RWBY - "The Long Memory."

«You… have silver eyes.»

— Первые слова Озпина, адресованные Руби.

***

      Вам знакомо такое понятие как аксиома? Аксиомой называют, то, что не требует доказательства. В жизни можно привести огромное количества примеров аксиомы. Цвет травы, неба, восход и заход солнца, жизнь и смерть, течение времен, и ещё огромное количество вещей, на которые мы не обращаем внимание. Мало, кто задумывается, что наши аксиомы — результат воспитания. И, как и в жизни, в каждой сказке есть аксиома или клише, из-за которого начинается сюжет.       Как встреча с волшебником.       Но как бы там ни было, эта встреча с Фальшивкой, что заменила волшебника, просто предлог, чтобы героиня стала таковой. Может ли история начаться без главного героя? Да. Да, ведь в жизни нет «главных героев», нет и «главных злодеев», нет «хороших» и «плохих», есть только люди. Люди, что одновременно всё усложняют и упрощают, придумывают добро и зло, богов, религию, загробную жизнь и многое другое. И очень редко, почти никогда и никто из людей не обращает внимание на источник каждого человека.       Источник, что зовётся природой.       Человек — это животное, а у животного есть только две задачи: жить и размножаться. Как животное это сделает, природу не волнует, главное, чтобы эти задачи выполнялись. Никто не является исключением, как бы он это не показывал. И если следовать этой логике до конца, то… «герои» становятся не такими уж и «героями».       Они становятся ошибками.       Желание спасти других пусть и похвально, но природой поощряется редко. Стаи защищают только стаю и, если ты слаб, стая от тебя избавляется. «Герои» же не хотят избавляться от слабых и зачастую ставят жизни слабых выше других, игнорируя свою природу. Именно поэтому я и не «герой».       Моя жизнь для меня выше чужих.       Всю свою жизнь я заботился только о себе, игнорируя всех. Я был эгоистом, и это мне нравилось. Зачем менять то, что приносит пользу тебе и только тебе? Меня можно назвать мудаком, но я не был моральным уродом, чтобы добивать лежачего, но и помогать я ему не стану.       В этом же мире мне нужно спасать лежачих.       И я даже не уверен, как это сделать.       Встряхнув ненужные мысли, мой взор вернулся к небу, полному звёзд, и к разбитой луне. Осколки парили возле луны, не улетая в открытый космос и не падая на землю. Созвездия были другими, но насколько — я не мог сказать. Когда-то давно луна была целой, но боги, покидая этот мир громко хлопнули дверью, забрав с собой и магию. Не всю, но нынешняя магия была жалким огрызком.       И я ощущал этот огрызок… Нет. Тело Озпина ощущало магию, а не я.       Человек в мире без магии не может ощутить магию, даже если попадёт в мир, наполненный ей. Человек без магии не может творить её, так как он просто не создан для этого. Вытащите рыбу на сушу, и она не сможет дышать, просто потому что не создана для этого.       Но я могу творить магию.       Потому что тело Озпина могло.       — Благодарю, — вежливо кивнул я пилоту булхеда, который доставил меня в Вейл в столь поздний час.       — Всегда пожалуйста, профессор Озпин, — улыбнулся парень.       Верная трость стучала по асфальту, слабый ветерок трепал седые волосы. Редкие прохожие кидали мимолётные взгляды на меня, и кто-то даже узнавал. Сложно не узнать человека, который регулярно появляется на экранах телевизоров. Ночные улицы Вейла отдавали ностальгией и трепетом, но эти чувства оставались без моего внимание. Первое было не моё, а второе просто мешало.       Вейл — одно из четырёх королевств Ремнанта и расположено на восточной части континента Санус, гранича с Вакуо. Не смотря на название «Королевство Вейл» управляется советом, как и все остальные королевства. Если смотреть глубже, то Вейл является самым лучшим местом где может жить человек в Ремнанте. Климат тут умеренный, похожий на Европу, экономика уступает только Атласу, расизм есть, но находится на довольно низком уровне уступая всем другим королевствам. Даже в Менаджери, в месте, куда сослали огромное количество фавнов, есть расизм, который тоже не шутка.       Расизм, который может стать причиной смерти всего человечества.       Люди всегда воевали за абстрактные идеи, скрывая за ними свою кровожадность. Так было, есть и будет, даже если появится общий враг, грозящий уничтожить вас. И как бы не было печально, но у расизма есть причины существовать, и он будет существовать, просто потому, что людей не изменить по щелчку пальца. Люди глупы, и этого у них не отнять.       