🖤Твоя любовь - моя мечта🖤

Вы когда-нибудь слышали фразу «Жизнь прожить — не поле перейти»? И да… я абсолютно с этим согласна.

Вся жизнь складывалась словно американские горки, которые постоянно двигались в одном бесконечном потоке идей и желаний, с таким раскладом я и забыла, что такое «отдых».

Если подумать хорошенько… Не было дней, когда я могла просто спокойно лечь в мягкую кровать, сложив плюшевые тапочки аккуратно возле кровати. Немного согнуться в спине и расслабленно вздохнуть после тяжелого дня. Чувствовать приятный запах ванили в моей комнате. Ощущать каждой клеточкой своего изнуренного тренировками, учебой и делами тела умиротворение и покой.

Я не жалуюсь на судьбу. Вовсе нет. После всех трудностей я получила нечто большее — я обрела ту жизнь о которой даже мечтать бы не посмела. Знаете, это как каждый день таскать булыжники в гору, не догадываясь, а может оно мне не надо, вдруг все старания зря. Но… в жизни не бывает зря прожитых дней. Мы люди, мы отдаем энергию Вселенной и оно возвращается к нам. — это то, что прозвучало в голове двадцатилетней Ирины Милковой, ставшей самой популярной и молодой писательницей в мире.

«Я никогда не чувствовала, что такое юношесткий максимализм. Я максималист по натуре. Это живет со мной и до сих пор. Но если бы мне сказали, что я смогу, если бы у меня был толчок… я не знаю, что было бы, но с моим трудолюбием я бы достигла высот и ещё раньше. Хотя… кто знает. Возможно, всё было бы совсем не так.» — вырванные строчки из интервью GQ в номинации «Человек года», описавшие весь характер амбициозной девушки.

