражению твоего лица, тебе снятся хорошие сны. Вот и отлично Снова требовательный стук в дверь. Чимин беззвучно поднимается с кровати, стараясь не беспокоить тебя. Подходит к двери и прокашлявшись, открывает дверь. Солнце тут же слепит, когда его лучи освещают лицо Чимина. Тот сонно щурится, прикрываясь ладонью. — Ну наконец-то! — говорит чей-то недовольный голос. Пак выходит на крыльцо, закрывая за собой дверь. Перед ним стоят три женщины из административного центра лагеря. Чимин незаметно выдыхает. Снова он во что-то влип. — Доброе утро, Госпожа Дже.— говорит все еще наполовину спящий Чимин и трет глаза. — И Госпожа Чхве. И Госпожа Юн тоже. Женщина, к которой Чимин обратился на «Дже», с отвращением оглядела его. Пак никак на это не отреагировал. Не впервой уже. — Доброе. — все же выдавила из себя женщина с неприязнью. — Так и не впустишь? — вмешалась госпожа Юн. — Прошу прощения, у меня там небольшой бардак. — неловко улыбается Чимин, зачесывая волосы назад, опираясь спиной о дверь. — Ну конечно. — бормочет администратор Чхве закатив глаза. — Хорошо, тогда поговорим прямо на улице. Чимин одобрительно кивает словам Госпожи Дже, прекрасно понимая, что та издевается над ним. — Мы пришли поговорить с вами о вашем пионере Т/Ф Т/И. Чимин сделал вид, что ни разу не напрягся. Он снова чуть кивнул с умиротворенной улыбочкой на губах. — Некоторые пионеры жалуются на то, что Т/И не участвует в деятельности лагеря. Спрашивают, почему это ей можно ничего не делать, а им нет. — администраторша слегка спускает очки, смотря на вожатого твердо. — Вы же понимаете, что мы не можем это так оставить? Пак сдерживает себя, чтобы истерически не засмеяться этим дамам в лицо. — Госпожа Дже, — Чимин мило улыбнулся, стараясь выглядеть доброжелательно. — вы знаете, что я вас уважаю. — начал Пак издалека. — Хоть наши отношения и... с небольшим недопониманием, я считаю, что вы, как и другие представители администрации лагеря, — Чимин кивнул Госпоже Юн и Чхве. — способны прекрасно понять меня. Моя пионер Т/Ф Т/И страдает социальной тревожностью. Ей трудно просто присутствовать в больших скоплениях людей. Вы сами понимаете, что может происходить, когда человек с таким диагнозом находиться в некомфортном месте, ведь так? — За кого вы меня принимаете? Разумеется, я понимаю. Но из-за таких как вы, вожатый Пак, на территории лагеря полный балаган. В Чимине бушевал целый шквал эмоций, но он их отчаянно старался скрыть. Будет хуже, если он сейчас сорвется. Единственное, что демонстрировало недовольство Пака–негромкий смешок. Чимин облизал губы, посмотрел под ноги, собираясь с мыслями и снова устремил добрый взгляд на женщину. — Госпожа Дже, мы друг друга совершенно не слышим, да и не хотим слышать. Давайте прекратим этот диалог, иначе ни к чему адекватному он не приведёт. Женщина на этот раз взбесилась. — Так услышьте, Пак Чимин! Мне снова вычесть вашу зарплату? Я могу это устроить, если вы не устраните проблему. На этот раз эмоции Чимин сдержать не смог. Его глаза расширились в полном ужасе и шоке, не веря своим ушам, он наклонился вперед, раскрыв рот. — Извините, «устраните проблему»? Вы таким образом назвали моего пионера? Вы в своем уме? — А что ты так на меня смотришь? Пока у Т/И есть проблемы, они есть и у нас. А эта проблема напрямую на тебе, Пак Чимин. Чимину было совершенно все равно, что к нему начали обращаться на «ты» без его разрешения. Он кивнул, понимая, что ни к чему этот разговор не приведет и снова поднял глаза на администратора. — Тогда будьте добры, оставьте меня и мои «проблемы» в покое. Вожатый захлопнул дверь прямо перед лицами шокированных женщин. Те начали стучать в дверь, что-то крича, но Чимин просто защелкнул дверь на замок и сполз на пол, схватившись за голову. В этом месяце снова на диете. — Чимин? Пак молниеносно поднял голову и встал с пола. — Т/И-я. Ты уже проснулась? Ты, с легким испугом, сжимала в руках одеяло и глядела на Пака. Он догадался, что ты все слышала. Чимин сел рядом с тобой и успокаивающе сжал твои руки. — Все хорошо... — говорил вожатый. — Мы не закончили, Пак Чимин! — Открой дверь! — ... не думай, что с тобой что-то не так... — Даю тебе три секунды! Три! — ...они просто ничего не понимают... — Два! — ... я решу этот вопрос, ты только не переживай... — Один! Ты спохватилась. — Чимин, лучше открой дверь. — прошептала ты требовательно. Пак лишь устало улыбнулся, снова устремляя свой взгляд на твои пальцы и перебирая их в руках. — Ты не должна думать об этом... — Ноль! — Чимин. — снова сказала ты слегка строго. — ... это не твои заботы... — Открывай, Пак Чимин! — Ты сам себя обрекаешь на провал! — ... иди сейчас в ванную и умойся. Скоро пойдем в столовую... — Я уволю тебя после этой смены, Пак Чимин!