Кто-то даже однажды решил, что поднять в небо целый город на недо-магии хорошая иде…       Трость упёрлась в плитку, на которой разошлись трещины. Короткий вдох, и трость вновь небрежно стучит по плитке. Жаль, что это короткая вспышка сломала плитку, но надеюсь её быстро починят. Не хотелось бы, чтобы это была не последняя сломанная вещь в Вейле.       Резкие вспышки памяти доставляют неудобства, ведь не все из них являются приятными. Бóльшая часть из них личная, но полагаю, что такого понятия для меня больше не существует. Всё же теперь я — Озпин. Являюсь ли я Озмой в теле Озпина, ещё предстоит выяснить, так как сейчас в памяти больше того, что мог знать Озпин, нет. По-другому узнать, кем я сейчас являюсь, не могу.       — «Полиция Вейла», — прочитал я название на здании. В руках оказался телефон или, аналог из Ремнанта, — свиток с картой города. Память подсказывала, что я в нужном месте, карта говорила о том же. — Пятнадцатый полицейский участок на улице… Восточной, — ещё раз сверился я с картой, и ответ был тем же.       Засунув тел- свиток в карман я всё таким же неторопливым шагом направился в участок. Полиция работала даже в одиннадцать часов вечера, и, кажется. именно этот участок был круглосуточным. Наверное. Ни я, ни Озпин никогда не интересовались.       Дверь легко открылась, и я вошёл внутрь здания.       — Озпин. — Увидела первой меня Глинда, вместе с ней повернулся и.…Тайанг Сяо Лонг вместе с Янг Сяо Лонг. Неожиданно, но стоило ожидать, что они будут здесь.       — Привет, Оз. — Протянул руку Тайанг, которую я без колебаний пожал. Мужик он был крупный и мускулистый, но сейчас очень чётко было видно, что он нервничал.       — Тай, — дружелюбно кивнул я. Озпина и Тайанга можно смело было звать друзьями, даже несмотря на то, что первый был в несколько десятков (а может, и сотен) раз старше. — Приятно тебя снова видеть.       — Да и ты даже не постарел. Ну, ещё больше, чем обычно, — весело фыркнул он, а на моём лице была лёгкая улыбка. И не только у меня. Но оставив, это я обратил внимание на ещё одного человека.       — Мисс Сяо Лонг, — вежливо поприветствовал я дочь Тайанга. Обращаться по фамилии было непривычно, но Озпин обращался по имени только к определённому кругу лиц.       — Привет, профф, — нахально поприветствовала меня Янг. Глинда сразу же бросила на неё строгий взгляд, а Тай просто хохотнул. Я же проигнорировал это.       — Как я знаю, Вы собирались поступать в Бикон. Я прав? — с нотками веселья спросил я. Ответа не требовалось, так как я лично видел документы о её зачислении.       — Да! — гордо выпячила грудь Янг. — Самая лучшая ученица Сигнала и будущая ученица Бикона к Вашим услугам!       — Громкие слова, и я уверен, что Вы не разочаруете, мисс Сяо Лонг, — весело сказал я, прекрасно зная, что среди первокурсниц она была на втором месте. — Думаю, мисс Роуз уже заждалась, — перевёл я тему.       — Да, точно! — хлопнул себя по голове Тай. — Уже одиннадцать часов… — нахмурился он, скашивая взгляд на Янг, которая это заметила.       Оставив их двоих, я последовал за Глиндой до места, где была Руби Роуз — будущая ученица Бикона. Пятнадцатилетняя ученица Сигнала немного нервно ожидала меня в камере допроса, вечно теребя красный плащ или кресты на чёрном платье. Откуда в Ремнате есть подобные кресты, было вопросом, так как религия в мире есть только у отдельных племён в Вакуо.       Взяв у полицейских тарелку с печеньем и кружку с какао, которое пить мне не хотелось, но для Озпина быть без кружки — позор, я вошёл в комнату. Позади Глинда закрыла дверь, оставляя нас наедине.       Серебряные глаза сразу же повернулись ко мне и так же быстро остановились на тарелке с печеньем, но вернулись обратно к моему лицу. Мимолётный взгляд на трость я тоже не упустил.       — Простите за ожидание, мисс Роуз. — Не спешным шагом я подошёл к столу. — Печенья? — невинно спросил я, ставя тарелку с ними перед красным капюшончиком.       — Э-э… А можно?.. — осторожно спросила Руби, но руки её были готовы к захвату цели.       — Конечно, — кивнул я, пряча улыбку в кружке. Какао я не то чтобы не любил, но пить его постоянно было не очень приятно. Но образ есть образ. — Так где Вы научились так мастерски владеть таким опасным оружием?       — …Ф-пто?.. — Печенье пропадало с такой скоростью, что, не находясь в теле профессионального охотника не заметил бы. Руби проглотила угощение. — Вы про мою малышку?       — Если Вы имеете в виду косу, то да, — спокойно сказал я, но капюшончик всё ровно немного сжался в кресле. А потом продолжил уничтожать печенье. — Всё же я видел только одну пыльную ворону, что использовала столь грозное оружие.       — А-а-а… Да, меня научил дядя Кроу! — гордо заявила Руби, и этим можно было гордиться, так как её дядя был сильнейшим охотником на данный момент, если не считать всяких полудев и бессмертных героев. Капюшончик тем временим продолжала восхвалять Кроу.       — Кроу Бранвен отличный охотник и дядя, — прервал я монолог Руби. — Но сейчас речь идёт о Вас, мисс Роуз.       — Оу… Обо мне? — Вновь заёрзала на стуле она, а серебряные глаза метались по комнате. На лице так и было написано — Паника. С большой буквы.       — Да. — Доброй улыбкой я попытался её успокоить. Не особо получилось. — Ты же знаешь, кто я?       — Директор Бикона, Озпин, — серьёзно сказала Руби, оставляя пустую тарелку.       — И ты хочешь стать охотницей? — Роуз кивнула, ещё не понимая, куда я веду. — И ты хочешь поступить в Бикон?       — Да! Янг в этом году идёт, и она очень крутая! Не то чтобы я была не крутая!.. Я оч…       — Поздравляю с поступлением, — прервал я её, отпивая какао и наслаждаясь шокированным выражением лица Руби. — Буду ждать Вас в Биконе через две недели на Посвящение. Не опаздывайте.       — Что?!. — вкрикнула Роуз, и у неё, похоже, началась паническая атака. Чёрт.       — Вы против, мисс Роуз? — попытался я сделать обиженный тон и вид. К сожалению, сарказма было больше, но капюшончик его не заметила.       — Нет!!. — пискнула она быстрей чем я смог вставить ещё, что-либо. — Я СОГЛАСНА! Согласна!       — Не сомневаюсь, мисс Роуз, — усмехнулся я. — И… думаю, что кто-то захочет тоже это услышать.       Лицо Руби перешло от удивлённого выражения к понимающему, и через секунду на стуле, столе и полу остались только красные лепестки роз, а дверь была открыта. Остановить её мне не составило бы труда, но, во-первых, мне это было не зачем, а во-вторых, сомневаюсь, что смог бы не навредить ей. На ассимиляцию с телом у меня был только день.       Задумчиво посмотрев на своё отражение в стакане ещё пару секунд и не найдя там ничего кроме лица Озпина, я со вздохом покинул комнату. Уборщикам придётся убирать все эти лепестки, а какао можно вылить и в другом месте.       — Озпин… — с обречённым и одновременно грозным видом произнесла моё имя Глинда. Чего было больше, я не знаю, но склоняюсь ко второму. — Ты же понимаешь, что ей пятнадцать.       — Она достаточно обучена для Бикона, — не покривил я душой. — Тем более, что на фоне мисс Белладонны она слабо выделяется. — И мистера Арка, но этого я не сказал.       — Она ещё ребёнок, Озпин, — прошипела она. Обсуждаемая девочка оживлённо болтала с сестрой и отцом. — И даже то, что она обладательница серебряных глаз не меняет этого факта.       Серебряные глаза Руби были причиной того, что её приняли в Бикон. Одной из, так как мастерство Роуз и правда можно было сравнить с первокурсниками. К сожалению, но для меня она является запасным планом на случай, если всё пойдёт по самому плохому сценарию. Если всё пойдёт по рельсам канона, и я не смогу изменить финал третьего тома.       — Я согласен с тобой, Глинда. Мисс Роуз ещё пятнадцать, и в обычных условиях, она бы поступила в Бикон только через два года. — Глинда немного расслабилась. — Но. Она уже сделала свой ход. И я очень сильно сомневаюсь, что он был один единственный.       Глинда была всё равно недовольна, но промолчала. Озпину она доверяла, и он ей тоже, пусть и не до такой степени, чтобы рассказать про все подводные камни. Увы, но за тысячелетия смертей, половина которых была от рук людей, доверия к окружающим у Озмы не очень много. По крайней мере, его хватает на то, чтобы рассказать некоторым о существовании Салем.       — Не беспокойся, Глинда, у меня есть план, — заверил я её. То, что этот «план» на грани фола, не было сказано.       Тем временем Тайанг смог выбыть из разговора и знаком показал, что хочет поговорить наедине. Кивнув ему, я всё таким же неторопливым шагом направился на выход. За мной последовал и Тай. Глинда осталась наблюдать за двумя новыми учениками, которые не заметили изменений.       — Озпин. — В голосе и взгляде Тая были обеспокоенность, злость, меланхолия и ещё огромное количество эмоций и всё это было из-за поступления Руби в Бикон.       — Я знаю, что тебе тяжело Тай, но дети растут. И профессия, которую выбрали мисс Роуз и мисс Сяо Лонг очень редко предполагают счастливую старость. — Смерть от старости в мире охотников явление настолько редкое, что его можно пересчитать по пальцам. Конечно, только для охотников. — Всё, что от нас требуется — подготовить их и предостеречь от повторения своих собственных ошибок.       — Я… понимаю, но это всё ровно сложно… — подавленно вздохнул Тай, которого жизнь тоже помотала. Сначала бросила жена оставив растить ребенка одного, потом умерла вторая жена, оставив с ещё одним ребёнком. А теперь оба ребёнка хотят стать охотниками.       — Обещаю, что с ними ничего не случится, — выдавил я из себя эти сладкие слова. Говоря это, я ощущал себя лицемером и ублюдком ещё больше. Обещать я не имел права. Не имел права использовать наивных детей в игре на выживание.       Самое мерзкое, что мне предстоял такой же разговор с Кроу.       Как и Тайанг, Кроу знал про Салем. Не всё, но её существование им обоим было известно. Как и её желание уничтожить серебряные глаза. Саммер — мать Руби — уже была убита приспешниками Салем, возможно, даже по вине одного предателя в Мистрале. И проблема даже не в том, чтобы убедить Кроу, что это хороший и действенный вариант.       А в том, что это Кроу.       Сломленный человек, который держится из последних сил. Они с Озпином похожи в этом. Разговаривать со сломленным человеком трудно. Ты видишь оболочку, разбитое зеркало, которое может разлететься в любую секунду.       — Время позднее, — сказал я, когда тишина стала затягиваться. На небе была разбитая луна и звёзды. — А мне ещё с утра разбирать документы, — вздохнул я, оторвав взгляд от луны.       Тай со смехом согласился со мной. Никто не любил работать с документами.       Спустя пару минут мы попрощались с ним, а через ещё несколько минут я попрощался и с Глиндой. Остались только я, мои мысли, трость и пустые улицы Вейла.       — Это сложней, чем я думал, — стоя под фонарным столбом, размышлял я. Манипулировать людьми, когда ты не можешь задушить свои чувства, нельзя. Но нужно. Необходимо. — Мне нужно выпить.

***

      Моё горло обожгло, оставляя странное послевкусие, а всё, что не позволяло мне выплюнуть алкоголь — это тело Озпина, которое могло выдержать его. Заглядывая в его память, я отчётливо помнил, что Оз старался не пить и даже на важных мероприятиях предпочитал свою кружку какао шампанскому или любому другому алкоголю.       Ещё один глоток обжёг горло.       Глушить депрессию в алкоголе не самое мудрое решение, но между громкой и тихой рефлексией, вторая кажется наилучшим вариантом. Пусть даже сама рефлексия вещь не самая лучшая. Да, и кроме алкоголя есть гримм, на которых можно вымещать свои эмоции.       Створки лифта закрылись, и он стал медленно опускаться.       Допив одним залпом остаток вина, я очень быстро направился в сторону Изумрудного леса. Охотники могут двигаться намного быстрей человека. Достаточно, чтобы догнать машину (не всегда). Выкинув в урну бутылку, я спрыгнул с обрыва в лес.       В полёте тело на рефлексах изменило своё положение для лучшего приземления, не тратя ауру.       Отряхнув пыль с пиджака после падения, я с верной тростью двинулся в глубь леса неспешным шагом.       Озпин был охотником с многовековым опытом, я же был обычным гражданским, который и в драках-то был замечен пару раз. И эти «драки» таковыми назвать можно с натяжкой. Привыкнуть к телу и знать, как сражаться мне необходимо, особенно с тем, что маячит на горизонте.       Шорох кустов заставил остановить мою неспешную прогулку по лесу. Череп с красными глазами вылез из кустов, смотря точно на меня.       «Первый гримм,» — Подумал я, спокойно разглядывая его морду.       В памяти всплыло имя данной вида особи, которое было беовульф. Стайные хищники и самые распространённые. По одиночке не особо страшны для охотников, но особо большая стая может заставить попотеть.       Стая беовульфов действуют как стая волков, только их главная цель — люди. Беовульф, что был передо мной, видимо, являлся разведчиком, так как никаких других я не видел.       Так как нападать на меня он не спешил, то напасть решил я. Один рывок, и ошеломлённый Гримм получает тростью по голове, от удара которой был проломлен череп.       — Один удар… — Я смотрел, как тело беовульфа растворяется в чёрном дыме. — Это было…разочаровывающе.       Никакого захватывающего чувства не было. Я только что убил трёхметрового хищника с одного удара, но всё, что я ощутил, было разочарование. Видимо, я ещё не осознал действительность.