Ставки на дилера

Повсюду было куча народу в разнообразных элегантных нарядах. Играла тихая джазовая музыка, до ушей доносились говоры людей, пришедших попытать удачу. По ночам подпольное казино расцветало, открывая проход всем богатеньким мужчинам и женщинам с большим карманом. Пока все проигрывали свои деньги в автоматах и разных других играх, Антон сидел за VIP столиком, прикуривая сигарету. Вокруг крутилось много миловидных девушек с хорошенькой фигуркой и личиком, но увы, как бы они не старались, как бы не выкручивались, не прижимались ближе, не пытались соблазнять, внимания Шастуна не заслуживала ни одна из них. Он всех этих дамочек уже перетрахал, ему не нравилась вся эта открытость как в их манере, так и в одежде. Он не был ни с кем больше одного раза, потому что всё, что было нужно его пассиям – это его деньги и власть над этим местом. Антона знала, если не вся страна, то вся область точно. Он имел бизнесы, ему приходил огромный доход, но вся эта слава была у него дурная. Ему приходилось убивать тех, кто вставал на его пути, а после подкупать полицию и власть, чтобы всё это замяли и не публиковали в новостях. Но глупые людишки любят напускать всяческих слухов, чтобы потом при его виде у всех ноги подкашивались. Правда, по разным причинам – у кого-то от обожания, а у кого-то от страха. У него были как поклонники, которые часто посещали сеть его казино в разных городах, сливая туда огромные деньги, так и те, кто не мог его терпеть за безалаберность, убийства и нелегальные вещи. Но он ложил откровенный такой огромный болт на мнения всех и вся. Как-то раз ему даже удалось прочитать новости, где его обозвали мафиози. И как бы абсурдо это не звучало, через пару дней того человека, который выложил этот пост, больше не было. Кратко высказываясь Антон имел всё, кроме партнёра, который не искал возможности ухватиться за его кошелёк. Ему уже давно плевать, какой пол был бы у этого человека, как бы его звали и какая у него была бы национальность. Его заебали эти проститутки на ночь, которые требуют огромных денег и своего содержания. Благо, многие понимают, что их просто использовали и уходят без скандалов и истерик дай бог с пятитысячной купюрой в руках, но есть и такие индивидуумы, как те, что в данный момент пытаются подластиться к нему, чтобы обратить на себя хоть каплю внимания. И обычно эти люди безбашены и готовы на что угодно, лишь бы остаться больше, чем на отведённое для них время. Антон уже смирился, что не найдёт никого, у кого не было бы пристрастия к его деньжатам, кто полюбился бы ему самому и к кому его замызганное и истоптанное чёрное сердце проводило бы путь. – Блять, да свали ты к чертям собачьим, сука! – не выдержав очередного прикосновения в области паха, прикрикнул Антон. Он попытался рассчитать силу и слабо пнул по какой-то девушке, сидящей под столом и позволяющей себе слишком много, выходящей за рамки дозволенного. Ему безсомненно нравилось внимание окружающих, но если это было не более обычной повседневной беседы или, например, просьбы об автографе. Но когда к нему вот так нагло лезли, всё терпение заканчивалось, и вся накопленная агрессия выливалась за край стакана. – Серый, убери этих шлюх от меня, пусть вешаются на других, – сказал Антон, зажав наушный микрофон, гневно поглядывая на рыдающую симулянтку перед собой. Смотрится жалко. – И принеси чего-нибудь крепкого. – Пять минут, Антон Андреевич, – Серёжа всегда понимал его, и за это Антон был безумно благодарен своему другу, с которым они познакомились ещё до пика его популярности. В скором времени, а точнее через пять минут, к нему пришли два накаченных мужчины, хватая девушек за руки и выкидывая из этого места. И сколько бы людей не было в зале, никто не интересовался, что происходит и не оборачивался на вопли проституток. Потому что все, кто находился здесь, знали, кому принадлежит это казино. Поэтому, пробегаясь взглядом по всему помещению, глаза сами цепляют