Resisting love

Осенний ветер бил по лицу холодными порывами, забрызгивая лицо мелким моросящий дождем. Команда шиноби только возведённых в ранг чуунинов выполняла самое простое задание по сопровождению мелкого торговца из Конохи до небольшой деревушки у границы со Страной Ветра. Но из ранга самого простого, задание повысилось до крайне опасного, как только на середине пути команда номер 3 столкнулась с нукенинами из Суны. Капитан команды, недавно ставший джоунином, всеми силами пытался отвлечь отступников, пока его команда надежно спрячет старика. Рё держался довольно неплохо, но силы были несопоставимы: ему выстоять против четырёх было практически невозможно. Когда труп молодого мужчины был грубо откинут ногой на несколько метров, банда начала окружать группу чуунинов и их нанимателя. Двое мальчишек тут же кинулись в бой, пока маленькая девочка сжимая в руках острый кунай, осталась защищать старика. Нукенины только смеялись на тщетные попытки мальчишек атаковать.  — Рей, девчонку раньше времени не убей. Сначала развлечемся!,- крикнул один другому, но все прекрасно расслышали и поняли смысл сказанного.  Мираи словно обдало ледяной водой, а желудок опасно скрутило.  Девочка подавила рвотный позыв и попыталась сосредоточится. В следующее мгновение, произошло сразу несколько событий: одного из ее сокомандников вырубили сильным ударом по корпусу, отправив в полёт на несколько метров до ближайшего дерева; пока куноичи отвлеклась на эту картину, один из отступников ударил ее по голове. Дезориентированная, она в ту же секунду была повалена и прижата к холодной и мокрой земле тяжелым мужским телом. В ноздри ударил запах сырости и сгнивших листьев. Влага сразу впиталась в мешковатые брюки и майку, медленно обжигая холодом грудь сквозь плотные бинты. Пока мужчина пытался насильно стянуть брюки свободной рукой, а другой продолжал удерживать руки сопротивляющейся девочки за спиной, зарылся носом в волосы на макушке и прошёлся языком по ушной раковине. Мираи охватил дикий ужас от осознания того, что сейчас произойдет. Через секунду тело отступника тяжёлой и безжизненной тушей упало в шаге от Мираи. Тяжело дыша, первые секунды куноичи продолжила лежать на холодной земле, наблюдая как неизвестный АНБУ в маске собаки невероятно быстрыми атаками избавился ещё от двоих пока не появился его напарник, который в прыжке ликвидировал последнего из четырёх нападавших. За отсутствие (а точнее преждевременную кончину) капитана, пара АНБУ была вынуждена сопроводить чуунинов, что означало, 2 дня под протекторатом юного капитана.  С момента нападения прошло более 6 часов, но Мираи словно пришла в себя когда лагерь был уже разбит: все это время она двигалась на автомате. К своему стыду, куноичи поняла что не поблагодарила своего спасителя.  — Могу я поговорить с капитаном?  АНБУ в маске тигра молчал пару долгих секунд, затем сообщил, что капитан отбыл на несколько часов и вернётся примерно к рассвету.  Какаши возвратился в лагерь за час до рассвета, но каково было его удивление когда вместе с патрулирующим территорию Тензо, его встретила юная куноичи. Ее внешность можно было охарактеризовать двумя словами– ничего особенного: прямые каштановые волосы средней длины, собранные в низкий хвост, миндалевидные карие глаза, низкий рост. В целом, если бы напарники не представили и ее, явно шокированную, то Хатаке подумал, что она определённо оказалась не в том месте, да выглядит младше своего возраста.  — Капитан, я хотела поблагодарить вас за спасение команды.  Она резко склонилась в самом глубоком поклоне. Позже Тензо явно пошутит о том, что слышал как ее лоб ударился о собственные колени.  — В этом нет необходимости,- весь его вид как и голос, источали вселенскую усталость и леность.  — Простите, что не сказала вам это сразу. Какаши нахмурился, стянув с себя маску с мордой собаки, оставаясь в своей неизменной чёрной.  — Да, я заметил твоё состояние, поэтому воспользуйся моим советом–бросай это дело.  — О чем Вы?  Парень сократил расстояние между ними до двух шагов — Ниндзя должен быть готов ко всему, в том числе и к любого виду насилия над собой: будь то пытки или изнасилование. Ты явно не готова к этому, и навряд ли когда либо будешь, поэтому бросай это. Рано или поздно, либо подставишься сама и не сможешь это пережить, либо из-за тебя пострадает твоя команда.  