В разных мирах.

Кларк удивилась не красоте Парижа, а, в первую очередь, великолепной погоде. Солнечные лучи скользили по прохожим, даря тепло в этот осенний день. Октавия любезно пригласила Гриффин и позаботилась о том, чтобы блондинке было комфортно. Блейк заранее сообщила, что сняла номер в том же отеле, где жили все они. И долгожданная встреча с Александрией будет вечером, а сейчас… Кларк просто хотела спать.

***

— И где же твои фото с новой машиной? — Лекса сощурила свои хитрые глаза, глядя на Анью. — Их нет. — Нельсон развела руками. — Я дала в долг одному очень хорошему человеку. — Ты? В долг??? — Вудс засмеялась. Что происходит с её подругой? — Куда делась Анья Нельсон, главная жадина Нью-Йорка? Ты её клон? — Серьёзно, Лекс. Ей срочно нужны были деньги, а попросить… — Ей? Твоя новая любовь? — Вудс заинтересованно подвинулась ближе. — Познакомишь? — Ты и так её знаешь, — буркнула Анья и отвернулась. — Хватит тухнуть в номере, пошли гулять. Хочу шампанского и круассанов в кафешке с видом на Эйфелеву башню. — Пошли. Только позовём Окти и Рей.

***

Октавия зависала в телефоне, постоянно с кем-то переписываясь. — Ты в нашем мире? — надув губы, спросила Рейвен. — Да. Сейчас. — Октавия положила телефон на стол, забыв заблокировать. Любопытный взгляд Лексы совершенно случайно остановился на крайнем сообщении. В изумрудных глазах отразилась тоска, и настроение шатенки поменялось. Вудс отстранённо смотрела вдаль. Влюблённые пары гуляли среди многочисленных лавочек и, глядя на них, Лекса почувствовала влагу в уголках глаз. — Я хочу отдохнуть, — заявила Вудс и поднялась с стула. — И не надо ходить со мной. Хочу побыть одна! Подруги кивнули. Проще согласиться, чем спорить в такие моменты с Александрией. Лекса медленно шла по улицам. «Почему ты так далеко? Почему я так страдаю и не могу забыть тебя?» Солёные дорожки катились по щекам, но шатенка не замечала слёз. «Я хочу проснуться и не чувствовать этой боли». Лекса не заметила, как подошла к отелю. Нажимая на кнопку лифта, с затуманенным взглядом она мечтала лишь об одном. — Лекса?.. Изумрудные глаза Вудс посмотрели в голубые напротив. — Кларк? — Хриплый голос шатенки заставил Гриффин переплести их пальцы. — Как? Откуда? Блондинка обратила внимание на нездоровый вид девушки. Нежно проведя рукой по лицу Вудс, Кларк покраснела сама. — Я обещала больше не беспокоить тебя. Они зашли в лифт, и Лекса нажала на свой этаж. — Я сама приехала, — тихо прошептала блондинка, но этот шёпот был похож на крик, попадая в самое сердце Вудс. — Вот бы застрять нам в лифте и просто поговорить. — Руки Лексы потянулись к кнопке, но она почувствовала, как Кларк обняла её со спины. — Единственное, о чём я мечтала, — это прикоснуться к тебе. Просто стоять рядом и вдыхать твой аромат. — Нос Кларк прикоснулся к плечу Лексы, и шатенка замерла. Этот день она запомнит на всю жизнь. Резко развернувшись, Вудс практически столкнулась губами с губами Кларк. — Я развелась с Финном. И если ты правда любишь меня… Договорить блондинке не дали мягкие и нетерпеливые губы Александрии. — Лекса… — Голос Кларк стал низким и хриплым, вызывающим содрогание по всему телу шатенки. Лишь остановившийся лифт заставил их оторваться друг от друга. — Где ты разместилась? — Пятьсот третий номер. Лекса прижалась к любимой блондинке. — Я не хочу торопиться и сделать что–то неправильно. — Кажется, ты думаешь, что я хрустальная, — пошутила Кларк, улыбнувшись. — Хей, я сама сделала этот выбор. Ты мне нравишься, Лекса. Сильно. Очень. Ты заставляешь