неприметного парня, который с ужасом наблюдал за этой картиной. Он впервые видит его здесь, но одежда на нём была не простая. Это форма его дилеров, все они были проверенными людьми, и Антон знал каждого из них, но этого видет впервые. Он тушит об стол и отбрасывает окурок в рядом стоящую мусорную корзину, продолжая рассматривать незнакомца. Высокий рост, голубые выделяющиеся глаза, чёрные волосы и родинки на щеках. Внешность этого человека была приятна Антону, но ужасные мысли продолжали прокрадываться в его голову, так что, чтобы хотя бы убедиться, что это ни какой-то там заказной бандюга, который прокрался в его казино в поисках информации, ему вновь пришлось зажать микрофон в ухе. – Серёг, проверь список работников на наличие новых дилеров, – Антон пригубил дорогое вино, которое только что принёс официант, всё ещё не сводя взгляда со своего подчинённого. – Что-то случилось? – голос у Матвиенко был встревожен, он всегда волновался за своего друга и по совместительству босса. – Арсений Сергеевич Попов, 39 лет, – с каждым словом голос Серёжи понижался и становился тише, пока полностью не сел. – Знакомы? – сделал предположение  Антон и наклонил голову в бок, прищуриваясь. По вздоху на том конце можно было понять, что он попал в яблочко. – Мой друг, – Серёжа хотел сказать что-то ещё, но сдержался. Антон на это хмыкнул, отставляя бокал в сторону. – Что-то ты не договариваешь, Пироженка, – Шастун проследил взглядом за неким Арсением, который неуверенно подошёл к очередному столу, разговаривая с гостями. А ведь по виду и не скажешь, что он старше Антона на 8 лет, он то думал, что незнакомец ещё молоденький. Трахать старичков такое себе занятие, если честно. – Я попросил Диму зарегистрировать его сюда, – признался Серёжа спустя длительное временя. – У него не было работы, я решил хоть как-то помочь. – Я тебя понял, – бросил Антон, отключившись. Он бы выяснил, почему без его ведома на работу принимаются какие-то красивые мужчины, но увидев, что его подчинённый садится за стол вместе с игроками, с неспокоенным выражением лица, времени что-то расспрашивать не было. Мало того, что всем работникам заведения строго настрого запрещено играть, пока они на работе, так по его виду ещё и сложно сказать, что он вообще умеет это делать. Но, видя едкую ухмылку противника, Антон решает понаблюдать за тем, как Арсения будут рвать и метать. Ну, послужит ему уроком, надо внимательней ознакамливаться с правилами, прежде чем поступать куда-то. Поэтому, разложившись на кресле поудобнее и, закинув ногу на ногу, Антон стал наблюдать за игрой в дурака. Пока шла напряжённая игра, где победа была явно не у Арсения, вокруг уже успел столпиться народ. И только в самом разгаре Антон заметил, что ставок нет. Зато толстый мужик, сидящий рядом с Поповым, грязно ему подмигивает и проходится своим пальцем по ноге его подчинённого. И Шастун бы ничего с этим не делал, так и продолжая лежать на диванчике, но откуда-то появилось ярое желание вмешаться. Ему приглянулся этот Арсений, у него красивая мордашка, да и тело подкаченное. Что-то новенькое, такого золота в его копилке ещё не было. Поэтому, засунув сраную лень себе в жопу и отбросив все ненужные мысли, Антон поднялся со своего отсиженного места и направился в сторону Попова. – Не помешаю? – Шастун лукаво улыбнулся, вставая рядом с дилером и кладя ладонь ему на плечо. Он ощутил, как его подчинённый вздрогнул от неожиданности и, видимо, испугавшись ещё больше, начал мелко подрагивать. – Во что вы втянули МОЕГО человека? – он выделил это слово, пытаясь донести, что это ни какой-то там левый мальчик с улицы, а его работник, и что он не очень доволен таким раскладом событий. – Антон Андреевич? – в глазах богача сверкнула узнаваемость и Антон заметил, как одна из карт выпала у него из рук. – Я-я просто ну, играю? – скорее спросил, чем ответил на заданный вопрос мужчина. Арсений поднял голову, испуганно глядя Шастуну в глаза. А из