Мираи стояла выпучив глаза и не знала, что ответить на своеобразный совет загадочного парня в маске. Не то, чтобы она не знала о рисках выбранной профессии. Просто, как и всегда, теория и практика оказывают совершенно разные эффекты. Такэи просто оказалась не готова к таким резким жизненным обстоятельставам. В этом, конечно же, АНБУ был прав. Где-то в глубине сознания проскользнула мысль, что ему- обладателю шарингана, легко говорить, ведь он не простой, рядовой шиноби без каких-либо способностей. Но эту мысль пришлось убрать, так как Мираи прекрасно знала что, Хатаке Какаши считался гением еще со времен своего обучения в академии, где у него еще не было знаменитого силы глаз Учиха. Сын Белого клыка не стал дожидаться ответа и резким прыжком оказался на высокой ветке дерева, оповещая об окончании разговора. Куноичи 3ей команды решила воспользоваться частью его совета и проанализировать не всю ситуацию. Позже, на вторые сутки, прежде чем они окажутся в Конохе, она найдёт его в одиночестве и заявит с гордо поднятой головой, что после тщательных размышлений, она твёрдо решила, что ничто не сможет помешать ей идти по пути ниндзя, она станет намного сильнее. Со стороны, это могло показаться детским лепетом, но Такэи было все равно. В доказательство, она даёт слово, что совсем скоро, а точнее через год, она будет под его командованием в АНБУ. На воодушевленную речь Какаши лишь закатывает глаза и под пристальным и многословным взглядом Ямато, изо всех сил пытается не нагрубить девочке и разрушить все ее мечты парой едких замечаний, так и готовившимся слететь с языка. ***** После официальной церемонии построения новобранцев АНБУ, какая-то девчушка нагнала его в коридоре, Хатаке лишь устало подумал о том, что новобранцы нынче совсем распоясались, он всё четко объяснил на построении. Вопреки его ожиданиям она говорила не по делу, но четко, и Ками-сама, моментами смущаясь. Какаши лучше запоминал миссии, а не личности убитых или спасённых. Когда Мираи припомнила ему тот случай, он поспешил осадить ее — Кажется, прошло больше года… Если ты и в остальном такая же отстающая и неисполнительная, боюсь протянешь ты тут недолго.  Последующие тренировки Копирующий не давал ей спуска, решив в прямом смысле выбить всю дурь из девчонки. Его безумно раздражали такие наивные идиоты, и ещё больше раздражало наличие таковых в спецотрядах. О чем думал Третий когда подписывал её назначение- так и осталось загадкой для гения.   Дни незаметно превратились в недели, а следом в месяц, полтора. Девчонка все не сдавалась, приходила на тренировки, четко исполняла приказы и выполняла миссии, приходила на все тренировки, где получала бонусные побои от капитана.  Как-то раз в мужской раздевалке Баку спросил прямо об особенном отношении к Такэи. Какаши, естественно, не обременил себя ответом. Адвокатом за него выступил Тензо, поясняя что-то, хотя и сам Ибури метод да и отношение своего семпая не одобрял.  ***** Мираи всегда трезво оценивала себя и свои возможности. Охарактеризовать себя, правда считала дело проблематичным, но вполне конкретно могла выделить определенные свои черты. Гением, конечно же, она не была, но вот и глупышкой тоже. Хотя, смотря сейчас на то, как ее тайчо перекидывается парой слов с Ширануи, сидя у костра под многолетней елью, с ужасом осознала – идиотка, просто круглая и клиническая идиотка. Только будучи идиоткой она могла позволить себе влюбиться в Хатаке Какаши. Сначала она была восхищена тем образом героя, который он невольно создал, спасая ее и их команду, затем была поражена его мастерством, силой и умом. Его отстранённость и загадочность, как и полагается, только распаляли интерес и зачатки нежных чувств. Жестокие тренировки капитана не отталкивали ее, как истинный мазохист она не пропускала ни одной. Она не считала их проявлением агрессии, а лишь способ сделать ее сильнее. Куноичи лишь видела идеал, к которому нужно стремиться и восхищаться.  