Оттенки любви

Атмосфера оставляла желать лучшего. Камила сидела на пустующих стульях в приемной, постукивая пальцами по телефону и вяло смотрела в пол. Мысли переплетались, путались. Яркие воспоминания прошедшего вечера смешивались с переживаниями, безжалостно забирая желание сна и отдыха. Слышно было лишь давящие на нервы голоса врачей, картинки, быстро сменяющиеся смехом из детского мультика на экране еле заметного телевизора. Она в уме перебирала варианты произошедшего, но ни один не показался более подходящим. Фантазия беспощадно давила. Вновь возникшие мысли перебил грубоватый тон: — Не пускают, — грустно произнёс Марк, расположившись рядом с Камилой и медленно сложив пальцы в замок. — Прошло только 15 минут, — посмотрев на часы рядом с телевизором, сухо ответило Камила, — я думаю пустят, когда придёт в себя. — Где вы были в это время? — с досадой произнёс Марк. — А где был ты? — ответом на пассивное обвинение, грубым тоном спросила Камила, повернувшись лицом к Марку, — А? — добавила, немного сбавив тон. Марк лишь виновато пожал плечами и опустил взгляд: — Алёна с Артуром не звонили? — Нет. Марк снова встал на ноги. Pov(Камила): откуда у тебя силы а? Терзая себя теми же бесконечными вопросами, он вытирал пот об рукава толстовки. Внезапно дверь приемной распахнулась и в заметной спешке в помещение вошли два уставших подростка. — Где вас носило? — поджимая губы и морщась от чувства усталости, спросил Марк. — В магазине, чтобы ты поел, а позже в пробке в центре, не наезжай, — ответила Алёна на, как ей показалось, грубый тон Марка. — Хватит, мы все сейчас на нервах, хватит, — подводя пальцы к вискам, с опущенной головой добавила Валиева. — Мы набрали чипсов, потом заехали в круглосуточный магазин и купили обеды в боксах, их вроде в обед туда привозят прямиком из ресторана, свежестью не отличаются, однако точно натуральные продукты, не отравитесь, — сев на коленки рядом с креслом, Артур опустошал пакеты. — Я настояла на двухлитровке воды и лимонаде, — не зная причины, пробормотала Алёна, резко открыв крышку газированного напитка. Прошло полчаса с момента трапезы спортсменов. В приемную резко ворвалась тренер, которая по всей видимости тоже оказалась в эпицентре пробки. Она бросила взгляд полный ярости на сидевших спортсменов, после чего на бутылку лимонада и упаковку чипсов. Не произнеся ни слова, она прояснила всё одним взглядом. Пальто развивалось в такт грубой походке тренера, пока она словно на иголках набирала номер врача, в поисках нужного кабинета: — Где я могу вас найти? — осматривая коридоры, задалась вопросом Этери, — здравствуйте. В трубку прозвучала цифра, после чего пальцы по памяти нажали на экране «сброс звонка». Этери не одарила взглядом ничего, что могло бы старательно отвлечь ее внимание. Она поднялась в нужный кабинет: — Как она? — вместе с резким хлопком, послышалось на другом конце палаты. Сбавив шаг, она дошла до центра комнаты и увидела врача, стоявшего над очнувшейся недавно Сашей. Мама, прикрыв рот ладонью, направила взгляд в сторону тренера. — Пытаемся выяснить, — отчаянно вздохнув, ответил врач, — как вы себя чувствуете, Александра? — Голова болит, что произошло? — Саша опустила пустой и полный разочарования взгляд. Страх окутывал постепенно, старательно пытаясь перебить желания снова уснуть. — Лакунарная амнезия — быстро прошептал врач, — Временная потеря памяти об одном конкретном событии, вызванная сильным стрессом, очевидно, — он заполнил поле в журнале и поспешно закрыл его. — Что последнее вы помните? — обращаясь к Саше, врач глубоко вздохнул. — Мы были на концерте, — с осторожностью начинала Саша. — Кто мы? Всей шайкой бестолковых детей туда направились? — с злостью продолжила Этери Георгиевна. — Пожалуйста, успокойтесь, девочка пережила огромный стресс, спасибо на том, что очнулась и продолжает говорить, — на нервах выдал врач, который понимал, что происходит, но был склонен к поддержке пациента, зная, чем заканчивается давление со стороны взрослых по поводу неосторожности детей, — Я понимаю ваши переживания со стороны тренера такой выдающейся спортсменки, но истериками вы девочке не поможете, прошу, давайте выслушаем и будем решать проблему, а кто, с кем, куда и по какой причине неответственности пошёл, обсудите после приёма и частичного восстановления её здоровья, поскольку такие вещи не важнее её состояния на данной момент, продолжайте Александра. Этери прорывала злость на все происходящее, от резких новостей, от переживания за своих спортсменов, как за собственных детей. В голове метались мысли, не соответствующие никаким нормам. Она искренне переживала за Сашу, и вся эта злость была вызвана на эмоциях страха. Вдобавок за резкие высказывания пробежало неловкое чувство вины, которое она умело скрывала. — Мы с друзьями были на концерте, веселились, — сглотнув слюну, Саша в страхе посмотрела на мать, — потом Ваня дал Камиле свой номер, чтобы мы могли сфотографироваться после концерта, но она потеряла эту бумажку. Вслед последовало молчание. Рыжая зажмурила глаза, пытаясь сопоставить моменты, которые непроизвольно перепутались в мыслях. Не получалось. Со страхом и постепенным осознанием происходящего она шепотом произнесла: — Я дальше не помню. По щеке потекла слеза, от полного ощущения обстановки и невозможности объясниться. Pov: прыжки, как я их восстановлю за короткий срок? Что со мной произошло, почему я тут? Как я допустила это, где были остальные?.. а шоу., шоу на которое мы хотели поехать вместе, лёд, стресс, я потеряю форму. Что скажет Этери Георгиевна? А мама? — Отставить слёзы, — с теплой улыбкой прохрипел врач, — С вами ничего страшного не произошло, вам не за чем волноваться, — сложив руки на колени, он продолжил, — Сотрясение само собой, но — он сделал резкий акцент, — В воспоминания о прошедших событиях к вам постепенно вернется, если не будете сильно переживать об этом. А что касается спорта: Сейчас вам нужен покой, постельный режим 1 неделю как минимум, избегать эмоциональных и физических нагрузок. К спорту можно будет вернуться примерно через месяц, когда ваше состояние придёт в норму. В любом случае, начинать с минимальных физических нагрузок и постепенно приходить в форму.