далека они казались мутнее и более серыми, чем сейчас. И при детальном рассмотрении он выглядел ещё прекраснее. – Какие ставки? – Антон широко улыбнулся, продолжая осматривать Попова. Он был словно белой барашкой, окружённой стаей волков. Будто он не должен был сюда попасть и это всё – огромнейшая ошибка. Кажется, даже замороженное сердце Антона дрогнуло от такого жалкого вида его подчинённого. – Тело.. – подумав, что разговаривают с ним, сказал Попов. Мелодичный тихий голос ударил в уши, заставляя спину Шастуна покрыться мурашками. Он ещё раз улыбнулся Арсению, а после, сделав серьёзное выражение лица, метнул раздражённый взгляд из-под ресниц в мужика, который, кажется, уже успел пожалеть о том, что решил попробовать сегодня попытать удачу. – Новая игра, принесите колоду в 52 карты, замена игрока, – произёс Антон на одном дыхании, аккуратно подталкивая Арсения в спину, чтобы тот встал. Попов послушался, поднимаясь с кресла. И правда высокий, но всё же ниже Антона, хотя по росту как раз подойдёт. Шастун откинул все мысли, прочищая голову и занимая освободившийся стул. – Играем три игры, и раз уж вы поставили свои ставки с обеих сторон, что категорически запрещено, то будьте любезны отдать это полномочие мне, – беря с подноса закрытую колоду, Антон передаёт карты Арсению. Тот так же послушно берёт их и начинает тасовку. – Если выигрываете вы, то забираете его, – Шастун кивает на Попова. Тот вновь вздрогнул и заметно напрягся, поджав губы, но не остановился, продолжая работу. – А если выиграю я, то вы прощаетесь с жизнью, – договаривает он, гневно взирая на противника. – Но.. А.. Как же? – Антон был хорош во всех играх казино. Он всегда побеждал, и многие считали, что он жульничает, но пересматривая записи с игр, не обнаруживают ничего подозрительного и всё равно продолжают стоять на своём. Поэтому сейчас, видя ужас в глазах напротив, он ничуть не удивляется. Вероятность того, что он проиграет ничтожна мала, а если учитывать все его игры до этого, то можно гордо заявить, что её нет. Сопернику ничего не оставалось, как принять ставки и начать игру. С первых секунд в руках у Антона оказалось куда больше шести карт, но он знал, что делает. И вот, побив девятку червей козырным вольтом и поставив ещё одну биту, он выкладывает все свои последние карты перед мужчиной. А именно четыре туза. – Убить нахала, – бросает он напоследок, улыбаясь и подходя к Арсению. Сзади слышится умоляющие вопли, которые стихают за дверьми. Толпа медленно рассасывается, а Антон грубо хватает Попова за запястье, притягивая ближе к себе. – И как ты мне это объяснишь? – Арсений тяжело сглотнул вязкую слюну и зажмурил глаза. Он опустил голову, стараясь не смотреть на Шастуна. – Когда с тобой разговаривают, нужно отвечать, – Антон разжал ладонь, в которой находилась рука мужчины, мягко целуя её, после чего нежно поглаживая большим пальцем. – А перед тем, как устраиваешься на работу, нужно читать правила. Вроде не маленький, а всё ещё глупый. – Я читал, – Арсений поднял голову, смотря в глаза Антону. – Он заставил меня, – хрипло проговорил тот. Ему эти слова дались с трудом. Видимо, не врёт, и на него действительно сильно надавили. – Сукин сын.. – прошептал Антон, прикрывая лицо ладонью, качая головой из стороны в сторону. – Простите, что доставил неудобства.. – извинился Арсений, всё ещё боязливо гляда на Шастуна и иногда заикаясь. – А ещё спасибо, – добавил он запоздало. – Я могу сделать что-нибудь для вас? – Я сообщу Серёже, что ты тут. Вы вроде знакомы, – полностью проигнорировав слова подчинённого, произнёс Антон. – Если понадобится мой номер, спрашивай у него, –Шастун сам не понимал, почему вот так просто отпускает Арсения, даже не спрашивая ничего взамен. Неужели впервые за 12 лет он сжалился над кем-то, кто, между прочим, достаточно сильно провинился? Он даже не уволит его, хм, интересно. Возможно это просто из-за того, что этот человек приходится Матвиенко другом, и гнать