Танец бабочки

«Это история о гранях, сокрушить которые мы с тобой не в силах. История о тлеющей бабочке в огне и ярком, пламенном танце. И, кажется, о моем поражении.»

***

Зима. Время суровых холодов и разбившихся ожиданий. В это время ветер обжигает своей ледяной дымкой, а солнце не провожает больше до глубокого вечера, покидая нас практически днем. Зима — время преград и саморазрушения. Быть может есть что-то в этом нежно-белом покрывале, окутывающим каждый уголок земли, своё очаровательное. И, возможно, закрыв глаза и не вслух, можно признать эту красоту восхитительной. На горном хребте стихия бушует сильнее. И ветер тут уже не просто обжигает, он словно проникает внутрь. Сяо не чувствует. Ему не холодно, не больно и не грустно. Он ведь из пяти сильнейших защитников Якса, оставшийся в живых. Он не может, просто не может позволить себе слабость. Не может… да Волосы на голове стремятся угнаться за неуловимым порывом стихии, с которым Якса находит собственное уединение. И только лишь в этом? Он способен признать в себе то, что находит свою прелесть в причудливых узорах на крыльях бабочек. Способен понять, как они свободны и прекрасны в полном своём рассвете сил. Так прекрасны и так… скоротечны. Легкий взмах крыльев, разрезающий воздух, цепляет что-то внутри Сяо. То, как что-то живое способно быть поистине усладой для глаз, вызывало у парня небольшой трепет. Давно забытое чувство. Страшно прикоснуться, страшно спугнуть. Страшно представить, что закроешь глаза на мгновенье и волшебная иллюзия исчезнет. И все же, его хрустальные бабочки кружатся рядом с ним, подарив ему свою короткую жизнь взамен на легкий ветер. Его не придется просить. — Лети — думает парень, спуская с кончика пальца анемо сгусток, который непременно защитит изящные крылья маленькой бабочки в такую страшную зиму. Никто не будет знать об этой маленькой слабости. Возможно, даже он сам.

***

Пролетая сквозь снежную бурю, бабочка летит прямо к яркой вспышке на белом полотне. Переливаясь в анемо ресурсе, её мягкие, точно снег, крылья, окутывает багровая вспышка света. И от неё бабочке уже не спастись. Сяо наблюдает за этой феерией красок и не может взгляда оторвать от одного прекрасного, парящего создания. Её каштановые волосы, по-детски завязанные в хвостики, взлетали точно крылья, когда она поражала огнем Митачурла перед ней. Ядрышки бабочек, отправленных Яксой в сладкий путь, были окутаны красной краской. Точно яд поражали прямо в центр, а затем маленькие крылья загорались, сплетаясь в диком танце с анемо стихией. И это танец лишь в один конец. Они возвышались в своей величественной красоте, поражая смелостью и преданностью. С каждым всплеском пиро энергии, вокруг девчонки зажигались тысячи искусственно созданных бабочек. И каждая, словно живая, окрашивалась в нужный элемент. Сяо удивленно следил за каждым взмахом её копья, уверенными передвижениями и глупой улыбкой. Она словно бабочка окрашивала себя в дикое пламя и отдавала в каждый свой удар себя без остатка. Её глаза загорались, а небольшая шляпка на голове норовила слететь лишний раз. Якса всегда считал её невообразимой. Но никогда не скажет это вслух. Её коварная улыбка и насмешливый взгляд придавали ей определенный шарм. И Сяо неистово влекло к ней. Хотелось коснуться, прижаться сбежать. Он знал, что каждый удар был выточен до превосходства, знал, как дорого все для неё досталось. Знал, как тяжело это приходится для её тела. Знал, что она просто смертная и ему нужно держаться на расстоянии. Но все же… Пламенный танец стих, некогда анемо бабочки пеплом растворились в стремительном потоке ветра. И Сяо не жаль. Он знал, что это просто элементы её маленького представления. То, как изящно она начала формировать свою стихию в форму, вызвало у Сяо нескрываемую гордость. Он подозревал, что она наблюдала за ним, когда представлялась возможность лишний раз прийти к ней на помощь. Это все его маленькие трюки, которые переродились в её технике. И он знал, что что-то с ней не ладно, раз она не переставала сводить с него взгляд. Ему хотелось бы, чтобы она не сводила его никогда, но… Она просто смертная Слова гремели в голове точно молнии на острове Сейраи в Инадзуме. И они ранили больнее всепоглощающей кармы, с которой Сяо уж точно успел натерпеться. Это все запутывалось в голове в большой клубок переживаний, раскатать который у парня не было сил. Её стройное тело подрагивало и сгибалось от каждого применения глаза бога. Почему-то Сяо становилось больно вместе с ней. Он считал, что она неистово раздражающая, громкая, самоотверженная. И все это каждый раз, когда она покалеченная звала его на поле битвы, на которой всех сама же ранее перебила. Глупая Он никогда не уходил настолько далеко, чтобы не услышать голос Тао. Пусть даже в самый знойный день или в грозу, если она позовет его — он обязательно придет. Пока он слышит её голос, он продолжает верить, что бабочки способны жить чуть больше предназначенного. Чуть больше, чем мгновенье. Для Сяо человеческая жизнь сравнима с этим. Глухой звук вырывает Сяо из мыслей. Тело девушки откидывает на пару метров в воздух. Митачурл с которым дралась Тао оказался чуть сильнее и сильно задел её своим щитом. Всего мгновенье Сяо понадобилось, чтобы разрезать воздух и лишить его жизни. И столько же на то, чтобы подскочить к смертной ещё в воздухе, не заботясь о собственном положении. Она ведь даже его не звала Носик и брови девушки слегка подрагивали от садящей боли во всем теле. Каждый раз, когда она врывается со своим пламенным шоу, её жизнь медленно утекает. Сяо боится, что рано или поздно он не сможет поймать её также легко, как бабочку на вершине горы. Слегка приоткрыв свои глазки, она смотрит на него и выдавливает милую улыбку. Сяо хочется разбиться на миллион осколков, таких же как и ядрышки его бабочек. Нельзя быть настолько волшебной, даже в таком состоянии. Когда сознание покидает её тело, Якса осознает какое же хрупкое у смертной тело. Выбилось из сил и если бы его не было рядом, возможно, погибло бы. Сяо отмахнулся от этих мыслей. На его руках мирно спала Тао, полностью доверив ему себя. И Сяо позволил себе слабость, коснуться её лба своими холодными губами. — Но это совсем ничего не значит — вертел у себя в голове великий защитник, аккуратно передвигаюсь к постоялому двору. Его мысли то и дело возвращались на драконий хребет, оживляя воспоминания с прекрасным танцем девчонки. И, возможно, если закрыть глаза и не вслух, Сяо позволит сказать себе хоть раз, что она светит ярче, чем все кристальные бабочки, которые он видел. — Кажется, я действительно скоро сгорю. Но это совсем не важно.