***

После того, как ты вышла из ванной, орущих от ярости женщин уже не было. Ты не знаешь, что Чимин наплел им, и наплел ли вообще. Ты решила не спрашивать его об этом. Не хотела портить настроение с утра еще больше. Ты переоделась в свою уже высохшую одежду и вы неспеша пошли в столовую. Что тебя беспокоило не меньше, так это то, что произошло между вами вчера. Ты не знаешь, что на тебя нашло. Чимин, безусловно, привлекал тебя, но ты думала о том, что будешь сдерживать в себе эти легкомысленные порывы. Ты не узнаешь себя. Ты вела себя вчера очень даже раскрепощенно из-за нахлынувшего адреналина и эмоций. Сейчас, когда твоя голова крепко на твоих плечах, ты не знаешь как себя вести. Теперь ты знаешь, что не только тебя тянет к нему. И ты не знала, что делать с этой мыслью. — Господин Пак, вам не нужно было делать этого. — тихо сказала ты, когда вы шли в столовую. — Снова на «вы»? — цокнул Чимин, что шел впереди тебя, подминая под себя высокую траву. — Ты жалеешь, что произошло сегодня ночью? Это, скорее, было утверждением. — Н-нет! Конечно нет... — ты чувствовала, как щеки снова наливаются краской. — Просто... Мне немного неловко... — Все в порядке. Делай так, как тебе будет комфортнее. Ты подняла на Пака благодарные глаза, хотя тот этого не видел. Он, прибывая в большей степени в своих мыслях, отвечал словно запрограммированный робот базовые фразы, но то, что даже в таком не самом лучшем распоряжении духа Чимин продолжает относится к тебе понимающе, действительно заставляло сердце пропускать удар. Ты решила не отвлекать его от своих мыслей и до столовой вы дошли в полной тишине.

***

После обеда того же дня Чимин сказал твоему отряду, что он будет в администрации лагеря некоторое время, и чтобы вы его не теряли. Он представил вам свою подругу, а вместе с тем и руководитель программы вашего лагеря, и что она будет присматривать за вами во время своего отсутствия. Чимин сказал вам это перед «свободным часом», после чего, перекинувшись с девушкой пару слов, поспешил удалиться. Ты хотела расспросить Чимина по этому поводу, поговорить. Но тот умчался так быстро и невесть куда, что поговорить вам не удалось. Конечно, ты догадывалась, куда он пошёл. Он пошел разгромлять администрацию, чтобы добиться твоего освобождения от этих дурацких конкурсов. Тебе было слишком неловко и стыдно. Пак весь день был сам не свой с утра из-за этого происшествия. Он и так не в лучшем положении в лагере, так ещё и нарывается из-за тебя на новые проблемы. Если уж на то пошло, то ты готова участвовать в этом ужасе, только чтобы не видеть загруженное лицо Пака. Ким Джису–тот самый руководитель программы, а теперь ваш временный вожатый. — Я хочу подружиться со всеми вами, но давайте не забывать слушаться меня, хорошо, ребята? — улыбнулась Джису вам. Она всем тут же понравилась. Это была на вид молодая девушка, может, ровесница Чимина. Безумно красивая девушка. И ты сразу поняла, почему Пак попросил именно Джису присмотреть за вами. «Руководитель программы». Очевидно, Джису сможет защитить тебя, если к вам снова прикопается Госпожа Дже. Когда все пионеры разбрелись кто куда, ты неловко подошла к Джису. — Извините, Госпожа Ким. — тихо произнесла ты, привлекая внимание девушки. Джису тут же развернулась к тебе и заулыбалась. — «Малышка Т/И»? Не беспокойся, давай на «ты». Ты часто заморгала, как всегда делаешь, когда не понимаешь, что ответить. Джису засмеялась, слегка запрокинув голову и подбадривающе коснувшись твоего плеча. Да, ты заметила это. У Чимина и Джису одинаковые привычки и манера общения. — Коротыш Пак так зовет тебя. Я надеюсь, я не испугала тебя? Ты тут же замотала головой. — Все в порядке... Просто неожиданно. — Пошли прогуляемся. Джису пошагала по тропинке, подальше от людей. — Мне Чимин рассказал обобщённо. Я сожалею тебе. Ты слегка смутилась. Успокоила себя тем, что уже весь лагерь знает про девочку, что страдает социофобией и Чимину необходимо было рассказать Джису о тебе и твоей проблеме, чтобы попросить ее помощи. — Не стоит. — говорила ты. — Я не знаю, какого это, поэтому думаю, что тебе безумно сложно. — Джису подарила тебе материнский взгляд и слегка сожалеюще улыбнулась. На душе стало теплее. Ким располагала к себе, как ты не старайся это отрицать. — Я не знаю другой жизни, поэтому это не так трудно для меня. Вы замолчали на некоторое время. Тишину разбавляли только звук ветра, шагов, шелест листьев и пение птиц. — Именно потому, что Чимин хочет показать тебе другую жизнь, он и пошел туда. Он сам мне так сказал. Ты задумалась. Конечно, ты сама об этом догадалась. Но сейчас, когда тебе сказали об этом напрямую, ты чувствуешь нечто странное. Что-то незнакомое. Забота. Ты наклонила голову вниз, глядя под ноги. Только с Чимином ты ощущаешь это чувство. То, как он серьезно относится к твоей проблеме, как помогает не из мыслей «так надо», как врачи, а из искреннего желания. Как не обесценивает твои эмоции и чувства. Слушает, что ты говоришь, а главное слышит тебя. Это было то, чего тебе не хватало на протяжении всей жизни. Внезапно останавливаешься, все также глядя в землю. Стук сердца перебивал и без того громкие размышления. В голове вертелись мысли о том, что такой прекрасный человек, тот, кто переворачивает твое впечатление о людях, тот, из-за кого ты не испугалась подойти к той же Джису, просто зная, что она его подруга. Он прямо сейчас обрекает себя на беды из-за тебя. А если он провалится? Что, если его уволят? Покажет себя с плохой стороны? Во что это все может вылиться? И это что, все из-за тебя? Беспокойство застревало в горле комом, а слезы наполняли глаза. Капли стремительно катятся по щекам, когда ты зажмуриваешься и касаешься ладонями лица. Ноги все хуже держат тебя на земле, из-за чего ты угрожающе качаешься. Джису что-то громко говорит и касается твоего плеча, а потом обнимает. Это не было виной социофобии, как могло бы показаться предупрежденной Джису. Впервые за долгое время ты плачешь не из-за приступа страха от людей, а из-за того, что боишься за этих самых людей. Ты безумно беспокоишься за Чимина.