***

Ирина Милкова — девочка, рожденная в большом городе Екатеринбург, из прекрасной семьи, полной любви и уважения. С малых лет девочка была очень любопытной и непоседливой, она была из тех девчонок, которые вечно доставали взрослых вопросами: «А почему? А для чего это?», что иногда ставило в ступор даже начитанных людей. Маленькая Ирочка — любимица и единственный ребенок с которого родители сдувают пылинки и покупают дорогие игрушки. — Катенька, вы же её разбалуете! — жаловалась милая женщина в очках, сидевшая в кресле и с любовью в глазах смотревшая на шуструю внучку. Она обращалась к своей дочери Екатерине, что немного смущенно улыбнулась и попыталась что-то ответить, но её перебила маленькая хулиганка. — Неть! — нахмурив бровки, серьёзно буркнула малышка, продолжая складывать новые игрушки в разные стороны, нарушая идеальный порядок комнаты. Бабушка удивленно посмотрела на Иру и засмеялась, заразив других хихиканием. У её бабули был очень заразительный смех от которого хотелось смеяться еще сильнее. — Солнце… — папа нежно поднял дочь с пол и прижал к груди. — Нельзя же быть такой врединой. Немного потупив большие ярко-зелёные глаза, Ира вновь нахмурилась и надула губки. — Ох, какая важная!.. — выдохнула мама Катя и махнула рукой. — С такой физиономией тебе только в руководители. — Неправда! — возразила бабушка, поправив очки на переносице. — Руководителей полно, а вот врач или учитель — благородная профессия. Моя Ирочка будет или врачом в дорогой клинике или уважаемой учительницей… Ирина Викторовна! — с придыханием озвучила женщина. — Какая красота… — Мам! Ты посмотри на неё, она же никого не слушает! — мама строго глянула на Иру, которая уже хотела вырваться из рук отца и творить свои детские пакасти. — Какой из неё учитель? А уж тем более врач. — Екатерина демонстративно подняла брови, привлекая внимание мужа и находя в его глазах поддержку. Мужчина отпустил дочь на пол и кивнул. — Д-да… Ира у нас такая, — рука отца залезла в карман и вынула пачку дорогих сигарет. — Я отойду. Для мужчины эти постоянные выяснения, кем же станет Ира, казались уже каким-то помешательством и жутко выводили. Но… прекрасно зная импульсивность своих тещи и жены, он просто спокойно уходил на перекур, лишь бы не быть в эпицентре спора. Жена, закатив глаза, цокнула и повернулась к маме. Катю очень раздражал этот подход мужа к спорам о будущем дочери, не то, чтобы ей очень хотелось доказать свою правоту (хотя это тоже не исключение), важно было другое — поддержка. — Ну ладно тебе, мам, — положив свою руку на её, она продолжила более ласково: — Ирочка ещё совсем малышка, давай не будем ссориться из-за этого. — Прости, милая, — женщина немного виновато улыбнулась. — Ты же знаешь мою страсть к спорам… Я всё понимаю, просто Ира — моя единственная внучка, я желаю ей всего только самого лучшего. И так было всегда. Ира подросла, стала более рассудительной девочкой. В школе она все схватывала на лету, обучение новому — любимое занятие с самого детства. Но у девочки были и свои планы, Ира очень любила читать книги, рисовала, её работы выставляли в школе и на конкурсах. С каждым годом у Иры появлялось всё больше целей и амбиций, и родители радостно воспринимали стремления дочери. Одна только бабушка пыталась заманить внучку в сторону естествознания, приговаривая, что в их семье эта профессия передавалась поколениями. С какой-то стороны бабушка хотела приучить её к биологии с химией не только ради благородства, желание исполнить собственную мечту у неё провалилось, так как закончить медицинский институт бабуля не смогла. (рождение первого ребёнка и замужество) Поэтому она и хотела, чтобы за неё это сделала Ира, Ирочка — способная и умная не по годам, и на неё была огромная надежда у всей семьи. Когда Ире исполнилось 10 лет, они