его с работы было бы не самым лучшем решением. А возможно вновь оттаевшее сердце рвётся из груди, чтобы целиком и полностью отдать себя в руки Арсения. Как жаль, что оно не умеет подозревать людей и всегда промахивается, получая ещё один порез. А разум уже подкидывал мысли, что это его будет тянуть к Попову, пока он не узнает, кем является Антон и сколько он зарабатывает. А потом по старой схеме. *** Эта неделя выдалась до жути потной. В очередном его казино в Москве произошла какая-то муть и некоторые его работники уволились. Он сам даже не до конца разобрался в причинах, но факт того, что все семь дней ему приходилось выезжать от одного заведения к другому, дабы всё разрулить, до жути выматывал. И какого было его удивление, когда ему, пока он стоял на улице, выдыхая едкий дым и затягиваясь снова, беря передышку от этого дерьма, на телефон пришло СМС с незнакомого номера, с предложением посидеть в кафе Питера. Человек представился Арсением Поповым. А Антон уже и забыл о нём, рассчитывая, что они больше не встретятся. Ну, он сам подписал себе этот приговор. Скорее всего этот мужчина уже расспросил всё у Серёжи и тоже хочет, хотя бы попытаться приворожить Антона. Шастуну даже интересно, что из этого будет. Он хочет посмотреть на лицо Арсения, когда он пошлёт его после первой же ночи. Как же жаль, что все люди одинаковы, а Антон дал бы ему шанс, но, увы. Поэтому, в надежде немного отдохнуть от этой тяжести на плечах, Шастун отправляет ответное короткое СМС с согласием и заходит в здание, чтобы предупредить об отъезде из Москвы остальных. *** В субботу Антон пришёл в назначенное место к пяти часам. Оглядев здание, он понял, что это не дешёвое кафе и велика вероятность, что платить будет он. Кажется, его предположения о том, что Арсений всё о нём узнал, верны. А Шастун не сколько не удивился, что его сердце вновь пропустило болезненный удар. Вновь сломано. Зайдя внутрь и пробегаясь глазами по залу, он натыкается на Попова за столом у окна, в которое и был направлен его скучающий взор. Пока было время и его ещё не заметили, Антон притормозил, рассматривая спокойное лицо мужчины. А так он ещё симпатичнее. Снова удар в груди. Он вздохнул, направляясь к Арсению. Когда он подошёл достаточно близко, садясь на диван напротив, Попов наконец обратил на него своё внимание, улыбнувшись. – Зачем позвал? – спокойным тоном задал интересующий его вопрос Антон. – Вы тогда не сказали, как я могу вас отблагодарить, и я решил пригласить вас сюда, – долго ответа ждать не пришлось, подготовил речь заранее? Арсений поджал губы, приподнимая кончики вверх. – Почему же сразу не в отель? – Антон поднял бровь, свозя меню со стола, сразу открывая его, беглым взглядом проходясь по ценам. Действительно, дорого. – Что? – непонимающе переспросил Попов. Шастун кинул в него взор, видя настоящее непонимание в его глазах. Почему так правдоподобно? – Хочешь сказать, что ты не планировал этого? – Антон усмехнулся, поднимая голову. В груди закололо. – Я действительно не понимаю, о чём вы, – Арсений удивлённо и как-то тревожно смотрел на Шастуна. Ему бы в актёры, а не в дилеры. – Ладно, давай просто посидим и поболтаем, – ему даже смешно с этого. Обычно всегда все не церемонились, приглашая его в дорогой отель, за который потом конечно же платил он. Или этот человек хитёр и решил вместо бурной ночи поесть за его счёт и получить ещё и деньги? Не выйдет, Антон не пальцем сделан. – Что тебе Серёжа про меня рассказывал? – Ничего, – просто ответил он, тоже начав изучать меню. – Да ладно, прям таки ничего? – враньё за враньём, таких у него действительно не было. – Разве тебе не интересно, кто я? – Очень даже интересно, – покачал головой Арсений. – Но я считаю, что всё нужно узнавать от самого человека, а не от кого-то там. Тем более для этого я вас и позвал, – чтобы сказать, что Антон прихерел от этой фразы, это ничего не сказать. Может он ошибся, и этот мужчина действительно не буде