***

Следующие два дня ты провела в кровати. Тебе было проще сказать, что тебя снова накрыла паника, чем объясняться перед медсестрой, почему ты так беспокоишься за Пака. Как передала Джису, в администрации есть пару коек, где, собственно, и ночевал Чимин. Он не приходил в свой небольшой дом. Тебе оставалось только ждать. Один день ты пролежала в травмпункте. Ты, очевидно, не была из разговорчивых, поэтому медсестру смутило то, как тебе было все равно на нее, когда та оглядывала тебя на наличие каких-либо признаков болезни. Ты стояла смирно, иногда спрашивая о том, «где сейчас Джису?». Ким заходила к тебе не слишком часто. Не хотела тревожить тебя сильно. Она понимала, что только навредит, если будет слишком долго маячить перед глазами. Однако, она ошибалась. Ты не хотела находиться одной со своими мыслями один на один. Голова была забита беспокойствами о Чимине. И хоть ты практически ничего не говорила, когда Джису находилась рядом, тебе было так намного легче. Но просить оставаться тебе не хотелось. Ты не хотела еще и Джису заставлять жертвовать своим временем и нервами из-за тебя. Второй день ты лежала у себя. У тебя была справка, поэтому никакие Госпожи Дже не могли придраться к тебе. Эти дни ты ничего не делала. Джису действительно заботилась о тебе. Приносила вкусняшки, старалась веселить интересными разговорами и историями. Таким образом ты узнала, что Чимин и Джису учились в одном пед.колледже, и случайным образом оба устроились сюда. После этого они и стали дружить. Девушка рассказывала, что попала сюда из-за тети, что раньше занимала здесь должность старшего вожатого, но потом ушла, хоть и продолжает частично финансировать лагерь. Чимин же пришел сюда потому что, ещё будучи студентом проходил здесь практику и ему тут очень понравилось. Это была его работа мечты. Когда ты спросила про то, почему у Чимина здесь есть некоторые проблемы, раз Пак так рад работать здесь, то Джису цокнула. — У этого любителя острых ощущений мамонтоподобное чувство справедливости. Когда ты на кого-то работаешь, то стоит иногда держать язык за зубами, а он прет как паровоз. Да, ты узнаешь его. Ты и до этого ощущала на себе осуждающие взгляды из-за того, что Чимин постоянно был рядом с тобой, или наоборот, ты с ним. Сейчас, когда Джису старается составить тебе компанию, вытаскивая на прогулки по территории, к тебе вовсе стали относиться очень не очень. Большинство считало, что ты все придумываешь для того, чтобы привлечь внимание крутых вожатых, которые не могут пройти мимо страдающей девочки. Ты была уверена, что они так думают. Да и они, отчасти, правы. — Что он может там делать так долго? — спрашивала ты на третий день отсутствия Чимина. Через пару дней уже конец недели, а это значит, что конец смены. Тебе было страшно, что ты так и не сможешь попрощаться с Чимином, и он не придет. Джису сочувствующе поджала губы. Она прекрасно понимала, что происходит. Почему Чимин торчит уже третий день в этой администрации и почему ты так страдаешь по нему. За эти пару дней ты значительно похудела. Бледная кожа стала еще бледнее. Усталое лицо подчеркивало то, как ты беспокоишься о Паке. Со стороны можно было бы сказать, что это пустяки, ты преувеличиваешь. Но Джису осознавала, что ты в принципе живешь эту жизнь нестабильно. Постоянные перепады настроения и страх, что тебя не поймут. И тут, тебе дарят просто огромное количество заботы и любви. Ты начинаешь привыкать к тому, что твоя жизнь не так уж и ужасна, а потом ты снова падаешь в эту пропасть отчаянья, и все ощущается ещё острее. — Я уверена, Чимин делает все ради твоего же блага. — единственное, что могла сказать тебе Джису.