покинули Россию и отправились в Америку — штат Род-Айленд. Отца — Виктора Милкова отправляли туда по работе в новой активно развивающейся американской финансовой компании, а спустя год работы он принял решение переехать в Провиденс, столицу штата, так как «кататься» туда-сюда было изнурительным занятием. Работа приносила огромную прибыль, насколько, что за один только год они уже смогли выкупить дом в Провиденсе, дочь выучит английский на уровне носителя, и для всех члены семьи будут открыты пути развития. Разве это ли не чудо? К тому же штат Род-Айленд не такой уж и большой, уютный, перспективный и красивый. Узнав об этом, девочка расстроилась, как и наверное любой другой ребёнок, у которого появились первые друзья и знакомые, а тут проходиться все обрывать. — Доченька, — папа мягко гладил каштановые волосы. — Там очень красиво, вот увидишь, тебе должно понравиться. Обещаю, — он заботливо приподнял подбородок дочери и заглянул в большие и заплаканные глазки. — Но мои друзья… — Ира грустно всхлипнула, вытерев слёзы. — Не переживай, ты найдёшь себе новых друзей! Эта фраза подбодрила девочку, и она вроде даже смирилась с идеей переезда. И этим же летом семья собирала вещи и документы, необходимые для переезда в другую страну. Милковы были очень дружны, отец Виктор — лидер, берущий на себя ответственность за финансы и реализацию всех глобальных решений, мама Екатерина — хозяйка, ответственная за уют и благоустройство дома и семьи, идеальная жена. Во время переезда в основном вся работа легла именно на её плечи, но Виктор никто не отказывал ей в помощи. Компания отца одобрила такой жест и выплатила премию, что покрыла расходы на самолёт. Екатерина продала свой салон красоты другой хозяйке, но бросать работу маникюрщицы не собиралась. Переезд в Америку не менял по сути ничего, она продолжит также работать и возможно приобретёт там новый, куда лучший салон. — Катюш, — зеленоглазый мужчина нежно поцеловал жену в правую щёчку. — У тебя всё получится! — он вновь поцеловал её, но уже в губы. — Вить, я просто так привыкла к Екатеринбургу… Он улыбнулся и по-доброму взглянул в глаза Кате, как в первый раз, когда он понял, что влюбился. Её милое лицо, пухлые губки, длинные ресницы. Он любил её больше всего, готов был вечно глядеть в любимые глаза и целовать каждый сантиметр её тела. — Витя! — она смущенно опустила глаза и засмеялась. — Перестань ты так на меня смотреть. — Ты прекрасна…❤ Её губы в эту же секунду приблизились к его, сливаясь в нежном и сладком поцелуе. Она была готова на всё, пойти куда угодно, лишь бы с ним, а он всё делал для неё, чтобы вновь вкусить мягкие губы и родной запах ванили с корицей. Ира собрала все свои мягкие игрушки в коробку и грустно посмотрела на зайку из мультика «Ну, погоди!». Ручонка десятилетней бережно погладила ушки зайца. — Эх… Девочка села на кровать и посмотрела на родные стены. Друзей с детства у Иры было мало, не то, чтобы она была изгоем, наоборот, просто она всегда находила себе занятия в одиночку. Нельзя было её найти без книжки или альбома, окруженного разноцветными карандашами, рисовала людей, чаще всего девушек в разной одежде — платья, костюмы, джинсы и т.д. С малых лет малышка любила рассматривать журналы о моде и красоте, поэтому ей всегда нравилось в своей маме чувство стиля. О друзьях любила спрашивать бабушка, но о них Ира говорила с не охотой, они были — Настя, Кирилл и Амина. Ребята с площадки или со школы, с которыми завязалась дружба. И сейчас… когда Ире придётся переехать, она начала понимать, что не так уж и плохо время от времени гулять с кем-то живым, а не с наушниками и тетрадкой/скетчбуком в рюкзаке. Может быть девочке показалось, что одиночество не всегда бывает хорошим состоянием, и именно в тот момент она почувствовала тоску по тем моментам.

