Девичьи фантазии

      Будто приглушённый тёплый свет, огромный зал, танцующие вокруг люди, игра десятков музыкальных инструментов…       Юджин открыл глаза, не понимая где он и что вообще происходит. В разуме роились сотни мыслей, которые он не успевал осознать в полной мере. Кончики пальцев покалывало, чуть дрожали колени, запахи были ярче, звуки — громче. Ноги кружили его в танце с неизвестным человеком. Юджин даже не знал, что именно это за танец и как у него получается так изящно двигаться. Это были будто отточенные сотней тренировок движения.       Наконец он сфокусировал взгляд, но не мог поднять головы к партнёру, Юджин видел лишь его нетронутые эмоциями губы. Тот был мужчиной, очевидно, выше его на полголовы, наверное, даже чуть больше. Тогда Юджин успешно посмотрел по сторонам и полностью утратил дар речи, которого и так не замечалось.       Он был на балу. Балу с людьми в роскошных костюмах и платьях, с музыкантами, с хрустальными люстрами и мраморными ступенями, с витражами и резными оконными рамами. Балу, который за секунду убивал тебя своим величием, грациозностью и вместе с тем нежностью.       Музыка пеленой ложилась на зал и присутствующих. Она лилась из-под смычков, из-под пальцев пианиста, из-под клавиш флейт, она лилась отовсюду и обволакивала всё. Словно отражаясь от гладкой поверхности стен, все звуки проникали прямо в душу. При всём этом музыка не выжигала мозг, хоть и была громкой, скорее мягко пронизывала.       Присмотревшись к людям, Юджин понял, что все они призраки со слегка размытыми лицами. Все до единого, без исключения. Окончательно потерявшись в происходящем, он выдохнул и закрыл глаза. А неизвестный партнёр по танцу всё вёл его и вёл, будто не хотел отпускать из своих объятий.       Вальс не прекращался. Мелодия сменилась. Вначале она была спокойной, но позже приобрела такие торжественность и величие, что на какое-то время Юджин вовсе перестал думать и пытаться что-то понять, он лишь слушал. В танце музыка была ещё прекрасней. Он был уверен.       От человека, точнее призрака, который вёл его, шла прохлада. Но прохлада такая знакомая и любимая, что Юджин был готов раствориться в ней навсегда и безвозвратно. Он даже не задумался, в чьей прохладе хотел утонуть.       Танец все шёл. Музыка начала затихать и принимать ласковый, бережный тон. Всё замедлилось, и, когда был сделан последний поворот вальса, вовсе затихло. Остался лишь тихий шелест подолов и приглушённый шум сада за огромными чистыми стёклами окон.       Наконец Юджин смог поднять голову и увидеть лицо партнёра по этому волшебному танцу. — Босс?       Ноги, которые всё это время идеально выполняли элементы вальса, подкосились. Руки перестали так крепко держать призрака напротив. Уши, щёки и скулы залило румянцем.       Босс не выглядел как обычно, нет. Он не был кромешно чёрным, лишь с отсылками на человеческие черты. Он был точно таким же как Джоан или Хейден. И от этого Юджин ещё больше покраснел. Теперь Босс не был тенью, отголоском души, он был человеком. Эта мысль обескуражила. Он не мог вымолвить ни слова, да даже хоть один жалкий звук. Наконец на лице его партнёра по танцу появилась эмоция. Юджин не смог её прочесть, но не заметить лёгкую улыбку на губах призрака было невозможно. — Не волнуйся, Юджин.       И в этот момент картинка перед глазами начала терять цвет и вскоре всё покрылось мраком.