Такэи не могла вспомнить ни одного раза, когда Хатаке говорил с ней нормально. Нормальный диалог длился не более 20 секунд, затем он либо грубил ей, либо как-то поддевал, либо игнорировал. Первое время, она сносила такое отношение молча, терзаемая внутренними переживаниями. Неужели она настолько слабая, что он презирает ее и до сих пор не видит в рядах элитного отряда? Отдать должное, много времени на то, чтобы обрасти внешней бранёй у нее не ушло, шатенка не растекалась лужицей перед ним, и за словом в карман не лезла. Так что их словесные перепалки спустя несколько месяцев после ее назначения стали для всех обыденностью, а не чем-то сенсационным. Спустя год, она стала не просто раздражать Какаши, она начала его выбешивать. Почему именно она вызывала необъяснимую злость, мужчина объяснить не мог сам себе.  Ооо, один только ее запах или вид заставлял его глаз дергаться. Ростом она осталась все такой же маленькой: из самого мягкого, он называл ее «коротышкой», а из разряда самого обидного, как-то назвал «пол человека» или «пол шиноби»; иногда даже прикидывался, что путает ее с Паккуном. Вот только из категории девчонки, она как-то вдруг перешла в категорию девушек, и парни в раздевалке стали теперь упоминать и ее имя, говоря о лакомых кусочках АНБУ. Но естественно не для Какаши-семпая.  *** Любимая всеми АНБУ идзакая находилась в северо-восточной части Конохи. Сегодня праздновали день рождения Третьего Хокаге, и заодно завершение тяжёлой миссии от Даймё Огня. Напились все изрядно, особенно столик команды Ро в компании нескольких сослуживцев. Как и обычно, их бойзбенд сидел за отдельным столиком, но из-за ужасной жары все сёдзи и фусума были распахнуты. Как и полагается, пьяный разговор затронул и женщин. Когда икающий Генма спросил, переспал бы Какаши с Мираи Такэи, Хатаке почувствовал ее приближение и нарочно громко переспросил Ширануи правильно ли он расслышал. Что им руководило? Ведь Какаши не такой засранец, почему же всё, что касается этой девушки (которая ничего ему не сделала), толкало его на такое дурацкое поведение? Когда, естественно, заинтересованная девушка остановилась у поворота, из-за которого могла видеть лишь спину Копирующего, Хатаке ленно припустил маску и расслабленно облокотившись на одну руку четко сказал:  — Нет — Почему так категорично, семпай?  — Не в моем вкусе  — Чем же?  — Маленькие неопытные девочки— не моё — Ну так с нужным семпаем, который терпеливо ее обучит…Мы ведь все знаем, с какой страстью вы любите ее тренировать.  — Вам просто стоит перейти в горизонтальную плоскость ,- добавил Йоджи  Мужчины рассмеялись. А подслушивающая девушка почувствовала некое отвращение к мужской компании за такие низкие разговоры. Ей было неприятно подслушивать, слышать такое, и в целом, слышать подобное откровение от мужчины, который ей нравится. — Не думаю, что это хорошая идея,- Какаши опустошил очередную отёко и поспешил закусить жаренной креветкой Повисла 5секундная тишина, наполненная непониманием. — Почему так категорично? Вы нравитесь ей, семпай. Это сложно не заметить,- продолжил Генма — Тем более,- Какаши драматично громко выдохнул,– влюблённые дурочки, в особенности не в моем вкусе.  Сейчас Такэи казалось, будто её догола раздели и поставили на оживленную площадь Конохи. Они оголили её тело, её душу, но и этого оказалось мало; Хатаке этого оказалось мало, и он решил облить её,обнаженную, грязной, кипящей водой. Он знал, и ему все равно на ожоги, оставленные им прилюдно. — А мне кажется, все иначе,- Гемна не хотел уступать в этом споре. Отпив саке, он протер губы тыльной стороной ладони.  — Что ты имеешь ввиду?,- Какаши расслабленно откинулся спиной на гору подушек, зажмурившись на пару секунд от приятной волны удовольствия окатившего напряженные мышцы спины. Однако внутри, он чувствовал ещё больший дискомфорт от собственных слов и этой сцены, которую он затеял совершенно зря и несправидливо. Ему не хотелось слышать что-либо от товарища, но какая-то его часть хотела, чтобы шиноби с сенбоном не сгущал краски. Генма недолго сверлил Хатаке недовольным взглядом. Он так же чувстовал чакру Мираи совсем близко. Решив отложить более прямой и детальный разговор до наиболее подходящего момента, мужчина криво усмехнулся: — Что ты ее хочешь, настолько, что сам себе не хочешь в этом признаться.  