цепляться за его деньги? Нет, это бред же, такого не бывает. – Что же ты хочешь обо мне узнать? – Антон глянул в зал, ища глазами официанта, приподнимая руку. – Ну, не знаю, для начала ваше имя, например, – Арсений смутился. – Извините, я его слышал, но не запомнил, – он виновато улыбнулся. Красиво. – Антон, просто Антон, не обязательно звать меня на "вы", – Шастун залип. Прям так конкретно залип, не заметив даже того, что к их столику уже подошёл официант. Сердце вновь пропустило удар. – Хорошо, просто Антон, – он хихикнул. Какой же он блять охуенный. – Салат «Цезарь» и чашечку горячего кофе, будьте добры, – он так же мило улыбнулся официанту, и Шастун даже почувствовал ревность. В голове засела лишь одна мысль. Лишь бы не влюбиться. – Лапшу по-китайски и шашлык на гарнир. Из напитков.. Я бы попробовал здешнее шампанское, – быстро сказал Антон, уж больно зверски глядя на парня-официанта. Когда он отошёл достаточно далеко от их столика, Шастун продолжил. – Что-нибудь ещё? – Сколько тебе лет? Какую музыку предпочитаешь? Может у тебя есть хобби? – протараторил Арсений, ожидая ответа на свои вопросы. – Может мне тебе ещё паспортные данные продиктовать? – хмыкнул Антон. – Мне 31 год, люблю рэп и классику, из исполнителей выделяю Лазарева, про хобби ничего сказать не могу, но раньше участвовал в Воронежской команде КВН. – Оо, так ты комик. – Твои вопросы закончились? Не хочешь спросить про карьеру? – Антон скептично осмотрел его. – Честно, мне это не очень интересно, – он почесал затылок, после чего сложил руки в замочек, поставив локти на стол и положил голову на оттопыренные большие пальцы. – А ты? Ничего не хочешь обо мне узнать? – Совершенно ничего, – на самом деле он хочет всё знать о нём, но боится. Боится, что ему разобьют и так полумёртвое сердце. Что он снова ошибается. Что потом не забудет ничего. Уже был такой человек, который полностью сломал его. Лучше не повторять своих же ошибок, не наступать на те же грабли. Он пообщается с ним и забудет, и ему станет легче. Арсений на эту фразу как-то обиженно хмыкнул и замолчал, кажется, не зная, как продолжить разговор. Потом принесли еду и ели они в абсолютной тишине. Антона лишь поразило то, что Попов не взял что-то вкусное, что-то необычное, а просто салат. Сегодня, пока он находится рядом с Антоном, он может позволить себе всё, что угодно. Но полностью игнорирует эту возможность... Или даже не знает о её существовании. Когда они вдоволь наелись и им выдали счёт, у Арсения глаза на лоб полезли, когда он увидел столько цифр. Этот взгляд не утаился от Антона, вводя его в недоумение. Он так беспокоится о его деньгах? – Я.. Оплачу, – он шумно выдохнул, закрывая книжечку, а вместе с ней и прикрывая глаза. А вот от этого Антон охуел, прям пиздец как охуел. – Ты.. Что прости? – Оплачу, пойдём, – он вымотанно улыбнулся. Издевается? – Ты знаешь кто я? – уточнил Антон, перехватывая его за кисть. Арсений испуганно смотрел перед собой, прямо как при их первой встречи. Кажется, он перегнул. Шастун отпустил его руку, понимая что это действительно так. – Прости, но ты действительно не должен. – Моя инициатива была пригласить тебя сюда, чтобы поблагодарить. Если я позвал тебя в кафе, а заплатил в итоге ты, то какой смысл от моего "спасибо"? – а ведь он прав. Он пригласил его не просто так, а в знак благодарности, соответственно он и должен платить, но это никак не укладывалось у Антона в голове. Обычно все распоряжаются его деньгами как захотят, а тут Арсений сам поставил его перед фактом, что заплатит. И при этом Шастун знал, что у Попова не так много денег, раз уж ему пришлось податься в дилеры, хотя, платил он там всем не плохо, но из рассказа Серёжи можно выявить, что это был единственный вариант. Что это за человек такой? Антон молча и ошарашенно смотрел на мужчину, пытаясь подобрать нужные слова, но всё было без толку. Он понятия не имел, что говорить в таких ситуациях. Он.. Потерялся. – Пошли, я заплачу