моё сердце стучать иначе. Вудс просто глупо улыбалась. Они стояли в коридоре отеля, но не могли сделать ни шага. — Я так люблю тебя, — призналась шатенка, и Гриффин смахнула слезинку с её щеки. — Это взаимно. Какой же глупой я была, отрицая очевидные вещи! Стоять дальше не было смысла — одна из уборщиц с укором смотрела на парочку. — Ты уже видела красоты Парижа? — Правая рука Лексы потянулась к светлым прядям, невесомо касаясь шёлковой кожи. — Я прилетела несколько часов назад и жутко хотела спать, но Октавия разбудила меня сообщением, — призналась Кларк, закрывая глаза. Слишком приятно было чувствовать прикосновения шатенки. Всё это казалось сном. — Мы сбежим от всех. Только вдвоём, — прошептала Александрия и развернула Гриффин. Тихий голос породил толпы мурашек, которые забегали по шее блондинки. Кларк громко выдохнула. — Ты согласна? Голубоглазая могла лишь кивнуть. Волна возбуждения накрывала её. А ведь они всего-навсего стояли рядом! В коридоре. — Я мечтала о тебе эти месяцы, — призналась Кларк, густо покраснев. Услышанное признание ввело Вудс в ступор. — Мы идём? Быстро выскользнув из отеля, Лекса поймала такси. Она не отпускала руку Кларк, сжимая в своей ладони, словно, отпустив, потеряла бы её. — Сначала посетим самое классное кафе в этом городе. И будем гулять до заката! — План Александрии был безумен, а зелёные глаза девушки сверкали ярче изумрудов. Кларк могла лишь улыбаться. Может, этот момент — один из самых счастливых в жизни? После рождения Эйдана, конечно. Париж не просто так назвали городом любви. Увидев всю красоту центра города, Гриффин влюбилась в него, как и в женщину, стоящую рядом. Их телефоны разрядились, устав от множества непринятых сообщений и звонков. Этот день был только для них двоих. Закат встретил парочку на вершине Эйфелевой башни. Лекса накинула на Кларк свою кожаную куртку. — Ты опять строишь из себя рыцаря? — улыбнулась блондинка, оставляя на губах Вудс лёгкий поцелуй в качестве благодарности. — Я и есть рыцарь. Только коня своего оставила дома, — усмехнулась Александрия, намекая на мотоцикл. — Как бы мне не хотелось остаться здесь подольше, но нам надо возвращаться. Кларк нежилась в объятиях шатенки. Она чувствовала себя так хорошо рядом с Лексой! — У тебя есть планы на завтра? — Нет. Я прилетела спонтанно, — призналась Гриффин и опустила глаза. — Через два дня у меня съёмки в клипе. Лекса удивлённо приподняла брови. — Клип? — Знаешь такого парня — Джастин... Бибер, вроде? Лекса засмеялась, притягивая Кларк в свои объятия. Как же выросла её девочка! Или не её? — Кларк, — шатенка покраснела, но это скрыла вечерняя мгла, — кто мы теперь друг для друга? — Ты моя лучшая подруга. Ну, после Октавии... — Гриффин прикусила нижнюю губу. — Но я не хочу целовать Октавию! Я хочу целовать только эти губы. Я хочу ходить с тобой, взявшись за руки. Я хочу засыпать и просыпаться рядом с тобой. Я не знаю, кем мы будем дальше. Я знаю лишь одно — ты самая сексуальная девушка, которую я когда-либо знала.

***

Лекса переступила порог своего номера, и на неё с укором посмотрели три пары глаз. — Твою мать, Александрия Вудс! Мы чуть не вызвали полицию. Ты где пропадала? — Анья практически орала в ухо шатенки. — Я не обязана отвечать на твои вопросы. Мне не пять лет! — Лекса скинула обувь и босиком прошла в спальню. — У неё был секс! Рейвен и Анья уставились на Октавию. — Я убью Лайтборн. — Если это правда, я лично придушу Лексу, — вновь эмоционально отреагировала Блейк и, отвечая на немой вопрос, добавила: — Кларк в Париже.