***

Раздражающий звук, оповещающий о входящем звонке заставляет девушку зло выдохнуть. Джису переворачивается на спину и смотрит в потолок, хмуря брови и проклиная этот мир. Все же, встав, Ким тянется к светящемуся гаджету и жмурится от света. Протерев глаза, Джису поднимается на ноги от удивления настолько быстро, что в глазах темнеет. С трудом сев на кровать обратно, Джису отвечает на звонок и прикладывает телефон к уху. — Чимин, где ты?! Мы тут с ума сходим! На том конце трубки молчат в ответ, из-за чего Ким сначала думает, что звонок оборвался. — Можешь выйти прямо сейчас? Безжизненный, усталый, еле слышный голос Чимина заставляет Ким забеспокоиться. —Что случилось? У тебя неважный голос. — Я жду тебя у входа. Когда Джису выходит и видит Пака, что стоял в темноте с руками в карманах, она спешит к нему. — Эй! — Ким подбегает у нему и хорошенько ударяет того по плечу. — Какого ты пропал на такое долгое время? Ты говорил, день от силы. Чимин помолчал пару секунд, прежде чем собраться с силами и заговорить. У него не было сил что-либо делать. Даже говорить. — Я думал, что смогу справиться с этим быстро. Однако на деле... Пак тяжело выдохнул и свесил голову. Джису толкнула того в плечо. — Получилось то хоть? Чимин перевел на девушку безжизненный взгляд. Джису почувствовала, как по спине пробежал холодок. — ...Нет? Пак выдохнул еще раз, прошел пару шагов и развалился на скамейке. — Это моя последняя смена. Глаза Джису расширились. — Если ты шутишь, я ударю тебя, Пак Чимин. Однако тишина в ответ дала знать, что парень более чем серьезен. Переваривая эту информацию, Джису ошеломленно садиться рядом с Паком, глядя в землю. — Такого... не может быть... — голос девушки дрожал. Она не могла поверить в это. Человека, что горит своей работой больше чем она в тысячи раз, уволили? — Стоп! Что... что ты наплел им, Чимин? Как...Каким образом?! — Я поставил ультиматум: «Или вы оставляете её в покое, или я увольняюсь» Джису вылупилась на Чимина озверевшим взглядом. — Чимин, ты конченный?! Ты же... Ты прекрасно знаешь, что они хотели избавиться от тебя! Им все равно! Зачем?! Чимин запрокинул голову назад, глядя на звезды. Дежавю. — Лагерь в первую очередь это место для того, чтобы дети могли расслабиться. Если они делают так, чтобы кто-то мог чувствовать себя плохо, то я уйду сам. Джису старалась переварить эту информацию. Она смотрела на усталый профиль Чимина, безразличный взгляд. Он уже все решил. Она не верит, что теперь этот путь она будет проходить одна. — Чимин... — жалостливо тянет Джису и поджимает губы, чтобы не дать волю эмоциям. Вдохнув и прикрыв глаза, Ким опирается о спинку скамейки. — ... ты обязан пойти к Т/И. Прямо сейчас. Только сейчас на лице Чимина появилась эмоция...сожаления? Пак тут же нахмурился и прикрыл руками лицо. — Нет-нет, я не смогу. Джису не понимает. — О чем ты? Почему? — Я правда долго старался уговорить их, однако... На это ушло день от силы... Остальное время я... Я просто... Я не мог осмелиться вернуться, Су. Я не представлял, как вернусь и скажу ей, что после этой смены я буду вынужден уйти. Я уверен, это то, чего она боялась. Я не могу. — Какого... — Джису нахмурилась и ударила Чимина по ноге. — Ты чуть ее с ума не свел своим отсутствием! Она уже стала думать, что тебя на учет поставили за дисциплину! Какой бы ответ ни был, ты обязан рассказать ей. Иначе будет только хуже. Вожатый опустил голову вниз, кивая.

***

Чимин заглядывает в окно детского корпуса. Он уже жалеет, что пришел. Ты наверняка спишь, да и он еще слова не успел подобрать для того, чтобы все рассказать. Он все еще не готов увидеть твое разочарованное, грустное лицо. И все же, он уходит. Все равно в окно ничего не видно с уличной стороны. Наверняка ты слишком устала, чтобы пережить за сегодня и его возвращение. Чимин засовывает руки в карманы, разворачивается и начинает поспешно уходить. Пак замирает, когда слышит за собой звук скрипнувшей входной двери. Слышится неровный выдох облегчения и звук бега в его сторону. В спину Пака врезается девичье тело и крепко обнимает со спины. Настолько крепко, что Чимин ощущает несильный хруст, но он никак не реагирует на это. Чимин поворачивается к тебе, когда хватка расслабляется. Ты на него смотришь большими от сильных эмоций глазами, словно не веря, что это он. Пак просто слегка прижимает тебя к себе, оперев голову о твою макушку. Чимин безжизненно смотрел куда-то в сторону, понимая, что сейчас ранит тебя безумно сильно.

***

Как Чимин и думал. Ты плакала и извинялась одновременно. Сидя на земле, ты роняла слезы, накопившиеся за эти пару дней. Ты предполагала такой исход событий, но это не значит, что ты была готова к этому. До того, как Чимин вернулся, ты думала, что при любых обстоятельствах не будешь плакать. Ты не хотела расстраивать Чимина еще сильнее. У него самого настроение ниже плинтуса, что говорить о тебе. Однако ты переживала за Пак сильно, как никогда. Когда ты частично успокоилась, Чимин наконец заговорил в своей старой манере. — Завтра же будет предуходная дискотека. Пойдешь со мной? Ты вяло улыбаешься, глядя куда-то вниз. — Теперь я обязана ходить. Мужская рука касается твоей. — Там буду я, поэтому все будет в порядке.