И пока тайчо не успел ответить очередной дерзостью, а у Такэи было время переварить всё что сейчас произошло, кохай мастерски разбавил потяжелевшую атмосферу незамысловатой шуткой и перевёл тему.  Черт бы побрал этого идиота! После того вечера Хатаке сам не понимая как, но столкнулся в жестокой правдой- этот пень был прав!  Черт побери!  Он хочет ее  Когда он увидел Мираи на следующий день, он поймал сам себя на том, что пялится на ее зад, на то, как вздымается ее грудь при глубоком дыхании, и какие сладкие вдохи и выдохи срываются с девичьих губ, когда он в очередной раз укладывает ее спиной на татами. И то, как тесно он прижимается к ней во время захвата. И пусть неосознанно, но старательно пытается прижаться к ней пахом.  Ками-сама, он действительно извращенец… Он лапает девчонку как сопливый генин-девственник, не упуская ни единую возможность. И его «тренировки» , как и язвительное общение— признак того, что, Какаши- взрослый мужчина, с приличным багажом жизненного и сексуального опыта, все лишь скрывает своё влечение.  Озарение снизошло, на Хатаке, при этом не даря никакой радости. Через два дня Какаши увидит ее на тренировочном полигоне, недалеко от кладбища, куда он ходил навестить Рин и Обито. Он захочет подойти и, может быть, кое-как извиниться (непонятно за что, просто дал слово Генме и Ямато… несколько месяцев назад). Но в тени дерева, куда она присела потрепанная и потная, ее уже ждал кое-кто. И этим кем-то был Тензо. Хатаке нахмурился, и несмотря на противоречивые ощущения незаметно скрылся из виду.  *** Тензо не мог похвастаться умением оказываться в нужном месте в нужное время, но пожалуй, оно не подводит его только когда дело касается Такэи Мираи. Несколько лет назад он на пару с Какаши помог команде юных шиноби, оказывал помощь куноичи прикрывая спину на заданиях АНБУ, пару раз поддерживал после очередного спарринга с капитаном. И вот теперь, спустя пару дней он заметил ее одну в коридоре у архива. Они перекинулись парой слов, и Ямато предложил вместе пообедать. Девушка замялась, но в итоге согласилась. Он не знал наверняка, что послужило причиной её согласия: простая вежливость, недавняя ситуация в идзакая, или ещё что-то. Ямато решил, что ему это не интересно. Обедали они в небольшом заведении, куда в основном заходят гражданские. Мираи ела рыбу, и призналась, что хоть в еде и не капризна, но рыбу просто обожает в любом виде. Мужчина лишь мягко улыбался, отмечая, что ни биография, ни служба в рядах спецотряда не уничтожила в ней ту жизнерадостность и лёгкость, которую обычно шиноби теряют ещё до начала учебы в академии. Он попросил тогда ее не обижаться на сына Белого Клыка, что Хатаке, несмотря ни на что прекрасный командир и хороший товарищ. Такэи проглотила плохо прожеванный кусок рыбы и опустила глаза. О его качествах она знала, как и знала о его манерах с другими людьми и сослуживцами. Но для Мираи там не было места, по неизвестной причине. Ибури бы соврал, сказав что она не привлекала его. Он не знал точно, но основной причиной ставил то, что благодаря своеобразному вниманию капитана, Тензо стал присматриваться к куноичи более детально. И то что он видел, ему определённо нравилось. Ямато научился у Генмы легко менять темы разговора и сбавлять градус любого разговора, поэтому с лёгкостью отвлёк девушку от тяжелых размышлений. Когда они вышли плотно пообедав, мужчина предложил ей потренироваться в выходные за пределами полигонов АНБУ.  После нескольких таких тренировок Тензо начал нервничать. Мираи нравилась ему, и нравилась как женщина. Он никогда не строил иллюзий и не любил жить ожиданиями и мечтами, поэтому решил рискнуть: он поцеловал ее прямо во время тренировки, пока она пыталась блокировать удар по корпусу. Девушка на поцелуй не ответила, но и не предприняла что-либо. Ямато не давил на неё и не был настойчив, поэтому когда она поспешно собралась и ушла, не стал ей мешать. Но когда Мираи снова пришла на их тренировочное поле, опоздав на добрые 15 минут, джоунин выдохнул с облегчением.  *** Сначала Какаши подумал что ему показалось: ну не может же это происходить на самом деле?! Проклиная на чем свет стоит свой сверх чуткий нюх, он снова вдохнул поглубже: Ямато и Мираи?! ЯМАТО И МИРАИ?! Вместе?!  