Курение убивает

Осеннее утро разносится по серому городу после ночи, немного дуя на уже опавшие деревья, срывая последние листья, отправляя в неизведанное направление. Капли дождя регулярно падали в маленькое озерцо, как называют это дети. По темным переулкам разносится хохот школьников и школьниц, бурно обсуждающие новые события в сериях мультфильмов. А что остаётся взрослым? Как они мыслят? Почему они все одинаковые, серые и уставшие? Возможно, они действительно правы насчёт того, чтобы дети не спешили взрослеть. Сонная макушка еле-еле держится, дабы не отвалиться от своего тела, плюхнувшись рядом с огромной лужей скопления небесных осадков. Нобу устало вздыхает, перебирая в руках найденную по дороге монетку, успевшую нагреться в кармане брюк. Зачем он их собирает? Просто так. Наверное. В наушниках доносится Рамштайн, иногда меняясь краткой рекламой. Черноволосый устал. Устал жить, дышать, ходить и видеть одно и тоже каждый день. И его радует лишь спонтанный ребёнок, который совершенно случайно попал в тело взрослого парня. И, если сравнить Нобу с Сорай–он рано повзрослел. Даже слишком. Жалеет? Нет. Ну, если только немного. Парень даже не помнит как давно начал курить. Случайность, которая убивает его постепенно, давая хоть малейшую надежду на спасение. Ложь. Сора ему всегда твердит то, что это лишь кратковременная эйфория, которая убивает его постепенно, но обладателю пачки сигарет уже абсолютно плевать. Ему хорошо? Да. Немного. Нет. *** Он проскользнул сквозь группу преподов на балкон, устраиваясь в углу. Рука уже машинально тянется к правому карману штанов, доставая самую дешёвую пачку сигарет. Он достаёт крайнюю трубочку, прикрывая второй от дуновения ветра огонёк зажигалки. Мертвый взгляд, который тяжело всматривается в горизонты города, старые многоэтажки и лишь одних детей, которые выделяются сквозь серой массы на фоне, играя всеми цветами радуги вокруг. Черноволосый незаметно дёргает уголками губ, делая очередную затяжку, прикрывая умиротворённо глаза. Нобу нравится сидеть на прохладном ветре, делая очередную затяжку и выпуская дым. Нобу нравится смотреть на бубнелки преподов, наигранно строя жалобное лицо, обещая что такого больше не повторится. Да что тут говорить? Нобу просто нравится нравиться, а ещё слушать сбитое дыхание сзади себя и чувствовать хмурый взгляд на своей спине. И в этот раз всё также. Тёплая рука приземляется на худощавое плечо, которое немного дёргается от холодного дуновения ветра. И каждый раз как в первый–из рта выпадает сигарета, приземляясь где-то в кустарниках под окном. Хмурый взгляд оценивает его физическое и моральное состояние, тяжело выдыхая, притягивая мёртвое тело к себе. –Зачем ты спасаешь меня?–бубнит тихий голос в районе груди, после чего тёплая, уже родная рука, мягко приземляется на макушку, медленно шевелясь по чёлки. Он слышит как колотится сердце, слышит каждый подъём груди, каждый вздох и выдох. И шморганье носа сверху. Студентка плачет, прижимая к себе черноволосого ближе, дрожа от подавления соленых капель. –Я не могу смотреть как последний смысл моего счастья постепенно тухнет. Я не могу смотреть на то, как ты постоянно уходишь с пар и оставляешь балкон немного открытым. Я будто ментально чувствую твою тяжесть на душе и сама понемногу меркну. Я не хочу. –Ты взрослеешь, Сора. –Вы только и умеете притворяться умными, но на деле лишь и можете стоять на балконе, курить сигарету за сигаретой и колоть героин в переулках. Все вы–идиоты, которым навязали стандарты и запечатали настоящие эмоции под жирным слоем железа, заставляя тлеть от сжигающего огня отчаяния каждый последующий день!–она стирает рукой слёзы на щеках, которые не перестают течь, лишь усиляя свою волну. Ей страшно. Она стоит перед лицом со своим страхом. Она начинает потихоньку сгорать. –Ты постепенно тлеешь. Пожалуйста, смирись. Хватит жить детскими сказками от бабушки под кружку пряного молока и метели за окном. –Лишь дети умеют превратить обычную серую массу в что-то необычное, красочное и особенное. Ты всегда останавливаешь свой взгляд на группе детей возле детского садика лишь потому что сам мечтаешь быть таким же. Таким же ярким. Таким же счастливым.–она тяжело вдыхает свежий воздух, который ласково обдувает мокрое лицо от слёз. Сора еле заметно улыбнулась лучикам солнца сквозь облака дождливых туч, произнося одними губами фразу: –Взрослые—это деградирующие дети, которые повзрослели лишь физически,–Сора тяжело вздыхает, не давая последним каплям слёз приземлиться на идеальную чёлку, которую она соизволила немного испортить. Она оглядывается вокруг, слушая равномерное дыхание и наслаждаясь каждым дуновением ветра. –Как скажешь. Он никогда не скажет, кто на самом деле чувствует. И, когда его глаза стояли на мокром месте от последней фразы, сказанной Сорай. Нобу никогда не скажет, когда его голову прошиб удар осознания и он лишь мог дрожать, скидывая всё на лёгкое дуновение ветра. Но Сора заметила, как над их головами показалось яркое солнышко, заметила уже родную пачку сигарет в мусорке, неподалёку с его домом. Рыжеволосая скачет как ребёнок, когда видит такую родную, но забытую улыбку. И каждый раз её руки изучают мягкие, но потресканные губы, а после прижимают к себе, пробуя новые ощущения. Нобу бы никогда не сказал „Я тебя люблю“, но лишь для Соры была открыта такая способность. Как Нобу так быстро перестал курить? Сора перед началом дня всегда покупает ему мятные конфеты. Ведь они лучше всяких сигарет.