***

У тебя было не так много вещей для того, чтобы наряжаться. Ты хотела выглядеть хорошо. Вы с Чимином вчера практически и не поговорили. Пак говорил, от силы, пару минут, а тебя тут же захлестнули слезы. Чимин сказал, что вы просто должны развеяться и хорошо провести время. Единственная красивая одежда, которая сойдет за парадную–светло-голубая юбка и белая рубашка. Не сильно оригинально, если сравнивать с девчонками из твоего отряда, но ты и не думала, что будешь как-то прихорашиваться, так что сойдет. Страх, связанный с большим количеством людей снова давал о себе знать. Как ни крути, но справится с этим самостоятельно ты не могла. — Там буду я, поэтому все будет в порядке. Главное верить, и все будет хорошо. Чимин говорил, что придет туда чуть позже. Поэтому, чтобы немного привыкнуть к толпе, ты пошла чуть по раньше туда самостоятельно. Народа действительно было уйму. Бо́льшая часть людей, это, конечно, подростки от двенадцати до девятнадцати лет. Девочки были накрашены, а мальчики причесали волосы. Была в этом своя неповторимая атмосфера, но была она тебе не по вкусу. Ты стояла у края танцпола, старалась сконцентрироваться на музыке, а не на окружающих людях, что громко кричали, смеялись и постоянно окликали друг друга, из-за чего тебе казалось, что обращаются к тебе. Ты уже пожалела, что пришла раньше. Людей становилось еще больше, а музыка громче. Ты старалась вглядываться в толпу, чтобы найти Пака, ненароком сталкиваясь с не добрыми взглядами других пионеров. Мурашки по телу. Ты шугаешься, когда кто-то случайно задеваешь тебя, от чего ты теряешь равновесие и падаешь. — Боже, извини. Тебя поднимают на ноги и ты видишь перед собой какого-то парня в компании двух девушек. — Ты в порядке? — спрашивает он обеспокоенно. Одна девушка что-то шепчет парню на ухо, от чего его доброжелательное лицо сменяется насмешливым. Он цокает и проходит мимо тебя, вновь задевая плечом, только на этот раз специально. Ты не падаешь–хоть какой-то плюс. Прямо перед тем, как начать себя накручивать по поводу случившегося, замечаешь впереди вожатого, что старается аккуратно пробраться вглубь танцпола. Его постоянно останавливают девочки, приветствуя и говоря о том, как он хорошо выглядит. И они были правы. Чимин был в черных джинсах и свободной белой заправленной рубашке, расстегнутой на одну пуговицу. Его волосы выглядели ещё прекраснее. Он уложил их, как не делал до этого. Он смахивал на настоящую корейскую знаменитость. Чимин лишь неловко улыбался на комплименты и благодарил, в ответ хваля пионерок за их внешний вид. Клубная музыка сменилась на медленный танец, и когда Чимин нашел тебя взглядом и между вами оставалось пару метров, девочки окружили Пака, упрашивая у него танец. Чимин доброжелательно улыбнулся и сказал что-то типа: «только двоих». Пока счастливицы визжали, танцуя с Чимином, ты наблюдала за этим со стороны. Он действительно хорошо смотрится с некоторыми очень красивыми девочками твоего возраста. Ты не ревновала, вовсе нет. Ты просто хотела быть в компании Пака и не была против того, чтобы Чимин веселился. Закружив двоих девчонок до упаду, Чимин продолжил пробираться через толпу. Когда вас разделяло пару шагов, Чимин ярко улыбнулся, на долю секунды осмотрев твой наряд и остановился на твоем лице. Вожатый хитро улыбнулся, протянув руку, затем убрал вторую за спину, и чутка поклонился, также, как принцы делают в сказках, когда зовут принцессу на танец. — Станцуешь со мной, Т/И? Пионеры стали перешёптываться и завистливо цокать, но ты не обращала на это внимание. Оно было приковано к Чимину. Чуть оглянувшись на толпу, ты поджала губы. Ты очень хочешь этого, но... — Чимин-а, я не могу. — тихо произнесла ты так, чтобы другие не услышали. Пак поднимает на тебя взгляд. — Мне показалось, ты стала уверенней. — Это с тобой. Ты–исключение, Чимин. — прошептала ты, краснея. На лице Чимина снова стала расцветать улыбка. Неожиданно, он сам схватил тебя за руку и поволок прочь с танцпола, пока другие расступались перед вами. Ты смотрела в спину Чимина и думала о том, что принцы так не делают: не крадут на виду у всех, уволакивая куда-то. Ты посмеялась этому в голове, объясняя это тем, что Чимин–принц необычный. Пак остановился чуть поодаль за сценой, где обычным людям нельзя было находиться. Музыка была слышна не так сильно, из-за чего тебе стало легче. — Зачем мы здесь? — спрашиваешь ты. Чимин, не церемонясь, приближается к тебе, хватает одну твою руку и размещает на своем плече, а вторую вкладывает в свою руку. Ты удивленно глядишь на Пака. — Что ты... — Я хочу станцевать с тобой. Мне все равно где. — шепчет сладким голосом Пак. — Позволь мне... — Чимин размещает одну свою руку на твоей талии. Ты слегка смущаешься, но не подаешь виду. — Я никогда не танцевала. Чимин удивленно вскидывает брови. — Разве ты не выпустилась со старшей школы? У вас не было бала? — Был. Я не пошла. Неожидавший, Чимин заливается смехом, от чего ты сама улыбаешься. — Да, я должен был догадаться. — улыбается Пак. — Просто иди за мной. Чимин слишком неожиданно под музыку отшагнул назад. Сориентировавшись, ты шагнула за ним. Потом еще шаг вправо, а ты за Чимином. Ещё шаг вперед, а ты отступила назад. Чимин поднял одну свою руку и закружил тебя, снова вернув в изначальное положение. Ты подняла на Чимина восхищенный взгляд, улыбаясь. Пак улыбнулся в ответ, на этот раз наступая вперед. — Ты прекрасно выглядишь сегодня. — еле слышно говорит вожатый. — Правда? — смущенно спрашиваешь ты, сконцентрированная на ваших ногах. — Можешь не сомневаться. — Ты тоже постарался. Чимин посмеивается. — Всё ради тебя. От услышанного ты путаешься в ногах, от чего угрожающе валишься назад. Тебя подхватывают за талию, делая шаг вперед и скрепляя руки. Вы с Чимином замерли в десяти сантиметрах от земли, безумно близко друг к другу. Глаза Чимина были слегка испуганные, как и твои. Но вскоре взгляд Чимина стал более томным, а твой смущенным. Пак поднял тебя, превращая твой конфуз в сложное движение вальса. — Ты в порядке? — спрашивает Пак. — Да. — ты краснеешь еще сильнее. —Спасибо. Чимин очарованно смотрит в твои глаза, и поддев твой подбородок, ты решаешь, что тот решает поцеловать тебя и прикрываешь глаза. Чмок приходится на лоб и ты открываешь удивленные глаза, глядя на довольного Чимина. Он чуть посмеивается. — Прости. — смеется Чимин. «Прости, что обломал тебе кайф»–слышишь ты. Ты отводишь смущенный, одновременно недовольный взгляд в сторону, от чего Чимин смеется еще сильнее, чуть ли не наваливаясь на тебя. Ты слишком милая. — Т/И, посмотри на меня. — посерьезнел Чимин. Ты, нехотя показывая ему свое красное лицо, все же перевела на него глаза. Чимин чуть улыбнулся тебе. Он приблизился к тебе еще сильнее, насколько это было возможно. Не разрывая взгляд, он аккуратно коснулся твоих губ.