Ками, от кохая прямо несёт запахом юной куноичи. И если бы это не был сбор на срочную миссию, Хатаке, возможно, и попытался ненавязчиво узнать причину (отдать должное, сын Белого Клыка всегда умел без расспросов выведать нужную ему информацию). Но по возвращению, он увидел как Тензо любовно, вскользь, проводит костяшкой указательного пальца по ее ладони, когда проходит мимо по узкому коридору штаба, а та еле уловимо краснеет. Хатаке показалось, что его облили не самой теплой водой, а затем пропустили по телу разряд тока. Ещё одним звоночком послужило то, что имя Мираи исчезло из списка «лакомых кусочков», по крайней мере в присутствии Ямато. Но больше всего мужчину выводило из себя то, как он сам реагирует на это явления. Почему так остро? Ну хотел он ее, подумаешь? Хороший секс с любой другой женщиной утолит его голод. Ему же было все равно на эту девочку. Ведь так? Эти мимолетные проявления нежности исчезли через три месяца, и Какаши бы соврал сам себе, если сказал, что не почувствовал странного облегчения, когда Ямато сам обмолвился о расставании. Но мимолетное облегчение вскоре сменились привычным раздражением и злостью непонятно на кого: себя, Мираи или кохая.  *** После войны и резни клана Учиха эта миссия стала третьей в списке самых кровавых событий, которые видела Такэи.  В столкновении между новой группировкой, состоящей из отступников нескольких стран и АНБУ Конохи, в ничтожно маленьком поселении где-то возле границы Страны Огня и Дождя, пострадали многие гражданские. До Конохи дошли слухи, что руководство поселения дало добро на размещение временного пристанища преступников, поэтому Совет Старейшин дал приказ- полная зачистка, без задержанных и свидетелей.  Агент АНБУ должен быть готов ко всему и слепо следовать приказам. Очевидно, Мираи не была готова к такому слепому повиновению. Одно дело убивать во время боя, сражаясь за собственную жизнь, или жизнь своих товарищей, но убивать гражданских, оказавшихся ни в то время и не в том месте, казалось не просто тяжелым или неправильным. Это было омерзитено, низко, бесчеловечно.  Пока на глазах девушки зачищали деревню, убивая мужчин, стариков, женщин и детей, она продолжала стоять в ступоре, пока ее плечо резко не сжали железной хваткой.  — Очнись, Лиса! И выполняй приказ! Сокомандник в маске Тигра попытался привести ее в чувства, но она все так же продолжала стоять в немом шоке у входа в небольшую хижину. Тигра резко отдернул от неё АНБУ с повязкой капитана. — В чем проблема, Лиса?  От его голоса по телу девушки рефлекторно прошлись мурашки. — Я…Я... Капитан схватил ее за шкирку и буквально втолкнул в жилище через проломанную дверь. Внутри царил хаос, но он будто размылся однотонным пятном в глазах, когда Лиса увидела труп женщины, у самого окна, приживающей к себе небольшой свёрток. Когда до заторможенного сознания девушки дошло, что женщина сжимала не просто свёрток, а младенца, ноги подкосились. Несчастная, скорее всего, планировала спатись, сбежав через окно. Упав на колени, Такэи вырвало прямо на пол, у самых ног капитана.  — За что?! Младенца-то за что?! Он же ничего не знает, не запомнит! Зачем?!  Сквозь маску собаки чувствовалось напряжение и раздражение — А кто бы позаботился о нем? Здесь не останется никого, Лиса. Он все равно бы умер, крича несколько дней, умирая долгой, мучительной и голодной смертью. Это,- он кивнул в сторону трупов,- более чем милосердно.  — Милосердно?!…Мы могли бы передать его в приют, в конце концов!,- она все ещё сидела на полу с опущенной головой, немигающим взглядом сверля грязный пол. — Мы АНБУ, а не добрые самаритяне. А теперь, выполняйся приказ. Он бросил кунай на пол рядом с ней. Впервые за короткий разговор, она подняла глаза на своего капитана. Шаринган сам по себе внушал страх, в то время как в отблеске серого глаза не было ничего кроме пустоты и ее собственного отражения. Маска Собаки отвернулась в правую сторону, и проследив за его взглядом, Мираи ужаснулась. В 10 метрах от них, в самом углу, сокрытая тенью сломанного шкафа сидела девочка. На вид ей было около пяти лет. Ее маленькое тельце содрагалось от шока, а из черных глаз нескончаемым потоком лились слёзы. Она не издавала ни единого звука, даже дышала через раз. Смотря на две фигуры перед собой, а затем на труп матери и младшей сестры, может и понимала, что живой уже отсюда не выйдет.  