***

Саша проснулась, почувствовав, как дикий холод окутывал её руку, однако пошевелить ею Саше не удалось. Спустя пару секунд боковым зрением она увидела капельницу и поняла в чём дело. — Проснулась, маленькая, — прозвучал знакомый голос. Марк стоял в углу комнаты с небольшим стаканом воды. — мгм, рука болит уже, — подняв невинный взгляд, она взяла стакан другой рукой и сделала глоток, — затекла и вся холодная, — послышалась небольшая пауза, — А ты когда пришел? — Нас впустили пока ты спала, — посмотрев на часы и глубоко вздохнув, он продолжил, — Время 4:45, все уже ушли, — боясь показаться навязчивым, расспрашивать что произошло он не стал. Саша понимала, что он не спал всю ночь, сонные глаза и голос его сильно выдавали: — Поезжай домой. — Нет. Я не хочу спать, — он положил стакан на место и присел рядом. Девушка скорее почувствовала, чем услышала, как изменилась интонация — став жестче и серьезнее. — Ты всё равно рано или поздно поедешь домой, увы, но тут нет второй койки, иди домой, — в тихом голосе девушки звучала непоколебимая, твердая убежденность. — Мы можем сменять друг друга с Камилой, я не поеду домой, ты даже попить не можешь сама, не притворяйся гордой и самостоятельной, — он притронулся к холодной руке, дабы согреть её хоть как-то. — Марк, у вас тренировки, а у меня всего лишь сотрясение, я справлюсь, не спорь со мной или я вызову врача и попрошу, чтобы тебя проводили, — девушка злилась, понимая, как сильно её состояние и нахождение в больнице будет отнимать время у близких. Ей было комфортнее самой справляться с трудностями, — Вспомни пожалуйста Женю, с которым ты на третий день в гонки гонял на телефоне, пока он был в больнице. Она улыбнулась, дав понять, что сама этого хочет и нет ничего страшного в том, чтобы оставить её до обеда одну. Но улыбка сменилась выражением лица: «уберите кашу», как только она увидела в его глазах нотку неуверенности. Не произнеся ни слова, он наклонился и поцеловал её как маленького ребенка. Накрыв её руку полотенцем, которое почти не грело вовсе, он подобрал ключи и обиженный вышел за дверь. Pov: так будет лучше, ты всё правильно сделала. Прядка её волос упала на лицо, полным грации движением она поправила прическу и закрыла глаза. Темнота, окутавшая комнату, задремать не помогла.