***

Сегодня твой последний день в лагере. Неделя с лишним прошла слишком быстро. Может, иногда ты и считала, что время тянется невероятно медленно, сейчас ты думаешь о том, что все как раз таки наоборот. Сегодня так называемая «королевская ночь». Так называют последний день летнего лагеря. С самого утра был полный ужас. Все суетятся, готовят декорации и повторяют свои речи. Дело в том, что все отряды готовили какие-либо номера или сценки. Но ты в большинстве случаев оставалась в детском корпусе, поэтому, естественно, ты не участвовала. Тебя вполне устраивал такой расклад событий, хоть было и немного неловко, когда на тебя презрительно смотрели ребята из твоего отряда, которым весь день нужно было отрабатывать номер. Но ты не сидела сложа руки. Ты бегала с Джису, помогала с различными мелкими делами. Пока Чимин расспрашивал о чем-либо других вожатых, ты, вместе с Джису, разрабатывали программу. Ты и не заметила, как наступил вечер. Костры зажглись, солнце уже садилось, а фонари включились. Все заняли свои места. Так как вы была старшная группа, ваше место было практически в самом конце. Расставляла места ты, с разрешением Джису, поэтому тебя это очень даже устраивало. Пробило шесть, а это значит, что отряды начинают показывать свои выступления. В основном, это были смешные сценки или музыкальные номера. Было забавно, ты даже посмеялась в пару с Чимином. Все ребята из отряда очень беспокоились, вожатый старался успокоить их, и у него даже вышло. Ты держалась поодаль, чтобы не раздражать их лишний раз. И они зря волновались. Все получилось очень даже ничего. Большинство девочек пели в микрофоны, пока мальчики танцевали. Потом был небольшой акробатический номер от пионеров. Ты была впечатлена, а Чимин был горд. Многие зрители встали, когда аплодировали. Ты правда порадовалась за свой отряд. Как бы они к тебе не относились, они дали жару. Под конец мероприятия, ведущие, которыми являлись тринадцатилетняя энергичная девочка и мальчик того же возраста с хорошим чувством юмора и харизмой, по традиции, дали возможность любому пионеру подняться на сцену и выразить свою благодарность лагерю. В основном, это были маленькие дети, которые дрожащим голосом, под пристальный взгляд своих вожатых, говорили слова благодарности. — Чимин! Т/И! Вы повернулись в сторону источника звука. Запыхавшаяся Джису, которая только что освободилась, подбежала к вам. — Ты хорошо постаралась, Джису-я. — улыбнулся Чимин. Ты кивнула. Ким села рядом с вами. — Спасибо! Будем надеяться, все пройдет хорошо. — посмеялась девушка. — Это еще не все. Чимин вздернул брови. — Не все? Разве уже не конец? — хохотнул Пак. — Кстати, насчет «конца»... — Джису замялась. — Куда ты пойдешь после того, как тебя уволят? Чимин заметно помрачнел. — Честно, я пока не знаю... У меня есть планы, но... Ты бы очень хотела послушать от Чимина про это, но сейчас твоя цель другая. Ты торопливо пробиралась через толпу вперед. Осмотревшись назад, ты увидела поддерживающий кивок от Джису и Чимина, увлеченного своим рассказом. Ты пыталась унять сердце. Как же оно безумно быстро билось. Ты пыталась помнить о том, что это единственный выход, чтобы спасти его. — Спасибо Кихёну из второго отряда за благодарственную речь! — воскликнул маленький ведущий и зрители захлопали. — Ах, какая сегодня хорошая погода! Грех не толкнуть речь! Есть еще смелые, желающие этого? Ты поднялась на сцену по лестнице бревном, такой ужас тебя парализовал. — О! У нас есть желающая! — крикнула девочка. — Дадим же слово красавице! Мальчик передал тебе микрофон, шепнув поддерживающее «файтин» и ведущие покинули сцену, оставляя тебя одну. Ты окинула взглядом всю эту толпу, которой конца края нет. Один в один твой кошмар. Все пионеры, вожатые, та же администрация и директор были здесь. Со всех сторон послышались перешёптывания. Конечно, тебя все знали. Тебя захватывала невероятная паника все сильнее с каждой секундой. Ты сглотнула, крепко сжала микрофон в потных руках и встала в центр сцены, глядя на задние ряды, где была видна макушка Пака. — ... да и у меня выбора то особо...