Что-то надломилось в Такэи. Надломилось и с треском разбилось на миллионы осколков. Малышка точно умрет, куноичи помочь ей явно не сможет (не ей тягаться с капитаном и мощью его глаза), но Мираи не станет марать руки невинной детской кровью. Пусть Хатаке напишет рапорт, пусть ее ожидает трибунал и смертная казнь. Она не станет.  Лиса отрицательно помотала головой.  — Так и думал… АНБУ в маске собаки подобрал собственное оружие, Такэи мигом оказалась рядом с ребёнком, но внезапно появившейся клон Хатаке нанёс удар в левое бедро и с помощью захвата отправил подчиненную в полет в другой конец комнаты, и тут же, за секунду, оказавшись рядом с ребёнком, перерезал ей горло одним быстрым движением.  — Рекомендую написать заявление об уходе по своей инициативе. АНБУ не место для таких как ты,- он бросил окровавленное оружие на пол, поспешно вытер кровь с пальцев о штанину форменных брюк и вышел из дома.  Он убил не только ребёнка, он убил что-то и в Мираи, разбил и дал полное и чёткое понимание того, каким на самом деле должны быть ниндзя, убивая детские мечты и пустые, выдуманные образы.  Сейчас настоящий Какаши Хатаке ей ненавистен.  Следующим утром капитан обнаружил на своем столе заявление об уходе и фарфоровую маску лисы. *** Стоя в кабинете Третьего Хокаге, Мираи всегда ощущала себя нашкодившим ребёнком, но не сегодня. Когда она предоставила Хирузену копию своего заявления об уходе из элитной службы, Сарутоби тут же начал допрос с пристрастием. Естественно, девушка ему не стала описывать свои душевные страдания, вызванные Копирующим ниндзя, но и обманывать не хотела— назвала кодовое число миссии, сказала,- то, что там произошло не для неё. Сандаймэ посмотрел на нее долгим испытывающим взглядом, затем тяжело выдохнул, взял в руки ее досье, которое знал наизусть– личное дело, задания, напарники, характеристика: хорошее тайджюцу, ниндзюцу, отличный контроль чакры.  — Хмм…Если убивать-не твое, не хочешь попробовать спасать?,- мужчина откинулся на стуле, поглаживая свою седую бородку.  Такэи вопросительно посмотрела на Хокаге.  — Есть одна женщина, я уверен, ты о ней наслышана– Цунаде Сенджу. — Легендарный Санин? Принцесса Слизней?  — Почему все забывают, что еще она моя бывшая ученица?!,- Хирузен наигранно обиделся, чем позабавил куноичи. — Простите, Хокаге-сама — Да-да,- он отмахнулся от ее извинений,— Она лучшая куниочи и ниндзя-медик в мире шиноби. Не хочешь к ней в ученики? Она не обучает никого, кроме Шизуне Като, но мне она не откажет.  Мираи не раздумывая согласилась и уже следующим днём отправилась в Танзаку-гай на поиски последней Сенджу. В воротах ее провожали лишь двое: мать и Хирузен. Хокаге вручил ей письмо для бывшей ученицы, сказал пару слов в напутствие. Мать долго обнимала ее, а потом еще долго расспрашивала Хокаге о неизвестной ей женщине.  Конечно, Сарутоби отравил девочку на обучение не только потому что хотел развить талант юной куноичи. Все таки, они были родственниками. Один из племянников Хирузена - Лен, влюбился в гражданскую. После нескольких крупных скандалов в клане, молодому человеку был выдвинут ультиматум: либо клан, либо девушка. Когда же Лен узнал о беременности любимой женщины, все сомнения были отброшены. Мираи не имела права носить фамилию Сарутоби по всем канонам. Тем не менее, девочка с гордостью носила фамилию матери–Такэи. Несмотря на мнение клана, которое Хирузен не разделял, он питал к племяннику и его ребёнку теплые родственные чувства, вследствие чего, когда Лен умер за неделю до 3х-летия малышки, дал слово позаботится о ребёнке. В клан малышку Мираи, естественно, не приняли, но время от времени Третий навещал ее, либо отправлял кого-то из личной охраны для передачи денег или продуктов.  Отправив ее на обучение к наследнице Хаширамы, Хокаге был уверен- если до уровня Цунаде девочка не дотянет, то среди многих нин-медиков, она безусловно будет впереди. А такой ценный кадр, несомненно, послужит интересам деревни.