Как убить дракона за три дня

Время скорби настигло город внезапно. Народ уходил в лес, для того чтобы вырыть могилы и достойно похоронить умерших. Из-за деревьев выходили банши, издавая душераздерающий плач. Несколько безобразных фей одновременно упали на землю и истерично рыдали, оплакивая умерших. Жители же проходили мимо банши и кидали грустные взгляды. Маленькие женщины, укутанные в серые лохмотья и с покрасневшими от слез глазами, опечаленно смотрели на каждого, кто проходил мимо с трупом или лопатой. Рыдания и крики таких необычных существ всегда предвещали неминуемую гибель. Слёзы с глаз Сандры текли рекой, как и кровь с ожогов, оставивших на коже небольшие дыры. Из-за тяжелых ран эльфийка не могла стоять, а потому викингу пришлось взять ее на руки. Раздраженный Николай оглядывался по сторонам, лишь иногда ловя на себе опечаленные взгляды девушки. – Эти ожоги просто так не вылечишь... – дворф осматривает красные от высохшей крови ноги Сандры и смахивает с глаза выступившую слезу. – Огонь магический, значит, и лечиться такой ожог должен магией. – Она же эльф, разве не у всех эльфов от природы дар лечения? – шут подходит ближе и сочувствующе смотрит на девушку. – Нет. В мелких деревнях такому не научишь, – Филмор агрессивно снял с себя шлем и кинул его на землю. – Да чтоб великий Один проклял этого дракона! Сволочь! – Я знаю, к кому можно пойти... – Николай выглядел недовольным и говорил с ноткой брезгливости. – У меня есть знакомая... не то что бы она маг... шаманка. – Чего ждем? – викинг разочаровано смотрел на Сандру, глаза которой медленно закрывались. Обходя опечаленных и напуганных людей, Николай вывел компанию в лес. Некоторые деревья все еще горели, а потому болотные эльфы и люди пытались их потушить. Приходилось идти сквозь поваленные деревья и трупы лесных фей, банши и кентавров, которые не успели улететь и убежать. – Странный ты рыцарь. То с шутом возишься, то с шаманами, – дворф озадачено почесал затылок и уставился на Николая. – Мы были знакомы до того, как я стал служить королю. Я любил ее, а она... – рыцарь стал злее и сжал ладонь в кулак. – Все-все, понял, – Филмор отошел от раздраженного Николая. В самой глубине леса можно было увидеть домик, увешанный перьями, кристаллами и черепами птиц. Подойдя к нему, рыцарь тяжело выдохнул и постучал в дверь шесть раз. Деревяшки, из которых был построен дом, затрещали, и к героям вышла необычная персона. Кожа ее была бледной, словно у вампира, на плечах лежали огненно-рыжие волосы, а уши, похожие на кошачьи, торчали в разные стороны. Женщина была облачена в черные одежды, а на поясе был ремень, увешанный разными зельями и перьями Ларнийских нуток. – Ох, какие люди, – женщина усмехнулась, увидев перед собой парня. – Чего пожаловал? – И тебе привет. Нам нужна твоя помощь. У нее тяжелые ожоги, только ты можешь их вылечить, – Николай отводит взгляд и вновь сжимает ладони в кулаки. Викинг выходит вперед, отталкивая рыцаря и показывая умирающее тело эльфийки. Женщина начинает хмуриться и забирает у Дмитрия Сандру. Вслед за магом в дом заходят Николай и Филмор, чтобы убедиться, что все будет нормально. В доме на углах висит паутина, в которой сидит любимец шаманки – кровавогорлый паук по имени Сиб. Посередине главной комнаты у стены стоит шкаф, заполненный книгами и магическими приспособлениями, а на самой нижней полке распологается банка с зеленоватой жидкостью и трупом кошки внутри. На полу белым цветом начерчены северные символы и руны, а на стенах висят головы и части тел различных животных. Женщина аккуратно кладет девушку посередине пентаграммы на полу и встает, чтобы снять со стены оленьи рога. Она аккуратно прислоняет их к вискам и начинает что-то шептать. В миг рога прирастают и, как ее собственные, спокойно держатся без поддержки. – Саш, а ты уве... – Николай хочет вмешаться, но та перебивает его, начиная громко читать заклинание. Женщина закрывает глаза, и начинает водить двумя кадилами над ногами и руками эльфийки. Маленькие фиолетовые кристаллы на кончиках орудий загораются и начинают дымиться. – Аelwao anoana tuwatuwa, – шаманка начинает делать круговые движения плечами, тем самым покачиваясь из стороны в сторону. – Tau liu anoana tuwatuwa... Рога на голове шаманки начинают рассыпаться в прах, который падает на раны девушки, тем самым способствуя их заживлению. – Aelwao anoana tuwatuwa. Tau liu anoana tuwatuwa! – Саша резко поднимает голову, открывая закатанные глаза и поднимая оба кадила вверх. Резких вдох и Сандра вскакивает с земли. Ее подхватывают Филмор и Николай, пытаясь снова усадить на пол. – Господи! Это ведь чудо какое-то! – Филмор ошарашенно смотрит то на шаманку, то на эльфийку и широко улыбается. – Она и не такое может... – Николай вновь недоволен и говорит брезгливо. Саша аккуратно гладит эльфийку по ногам, на которых минуту назад были ожоги. Она давно не занималась лечением других, но что делать в таких случаях помнила прекрасно. Вдруг в дом заходит еще одна девушка. Внешне она почти не отличается от шаманки, разве что ниже. У нее короткие фиолетовые волосы, которые практически сразу встают дыбом при виде нежданных гостей. Внезапное резкое движение, и челка отлетает назад, показывая закрытый левый глаз, который словно покрыли черной краской. – О, Дари, ты уже вернулась? – маг аккуратно подходит к девушке и начинает гладить ее по голове, тем самым показывая длинный лысый хвост. – Кто это, Мадам? – пришедшая выглядит очень недовольной, а потому старается прикрыть открывшийся глаз. – Неужели это... – внезапно Филмор отрывается от Сандры и подходит к незнакомке. – Твой глаз... Ты была в храме? В доме нависает тишина, но ее прерывает звук пощечины, данной Александрой Филу. Тот и без слов понимает, что задавать таких вопросов не стоило, а потому просто наблюдает, как разгневанная девочка выходит из дома.