— Чимин осекся, когда повернувшись вправо не увидел рядом тебя. — Где Т/И? Джису довольно хмыкнула и показала пальцем в сторону сцены. Чимин посмотрел вперед и его сердце свалилось в пятки, когда он увидел знакомую фигуру на сцене, что переминалась с ноги на ногу от волнения. Пак, не отрывая от тебя взгляда, тут же сорвался к сцене. Ты вдохнула воздух, прикрыв глаза и медленно выдохнула, поднимая микрофон дрожащими руками. — М-меня зовут Т/Ф Т/И и я из отряда номер семь. После этой фразы перешептывания стали еще громче. Ты старалась не думать об этом. Просто не задумываться, иначе тебя накроет паника прямо здесь. Сейчас нужно сконцентрироваться. Ты же делаешь это не ради себя. Так нужно. — Наверняка вы... в-вы все знаете меня как девочку, которая страдает таким недугом, как социофобия. Э-это правда. Мне поставили этот диагноз всего несколько лет назад, но... социофобия была со мной с ранних лет. — твой голос срывался, от чего ты поджимала губы. Просто не обращать внимания на людей. Их здесь нет. — За свою жизнь я встречала не мало недругов. В том числе и здесь. — ты увидела, как часть толпы, которая находилась в первых рядах и которая являлась персоналом лагеря заметно напрягалась. — За моей спиной говорят не самые хорошие вещи. Я это знаю. Изначально я не хотела сюда ехать, потому что понимала, чем это закончится. Что ко мне будут относиться как к психованной, у меня не будет друзей и поддержки. Что после лагеря, мне наверняка придется ехать в специальный санаторий для душевнобольных... Ты заметила какое-то движение в толпе. Чимин пробирался через людей к сцене, для того, чтобы снять тебя оттуда. Ты сглотнула. Это же ради него. —... но я ошиблась. — волна переговариваний снова прошлась по площади. — Наверняка здесь все знают вожатого по имени Пак Чимин. — ты сглотнула, стараясь не смотреть в сторону Пака. — Мне посчастливилось, что именно он стал моим вожатым. Как я говорила прежде, это место принесло мне не малое количество боли и сожалений. Однако она несоизмерима с поддержкой и заботой, которую оказывал мне все это время Господин Пак. Чимин поднял на тебя обескураженный взгляд и остановился, слушая. — Когда мне было плохо, Господин Пак помогал мне собраться с силами. Когда я не хотела есть, он заставлял меня это делать. Когда я отвергала его заботу, он продолжал мне ее оказывать, потому что ему было не все равно на меня. И...— ты осеклась. — ... со мной никогда такого не было. — на глаза стали наворачиваться слезы. — Я никогда не чувствовала этого. Чтобы кто-то без устали хотел помочь мне просто так. Безвозмездно. С пониманием. Это... Э-это стоило того, чтобы приехать сюда. Не смотря на то, что большинство из вас ненавидят меня. Не смотря на все это... — ты шмыгнула. Чимин снова стал пробираться через людей. — ... я действительно благодарна всем вам, а в особенности Господину Паку за терпение, за помощь и за то, что он поспособствовал началу моего выздоровления. Я уверена, его вклад не будет напрасен. Это оказало на меня огромное влияние. Настолько огромное, что я стою здесь, может, и на дрожащих ногах, но я все ещё стою и не свалилась в обморок. — слегка улыбнулась ты. — Потому что знаю, случись что-нибудь, Пак Чимин успокоит меня. Чимин на секунду останавливается у сцены и ты замечаешь его. Пак бесцеремонно залезает на сцену, закинув ногу. Он подходит к тебе. — Ты в порядке? — спрашивает Пак негромко, но звук до микрофона все равно доходит и это слышат все. На этот раз ты не можешь сдержать себя. Ты открыто плачешь, а Чимин тут же прижимает твою голову к груди. Среди людей проносится не слишком громкий гул аплодисментов. Отстраняешься от Чимина и он скрепляет ваши руки. Кусаешь губы, но снова переводишь взгляд на людей. Теперь осталось самое важное. — Я прошу прощения... — ты шмыгаешь. — Поэтому я, перед всеми вами хочу обратиться к администрации этого лагеря. — ты смотришь прямо на Госпожу Дже, что явно была в панике. — Дело в том, что когда Господин Пак снова оказал мне огромную помощь и полный решимости пошел поговорить с представителями лагеря о вопросе, который касался того, что по понятным причинам я практически не участвовала в деятельности лагеря, Пак Чимин был приговорён к увольнению после окончания данной смены. По нарастающей, люди стали недовольно перекрикиваться. Чимин дернул тебя за руку, на что ты обратила внимание. Он беспокоился. — Т/И, не стоит. Ты уверенно посмотрела на него взглядом, полным решимости, что кричал «стоит». — Я считаю, что увольнять одного из единственных представителей этого лагеря, который от всего сердца и души готов помогать нуждающимся пионерам, при этом работая с усеченной зарплатой крайне по-идиотски. Я призываю, как минимум, позволить Пак Чимину продолжать работать здесь. Поэтому я прошу директора данного учреждения пересмотреть этот вопрос. Я достигла совершеннолетия и готова при необходимости подать на администрацию заявление о не желании считаться с мнением потребителя. — ты выдохнула. — На этом я хочу закончить. Спасибо за ваше внимание. Ты опускаешь микрофон и люди взрываются в овациях. Ты даже отшагиваешь назад от испуга, думая, что сказала что-то не так. Но ты не успеваешь этого сделать, потому что тебя резко притягивают за руку и крепко обнимают. Ты непонимающе хлопаешь глазами, а потом улыбаешься, обнимая Пака в ответ. — Я люблю тебя. — шепчет Чимин тебе в ухо.