уже наконец и мы разойдёмся, – по виду Арсения было видно, что он не очень доволен данной беседой и вообще сложившейся ситуацией и хотел поскорее уйти, покончив с этим. А Антон не хотел его потерять. Не хотел, чтобы он от него отворачивался, не хотел, чтобы он любил кого-то, кроме него, не хотел, чтобы всё вот так вот просто закончилось. Он хотел быть рядом. Антон наконец нашёл его – того человека, за которого готов отдать всё что угодно. Он влюбился. Ужасное чувство. Все мысли смешались в голове в огромную кашу, но Шастун, не произнеся ни слова, пошёл за Арсением. И он действительно всё оплатил, не соврал. Чёрт, он же спать спокойно не сможет, зная, что этот ангел не его. Что он будет охранять кого-то другого, что его будут терзать чужие губы, что он будет поддаваться чужим ласками, что он будет любить не его. Не Антона. От этих мыслей по телу проходится неприятный холодок. Как за одну сказанную фазу, за одно сделанное действие можно так вляпаться? Так запасть на человека? Вот и он не знал, но влюбился. – Мы можем увидеться ещё раз? – хрипло спросил Антон, когда они уже покинули кафе. – Не уверен, – спокойно сказал Арсений, даже не смотря в его сторону. Блять, как же это больно. – Пожалуйста.. – спросил Антон умоляющим тоном. Он никогда так низко ни перед кем не падал, как перед ним. Попов поджал губы, смотря на проходящих мимо людей. – А какой смысл? Я уже завершил то, что мучало меня, – он выдохнул. Как же Антон не привык, что отдаляются от него, а не он. Этот человек тянулся в противоположную от него сторону. Он не был похож на всех его пассий, они с ним даже рядом не стояли и не будут. Никогда. – Я хочу продолжить наше общение, – заявил Шастун, решительно смотря в голубые глаза. – Общение в одни ворота? Ты же сказал, что ни я, ни моя жизнь тебе не интересны, – его голос повысился. Антон аж вздрогнул. –  Я не так.. Мгх.. Я хочу знать о тебе всё, – Антона, словно беззащитного котёнка, которому только-только отстригли коготки, загнали в угол, и он всё ещё пытается укусить, но без толку. – Реши наконец, чего ты хочешь. – Тебя, – словно на автомате сказал Шастун, охреневая от своих слов и нервно следя за реакцией Арсения. – То есть, нет.. Не в том смысле, ты не подумай. – Меня? – Арсений сначала тупо смотрел в одну точку, переваривая информацию, а после с ужасом поднял на него глаза. – Это всё было специально? Ты намеренно защитил меня ради своих целей? – Нет же.. – Антон не на шутку перепугался. Он ляпнул не то, он не хотел этого говорить. Всего одно слово может заставить влюбиться, и одно слово может заставить возненавидеть. Шастун видел, как Арсений отдалялся – морально и физически, как бегали его глаза, с каким страхом они смотрели на него. – Ты не так понял, пожалуйста, дай объясниться! – Ты ужасен... – он будто выплюнул эти слова, словно яд. Они были сказаны с таким отвращением, что сердце Антона распалось на несколько частей. Он замер, распахнув глаза. Арсений развернулся, намереваясь уйти, но что-то его остановило. – Я не хочу иметь с тобой ничего общего, – и ушёл. Просто ушёл, оставив Антона одного. Шастуну бы не отпускать, поймать за руку и прижать к себе, объясниться в конце концов, но он не может. Он просто стоит, горько смотря ему в след, надеясь, что Арсений поменяет своё решение, вернётся и выслушает. Но Антон живёт не в сказке, поэтому как только спина скрывается за поворотом, Шастун разочаровывается в этой жизни, в себе, в людях. В любви. Он не будет за кем-то больше бегать, не будет больше по кому-то страдать, не будет снимать кого-то на одну ночь, не будет влюбляться. С него хватит. У него больше нет сердца, только пустота. Давящая, тяжёлая пустота. Он потерял последнюю возможность обрести счастье. Потерял и больше никогда не найдёт. *** – Да блять, я уже сказал, что мне это всё нахуй не нужно! – в стену вновь прилетает что-то стеклянное. Из-за слёз, которые полностью застелили зелёные глаза белой пеленой, не видно, что