***

Через неделю семья уже была в аэропорту Кольцово, ожидая свою посадку на самолёт. Екатерина суетливо ходила по магазинам, покупая «последние» вещи из Екатеринбурга. Для неё это был не меньшим шоком, как и для дочери, она и сама никогда не переезжала из города. Виктор спокойно сидел в кресле и смотрел на жену и дочь. — Катя, перестань ты уже ходить. Сядь, отдохни, успокойся. Даже Ира не переживает. Ира отвлеклась от наушников и в недоумении посмотрела на отца. Она слабо поняла о чем он сказал, но он точно обращался именно к ней. Екатерина послушно села рядом с мужем и схватила его за руку. Он в свою очередь расположил свою большую ладонь на её колене, слабо постукивая пальцами. Спустя час вся семья была в сборе и ожидала взлёт. Ира сидела возле окна самолёта и смотрела на ночной Екатеринбург, освещенный яркими огнями фонарей и прожекторов. Полёт был долгим и, в основном, Ира спала или слушала музыку. Для неё это был не первый полет, она летала к родственникам по отцовской линии в Москву, но тогда ей было всего лишь шесть лет и она мало что помнит. После самолёта Милковы поехали в один из самых дорогих отелей Провиденса отдохнуть и набраться сил.

***

14 июля. В Провиденсе была летняя жаркая погода, тёплый ветер развивал волосы Иры, она спокойно гуляла с мамой по центральному парку городка. Это было счастливое время. Провиденс и вправду был очень уютным и приятным городом: много красивых улочек, домики как с картинки, улыбчивые люди. Зайдя в магазин, мама предложила купить новой одежды и подготовиться к школе. — Ты знаешь, что в Провиденсе есть очень классный университет искусства. И… так как ты у меня творческая, можешь пойти именно туда. — Это было бы круто. — Ира улыбнулась и обняла маму. — А где я буду учиться? Документы сдали? — Да, результаты должны прийти завтра, это престижная школа, там подтянут твой английский до совершенства. Курсы мы уже купили. — Прямо в школе курсы? — Да, никуда ездить не надо. Девочка кивнула и немного беспокоенно вздохнула. Она не знала, какого это учиться в американской школе, да и уровень английского был на очень базовом уровне. Екатерина усмерила дочь одобрительным взглядом и похлопала по плечу. — Не переживай, все будет отлично! :) Они несколько часов ходили по магазинам и накупили школьной и повседневной одежды и продуктов, а затем поехали домой. Отец хорошо позаботился о месте их проживания, так что выкупил небольшой домик в 15-20 минутах до собственной работы и в пределах шаговой доступности до школы. Дом был в светло-голубых тонах, двухэтажный и украшенный маленьким садиком с полевыми цветочками и аккуратным газоном. Ира исследовала его за один день, благодаря любознательности и неусидчивости. У неё была своя комната, по площади похожая на её комнату в России, но в американском варианте комната имела крутое преимущество — большой подоконник, где можно было сидеть и смотреть в окно, наблюдая за происходящим. Иру редко посещали плохие мысли о скуке по России. Нет, это не потому что она забыла, и даже не из-за появления новых друзей, просто её детское время проходило настолько плавно и весело, что мыслей о прошлом в голове не оставалось. Она была очень счастлива быть со своей семьей, заниматься рисованием, а также у девочки появилось новое хобби — придумывать сюжеты и вести личный дневник. Её можно было назвать большой мечтательницей, но иногда это переходило черту. Младшая Милкова утопала в придуманном ею утопичном романе, мало общалась с ребятами из улицы и в основном проводила время в комнате. И с каждым новым годом девочка становилась всё более отрешенной, погруженной в своих мечтаниях. — Милая, твои оценки по математике ухудшились, почему? — отец не строго, но настойчиво спрашивал тринадцатилетнюю Иру, что даже не удосужила отца взглядом. Она увлеченно писала какой свой «шедевр» в виде стихотворения. — Айри! — (кхем, да, так как они в Америке имя претерпело некоторые изменения теперь вместе Ирины она стала Айрин/Айри, иногда зовут Рина) Девочка подняла свои зелёные глаза на отца и отложила ручку от листка. — Мне не нравится математика. — тихо, но уверенно ответила Айри, скрывая свою агрессию. «Как он не понимает, что сейчас не время говорить о какой-то математике? Я занята.» — И? — отец приподнял одну бровь и облокотился на стену. — Это повод на неё забить? — Я не забила, просто меня раздражает этот предмет. — Айрин, это не оправдание. — переходя на строгий стиль, отец смотрел в её глаза. — Слышишь? Она пусто смотрела, словно сквозь него. — Не вижу смысла в этом разговоре. Математику подтяну, я тебя услышала. — строго отчеканила девочка, и как ни в чем не бывало продолжила писать что-то на листе. Мужчина