Разговоры начинающего художника с шизой

— Опять девочку рисуешь, когда уже будут мужики? Вот когда ты их научишься рисо… приделай рога! — Чё? — я отрываю карандаш от бумаги, пару раз моргаю и прислушиваюсь к голосу в голове. Скептично приподнимаю бровь, хотя понятно, что моей шизе этого не видно. В последнее время она бушевала, заваливала предложениями заняться фигурным катанием, испечь яблочный пирог или начать рисовать чаем вместо акварели. Беспричинные, нелогичные, глупые идеи занимали её целиком, и шиза не отступала, продолжая бомбардировать меня «гениальными» способами провести время. Игнорировать её — лучший выход, не потакать её желаниям — правильно. Но иногда, честно говоря, срываешься. А потом оказывается, что со стены свешиваются ленты и оригами-бабочки, сделанные из тренажёра по математике. Иногда шиза — и правда отличный компаньон, но только иногда, ровно до тех пор, пока эта дама не встречается с заядлой любительницей приключений. По совместительству — пятой точкой. Тогда греми гром, сверкай молния — желание порисовать на доске в отсутствие учителя уже не удержать. Хорошо, что времени изобразить что-нибудь этакое просто-напросто не хватило. Кстати о рисовании: здесь же шиза оказалась весьма кстати. Подбрасывая забавные идеи для рисунков, она заставляла меня брать в руки карандаш снова и снова, а потом радоваться своему произведению рожденному под вдохновением. — Так рога будут или нет? — нетерпеливо спросила шиза — Не будет, ну какие ей рога? Смотри, девочка-ангелочек, милая, румянец на щеках, большие глаза. — Давай признаем, что руки у тебя, откровенно говоря, не прямые. Румянец на щеках на боевой раскрас похож, а вся её одежда явно указывает на то, что эта дамочка из психушки сбежала. — Ладно румянец, но причем тут психушка?! — возмущенно вскрикиваю я. Шиза незамедлительно принимает человеческий облик (как две капли воды похожий на меня), опирается на спинку стула и тыкает пальцем на рисунок, комментируя: — Рукава футболки кривые, а вырез странной формы. Если рисуешь юбку, потрудись нормально прорисовать подол. Не подол, а чухня, плоская ширма вместо одежды. Волосы ложатся неестественно, руки странно согнуты, будто она одержима. Поэтому я и говорю — рога ей пойдут. — Ладно — вздыхаю я — Моё ты кошмарище. Сейчас подправим. Я беру ластик, стираю часть волос и пририсовываю аккуратные загнутые рожки, а вокруг короткими штрихами делаю что-то вроде темного ореола или черного огня, не поймёшь. — Вот, по-моему гораздо лучше! — воскликивает шиза, терпеливо ждущая, пока я закончу рисунок — Демоница из этой дамочки вышла первоклассная. — Ладно-ладно, и правда лучше стало. Но я же не могу каждую корявую девочку делать одержимой или демоном (что у нас, кстати? Первое или второе?), оправдывая своё неумение рисовать. Надо учиться. Чтобы у меня наконец-то выходило то, что я хочу. — Хороший настрой, ученик — шиза улыбается во весь мой рот — продолжай в том же духе, а я… пока что пойду. Шиза начинает медленно растворяться в воздухе, но вдруг резко возвращается и хватает меня за плечи: — Кстати, «моё ты кошмарище» — это про кого? Про меня или дамочку? Я хмыкаю и беру карандаш в руки. Честно говоря, не знаю, просто сорвалось. Но такую прелестную возможность грех упустить: — А сама как думаешь? — я поворачиваю голову и улыбаюсь — Ах ты… мелочь подлая! — шиза злится и заглядывает прямо в глаза, но не может сдержаться — уголки рта упрямо ползут в стороны, а сама она начинает тихо смеяться. — Ну всё, не жди поблажек! — шиза резко меня отпускает и разворачивается — Завтра мы идем искать бродячих котов, сплетем корзину из бумаги и обязательно залезем на дерево! — А на дерево зачем? — спрашиваю я — Потому что… а чёрт его знает- бросает через плечо шиза и растворяется в воздухе. Нет, всё-таки без неё мне было бы слишком грустно. Как ни крути без этой дурочки нельзя — всегда посмотрит и честно скажет, что занимаюсь не тем. Альтернативу, правда, предлагает такую себе, но это уже мелочи. Ведь, согласитесь, у каждого из нас есть такая доброжелательная конченая сторона, которая разнообразит даже самые скучные дни. Без неё не обходится ни одно приключение, если она не стала его причиной. И не будь шизы — не было бы и половины того, что я сделала. Например, написала это