это было конкретно. – Мне не нужен ни ты, ни твои блядские проблемы, в которые ты втянул меня! Антон сидит на полу, прижав к своей груди колени. Его тело дрожит, у него паника, он не знает, что делать. Эд снова пришёл в стельку пьяный, у Шастуна многочисленные завалы и проёбы на работе, которые сам он решить не способен. Он вкладывает туда огромные силы и очень устаёт, приходя домой. Но когда ранее упомянутые силы покинули его, он попросил помощи у своего парня, который, не раздумывая, согласился ему помочь. Но в итоге, это обрушило на голову Антона ещё больше неприятностей, когда, одним вечером, Эд приходит в нетрезвом состоянии, срываясь на него. И глупенький двадцатилетний Шастун всё терпел – от скандалов и оскорблений в свой адрес, до полноценных избиений. Он по-настоящему любил его и всё прощал, все синяки, которые на утро нещадно болели, всю за ночь расшатанную психику. Выграновский обещал, что бросит, извинялся как мог, и Антон наивно верил всем его словам. А вечером вновь заваливался домой с бутылкой чего-нибудь крепкого в руках. – Я использую тебя, ты мне не нужен. У меня есть другой человек, которого я по-настоящему люблю, а ты – всего-навсего сраная пешка во всём этом! Я никогда не любил тебя! Ты ужасен! – Эд сказал это, растягивая слова. Его организм начал приспосабливаться, поэтому речь стала более-менее связной. Антон распахивает глаза. Весь мир словно замирает. Он надеется, что это всё безобидные шутки, но Выграновский выглядел слишком серьёзно и разгневанно. Антон ошарашенно смотрит на него несколько секунду, а после ему приходит осознание. Его не любят, ему изменяют. Слёзы начинают литься сильнее, с удвоенной силой. У него истерика, внутри идёт борьба. Он до последнего не хочет в это верить, пытается откинуть эти мысли, не думать об этом, но мозг будто специально подкидывает ему разные картинки, как Эд целует другого. А на нём выплёскивает всё накопившееся. Какой же Шастун дурак, как он так глупо мог верить ему словам, прощать его, любить. Антон и правда ужасен. *** Воспоминание ударяет в голову. Антон сидит на диванчике в своём казино, но на этот раз в Москве. Он вновь курит, но за этот вечер всю пачку, а не одну-две сигареты. Ему плохо. Он вспоминает слова Эда, Арсения. Может, он действительно ужасен, но другие этого не видят. Другие вообще не видят его. А они увидели. Увидели, и сделали выводы. Благо, сейчас он находится не в основном зале, а в отдельной комнате. Никто не увидит его подавленного состояния, и никто его не беспокоит, не лезет. Антон хотел забыть эту историю с Эдом как страшный сон, и у него это получилось. Но с появлением Арсения проснулось и его прошлое. Вся любовь к Выграновскому пропала ещё тогда, в далёком прошлом. А голубые глаза всё ещё не покидали его голову. Прошло уже девять дней, а Антон до сих пор думал о нём, вспоминая ту ситуацию и обдумывае её раз за разом. Он не приезжал в Питер, боялся, что встретит там его и всё станет ещё хуже. Он запрокинул голову назад, всматриваясь в потолок, как телефон в кармане завибрировал, оповещая о новом сообщении. Шастун разблокировал его, читая пришедшее СМС. Он прочитал его один раз, не вникая в его смысл, потом второй, уже трезво составляя слова в предложения, а после и третий, не веря в написание. Арсений вновь предложил ему встретится, но на этот раз не в кафе. И Антон вновь соглашается, прогоняя дурные мысли. *** Шастун не верил своим глазам. Арсений действительно пришёл, стоял перед ним, со спокойным выражением лица. Это не было сном. Над ним не прикольнулись. Это была реальность. – Я готов выслушать тебя, – Попов легонько улыбнулся. Он будто не помнил о том неудобном разговоре у кафе. – Но почему ты решил?.. – Антон не знал, как выразить свою мысль, поэтому остальную часть он жестикулировал руками, пытаясь донести смысл фразы. – Мне кое-кто рассказал о тебе не много, – но Арсений понял и без его нелепых показываний. Антон замер. Он узнал про его