Клянусь Богом, на этот раз я не шучу

Дэнни.

Давно я не испытывал такой... как это называется? Ярости? Злости? Безразличия к другим? Словно нечто такое, что мне неподконтрольно, вселилось в мою душу. Как яд оно проникло в мою кровеносную систему и дошло до сердца, при этом заражая весь организм. Мой пульс участился, дыхание перехватило и становится всё труднее дышать по мере приближения к светловолосому, короткостриженному мальчику, нависшему над моим сыном. Как будто это били не пятилетнего малыша, а меня, ибо воспоминания неистовым пламенем вырвались из-под корки наружу. Болезненные и неустанно жалящие острыми иглами мой мозг. Я поморщился, пытаясь отогнать прочь этот ужасный поток воспоминаний, обрушившийся на меня будто фонтан. Холодный пот прошиб меня, ноги стали ватными, я на секунду перестал их чувствовать. Посмотрел на джинсы и мысленно обругал себя за то, что дал волю страху затуманить свой разум, над которым гнев уже взял вверх. В какую-то долю сомнения посетила мысль, что мои нижние конечности превратились в спектральный хвост. Но это было лишь моё воображение, ничего более. Я не контролировал свои движения, и, казалось бы, находился где-то поодаль, не тут, даже не в своём теле. Мне это напомнило пять лет скитаний по Призрачной Зоне, чего очень не хотелось бы вспоминать. Стоило мне обрести покой и семью, как всё началось по новой. Что со мной происходит? Нет, рука не светится ярко-белым светом, затмевающим всё вокруг. И светлые песчинки не проступают сквозь кожу. Полный Контроль в узде. Пока что. Но я не знаю, на сколько смогу его сдерживать, раз суперсила и остальные сверхспособности мне неподвластны. Зачем я вообще выскочил из машины? Это было так опрометчиво, что Дэнни-Призрак не сделал бы подобного. Но в данную секунду я — не он. Точнее, я — что-то посередине. Просто запутавшийся отец, желающий любой ценой защитить малыша от зла и несправедливости. Сына, только-только появившегося в моей жизни. Мальчика, которого мне предстоит узнать. И в то же время отец с невероятными возможностями, которые могут нанести любому живущему на планете непоправимый вред. Хочу ли я этого? Конечно же нет. Но я не знаю, что делаю. Тело меня не слушается. Знакомый голос в голове орёт во все гланды, чтобы я остановился. Но разве кто-то может мне помешать? Даже бронепоезд не сможет меня остановить. В горле пересохло, пальцы сжимаются в кулаки и мне хочется... намылить кому-нибудь шею.

Сэм.

Зря я взяла его с собой, прекрасно зная, что у него с эмоциями пока не полный порядок. Он опасен для окружающих, так и для себя самого. Я противилась осознавать это, но факт остаётся фактом: Дэнни нужно изолировать от внешнего мира, пока он не научится контролировать способности. Но кто я такая, чтобы ему указывать, что делать? Всего лишь смертная жена, без каких-либо то ни было дарований. Тешила себя мыслью, что всё будет хорошо. Но синяк, оставленный на плече, стал ещё больше. Рука болела и при каждом повороте кисти отдавалась острой болью. Её саднило. Но приходилось улыбаться, чтобы Дэнни не чувствовал себя ещё хреновее, чем есть на самом деле. Я не хочу его потерять. Не в этом смысле... если он уйдёт в себя, закроется, а что ещё хуже — навредит кому-нибудь ещё, — это будет на моей совести. Я открываю дверь с водительской стороны, не забывая автоматически захлопнуть её, и несусь со всех ног к супругу, чувствуя, как мои каблуки утопают в мягкой траве.

Энди.

Мне хочется разрыдаться, но я не могу показать Билли, что мне больно. Мама меня всегда учила, что нужно держать себя в руках и не показывать эмоции. Прости, мам, я тебя не послушал. Всё болит. И одежда грязная. Мама меня убьёт. Этот Билли такой... такой... вредный. Забрал мою любимую плюшевую игрушку. Это папа, хоть и не настоящий, ведь так? Дэнни-Призрак, только в миниатюре. Я ни за что ему его не отдам. Он всё время со мной, куда бы я ни пошёл. Я... я буду драться за него и отберу. Обязательно отберу. Я поворачиваю голову в сторону автобусной остановки и вижу быстро идущего к нам взрослого. Папа?