удивленно дернул лицевым мускулом и поджал губы, попятившись в сторону двери комнаты. — И да... — остановившись у двери, мужчина обернулся. — Через 5 минут спускайся ужинать. Мне нравится, что ты серьезна и самостоятельна, но впредь не огрызайся с учителем математики. — он вышел. Айри немного опешила и сомкнула брови на переносице. "Откуда он это знает? М-да уж… Он зол по всей видимости.» Если уж говорить насчёт школы, то американская школа мало чем отличалась от русской. Единственное, что раздражало так это менталитет. Американцы оказались куда «бесячими» одноклассниками, чем русские, они больше обращали внимания на одежду, поведение, часто лезли и спрашивали какие-то расисткие или глупые вопросы о России и о ней в целом. Некоторые девочки старались подружиться с ней в первые два года перехода в новую школу, но дружба осталась на уровне общения в её стенах. Единственным настоящим другом стал Роджер Далтон, который пришел в школу после года её обучения в этой школе. Он переехал из Канады в Америку; мальчик и раньше был в Провиденсе, но в итоге семья решила переехать сюда насовсем. Роджер тут же стал завидным одноклассником - привлекательный брюнет, высокого роста и худощавого телосложения заставлял визжать даже девочек из старших классов. Айрин он понравился не сразу, так как парень имел привычку флиртовать и привлекать много внимания своей персоне. И после того как их посадили рядом, Айри не была в восторге. Но один поступок парня все же изменил мнение о нем. Роджер спас девушку от назойливых парней во время волейбола. — Почему ты не спасовала мне?! — кричал, переходя на рык, неугомонный одноклассник. — Из-за тебя, растяпа, мы проиграли. Не умеешь играть — иди отсюда на скамейку и молчи. — Закрой рот, Брюс! Она не виновата! — заступилась за Айри одноклассница. — Перестаньте! — Айри неуверенно бросила мяч в сторону, задерживая слезы в глазах. — Я ухожу. — Гоооол! Это был контрольный! — ликовали ребята из другого поля и хлопали друг друга по плечу. Брюс сорвался с цепи и набросился на девушку. — Ты тупая сука, вы все в России такие тупорылые?! — он подбежал, толкнув её на пол. Айри отлетела, как фантик, и больно ударилась коленкой и локтем. Девушка расплакалась и сжалась в комочек, ожидая продолжения. Но парня резко остановил Роджер, что одним движением развернул хулигана к себе лицом и ударил в нос. — Следи за своим языком, ублюдок. — кареглазый испепелял парня взглядом, нанося новые удары по лицу. Роджер в тот момент не был с ней в дружеских отношениях, но она приглянулась ему, и такое обращение ни к ней, ни к другим девушкам Родж терпеть не смеет. Вернувшийся физрук, что отходил на несколько минут, быстро подбежал и разнял парней, свистнув, чтобы все замолкли. — Роджер и Брюс, к директору после урока! Что вы тут устроили? — Этот придурок толкнул Айрин! — уверенно ответил Роджер, показывая окровавленным кулаком на обидчика. Парень держался за разбитый нос и ныл. Учитель посмотрел на содранное колено Айрин и кивнул. — Ты и ты, — указывая на "побитых", строго говорил физрук. — В медкабинет сейчас же. Они ушли в медкабинет. Разборка у директора прошла серьезно и очень строго, оба парня были отруганы и установились на учет. Что означало, что еще один случай - отстранение от занятий на неделю. — Почему ты мне помог? — через час после разговора у директора, Айрин всё же подошла к Роджеру и хмуро взглянула в его глаза. Для неё это была уже вторая ситуация с ненавистью к ней. Отношение к Айри было не плохим и не хорошим, но даже так бывали случаи с хреновым исходом. И Брюс был частым гостем в перепалках, он злился на неё ни за что, но по предположению самой девушки он стал относится к ней так из-за отказа с ним встречаться. Это слишком оскорбило его самолюбие, ведь Брюс знал, что выглядел весьма недурно, просто Айрин — глупая русская. Он всё время хотел её задеть чем-то, выставить полной дурой. Брюнет не сразу ответил на её вопрос, сначала он демонстративно оглянул ее с ног до головы и остановил взгляд на глазах. — Жалко было. Айрин приподняла брови: — Жалко? Серьезно? — Да, маленькая, хрупкая, захотелось защитить. — Впредь можешь не утруждать себя, если считаешь меня жалким человеком. Какая разница? Он замолчал, в то время как Айри уже повернулась спиной и пошла. — Не совсем. Ты не жалкий человек. Скорее я просто не хотел, чтобы он причинил тебе боль. Айрин остановилась. — Спасибо. И так началась история их дружбы, Роджеру пришлось приложить не мало усилий, чтобы она доверилась ему. Но эта дружба была очень крепкой, Рина оказалась очень доброй и заботливой.

— Обещай, что наша дружба будет вечной! — зеленоглазка обняла парня и улыбнулась.

— Обещаю.