огромные доходы? Неужели он такой же как все? Шастун опять совершил ошибку? Нет, пожалуйста. Он сглотнул. – А.. Что конкретно ты узнал? – Антон боялся, но решил не наезжать, а то мало ли. – Ты же, наверное, знаешь, что мы с Серёжей хорошо дружим, и я рассказал ему о той ситуации. Он мне всё объяснил, поведал твоё прошлое, – Арсений пожал плечами, будто это что-то незначительное. – И я хотел бы извиниться, за то, что не выслушал тебя тогда. Мне правда стоило бы послушать то, что ты скажешь, а не уходить от этой нерешённой проблемы. – Больше ничего он тебе не рассказывал? – Антон уцепился за словах о Серёже, задавая главный вопрос. – Антон, мне не нужны твои деньги, я не такой человек, – он хмыкнул, смотря проницательным взглядом на Шаста, заглядывая ему в душу. – А ты мне понравился сразу, в общем-то. Но твоё поведение в кафе меня смутило, поэтому я так отреагировал. Антон выдохнул, не зная, верить ему или нет. Но он попробует. Хотя бы попробует. – Всё хорошо, Арс, – заверил его Шастун. – Я просто хотел сказать, что хочу как минимум дружбы с тобой, а в итоге на стрессе выдал не то, что хотел. Хотя, врать не буду, изначально у меня и были такие цели на тебя, – Антон взглянул на него, удостоверяясь, что Попов не собирается уходить после такого заявления. – Но я почему-то отпустил тебя тогда, а потом что-то поменялось и я понял, что ты мне нравишься. Поэтому не захотел, чтобы ты уходил, – это было сказано на одном дыхании. Он волновался, так как все эти 12 лет Антон никому так больше не говорил. Арсений просто стоял, обдумывая его слова. А после мягко улыбнулся, кивая. – Я не против общаться с тобой, ты не такой, каким показался тогда, – он хихикнул. Этот звук хочется слушать и слушать, как приятную мелодию. Только песни со временем надоедают, а он – нет. Антон в этом уверен. – То есть мы теперь... Друзья? – Антону всё ещё в это не верилось, поэтому он с сомнением заглядывал в чужие глаза. – Можешь считать так, – Шастун неуверенно потянулся к ему, чтобы обнять, но остановился на пол пути, не решаясь. А вдруг он вновь сделает что-то не так? Но Арсений просто подошёл ближе, обвивая руками его шею. Антон, понимая, что его не оттолкнут, прижал Арсения к себе в ответ. Он всё ещё не уверен, что это начало чего-то хорошего, но максимально на это надеется. В жизни должна же быть белая полоса, верно? *** – Пошла нахуй, не видишь, я занят, – Антон отодвигает от себя очередную девушку, придодвигаясь ближе к Арсению. – Тебя то есть вообще не беспокоит, что ко мне какие-то бабы левые подкатывают? – Шастун кладёт голову на плечо своего парня, которую тут же начинает массировать крепкая рука. – Нет, потому что я полностью тебе доверяю, – Арсений смеётся, целуя парня в макушку. Антон приподнимается, разворачиваясь лицом к Попову, мягко притягивая того за шею для поцелуя. Второй с удовольствием отвечает – целует нежно, очерчивая нижнюю губу Шастуна языком, мягко прикусывая её напоследок. – Какой ты сладкий, – протягивает слова Антон, от которых на щеках у Арсения появляется еле заметный румянец, с которого так умиляется Шастун. – А ты красивый, когда улыбаешься, – кидает ответочку Попов. – А ты всегда красивый, – после этих слов, Арсений поджимает губы, смущаясь. Шастун с этого хихикает. Антон окончательно убедился в своём выборе да и в Арсении в принципе. Попов помог ему восстановить поломанное ранее сердце. Он собирал все его осколки, заклеивая клеем "Момент".  С ним оно снова начало биться. С ним, Антон снова поверил в любовь. С ним, он стал счастливым. Арсений и был его главным счастьем. Заберите у него всё, что он имеет, но оставьте эти голубые сверкающие глаза, оставьте эту яркую улыбку, по сравнению с которой меркнет солнце, оставьте этого человека с ним, и он всё равно будет счастлив. Им абсолютно плевать на окружающих. Они живут сейчас, проживают именно эту минуту, и именно в эту минуту они счастливы. – Арс. – М? – Я люблю тебя. – Я тоже тебя люблю, Антош.