***

Стук по стеклу охранной будки. Охранник вздрагивает, просыпаясь, и испуганно глядит вниз. Ты смеешься. — Аджосси, вы снова спите на посту? — ярко улыбаешься ты. Мужчина облегченно выдыхает. — Ах, Т/И, это ты... Ты что-то вытаскиваешь из пакета. — Та-да-а-а! — тянешь ты радостно, доставая контейнер с едой. — Это вам. Взбодритесь хорошенько. Мужчина смеется. — Не стоило, Т/И. Не напрягайся слишком сильно. — Все в порядке! Не беспокойтесь. — хохочешь ты. — Я хотела кое-что попросить... — Ох, чего это я. — спохватился мужчина, начал искать что-то. — Проходи. — Спасибо! — лучезарно улыбаешься ты. — Хорошего дня! — И тебе, доча! Ты, подпевая себе под нос какую-то песню, неспеша идешь по тропинке, разглядывая породнившиеся места. Вот площадь. Вот площадка. А вот корпус персонала. Заворачиваешь именно туда. Неожиданно тебя сзади хватают за плечи и орут в ухо. Ты вскрикиваешь и разворачиваешься, недовольно стукая хохочущую девушку по плечу. — Джису-онни! Сколько можно?! — кричишь ты, угрожающе нависая над девушкой. Ким продолжает смеяться. — Ты такая смешная, когда пугаешься. Лицо вот такое. — Джису корчит уродливую рожицу и ты снова бьешь ее по голове, от чего та снова заливается смехом. — Детский сад, а не персонал, ей богу! — хмуришься ты. — Ну не обижа-айся. — тянет жалостливо Джису, издеваясь. Ты рыкаешь на нее. — Успокойся и возьми лучше. — ты тянешь ей контейнер с едой, которую сама приготовила. Джису громко охает, принимая подарок. — Т/И-я! Ты лучшая! У тебя такая вкусная еда. — хнычет Джису от предвкушения. Вдруг на ее лице расцветает хитрая улыбка. — Что, своего мужа ищешь? Ты тут же краснеешь, замявшись. — Онни! Не торопи события... Свадьба ещё не скоро. — Через четыре месяца! — девушка показывает пальцами «четыре». Ты до сих пор не можешь поверить, что через четыре месяца ты действительно будешь замужем. Послав Джису куда подальше, чтобы не смущала, ты завернула налево. Начала виднеться крыша беседки. Когда ты подошла, то умилилась с этой картины. Пак Чимин, собственной персоный, мирно спал сейчас оперевшись спиной о стену беседки. Ничуть не боясь запачкать желтое платье, ты села на траву рядом с Паком. Разглядывала его умиротворенное во сне лицо. Улыбнувшись, ты убрала прядку волос Пака со лба. Чимин тут же проснулся, сонно приоткрыв один глаз. Поняв, что ты наблюдала за ним спящим, смущённо засмеялся. — Чаги, что ты тут делаешь? Ты улыбаешься и кладёшь на колени Пака обед, что приготовила накануне. Чимин довольно мурчит. — Наконец-то твоя еда-а-а! Чимин потягивается от сна и целует тебя в щеку, ложась на твои колени. — Почему ты не с отрядом? — ты перебираешь в ручках волосы Пака. — У малышей сейчас тихий час. Да, Чимину стали доверять малышей. — И у тебя в том числе. — смеешься ты. Чимин подхватывает. — Сегодня Миён не мог заснуть всю ночь. Пришлось сторожить. Ты цокаешь. — Снова кошмары? Не было же вчера. Чимин поджимает губы. — Я думаю позвонить его родителям, чтобы забрали. Мальчик слишком беспокойный. Ты киваешь. — Как твоя терапия? — спрашивает Чимин. Ты чуть улыбаешься. — Пока стабильно. Мне говорят, что я молодец. Быстро поправляюсь. — ты отводишь неуверенный взгляд в сторону. — Хотя, я не думаю. Мне двадцать уже, а проблема все ещё есть. Чимин нежно касается твоего лица. — Ты умничка. Пак приподнимается, но только для того, чтобы схватить тебя и повалить с собой на траву. Ты смеешься, и сгруппировавшись, садишься на бедра Пака, пока тот лежит на спине. — Я люблю тебя. — произносишь ты под действием прилива нежности. Чимин пару секунд любуется тобой, а когда твои щеки снова начинают розоветь от пристального взгляда, тянет тебя за руки, заставляя лечь на него, и обхватив ладонями твое лицо, произносит в самые губы: — Я тоже. И затягивает тебя в чувственный, нежный поцелуй.