Печеньки Брауни

— Я тебя как и раньше достаю? — интересуется Сынмин. — Нет. Сейчас ты меня вообще не достаёшь. — Почему? — Наверное, потому что сил не хватает? — отвечает Ян, и хитренько так хихикает, глядя на растерянного старшего. После того диалога на Ту Кидс жизнь Сынмина разделилась на до и после. Он не мог сказать, что они с Чонином были так уж близки. Да, они проводили много времени вместе, любили подкалывать друг друга и им вдвоём было комфортно, но и самыми близкими друзьями они назваться не могли. Тем не менее, подостовать и похихикать над младшим было практически святым делом для Сынмина. Как он мог не заметить, что стал делать это очень редко в последнее время. Возмутительно, просто возмутительно. И нет, дело определённо не в том, что у него, как выразился Чонин, «сил не хватает». Просто так сложились обстоятельства и Сынмин обязательно это исправит. И докажет Яну, что на всё у него сил хватает. *** Начать он решил с классики. Шлепки. В их группе подойти и мацнуть кого-то из мемберов за задницу было обычным делом. По большей части, благодаря Минхо. Зато как весело было наблюдать за возмущениями человека, в чьё личное пространство так нагло ворвались. За Чонином наблюдать было ещё веселее, ведь его реакция была самой яркой. Как только в его сторону проявляли какой-либо телесный контакт, как он тут же начинал отпираться, сворачиваться в рогалик и пытаться сбежать. Поэтому, как только Сынмину предоставился подходящий случай, он сразу же им воспользовался и легонько шлёпнул младшего по заднице, когда тот проходил мимо. Он уже ожидал льющиеся на него проклятия и визги, но вместо этого младший только перевёл на него полные веселья глаза и смачно приложился своей большой ручищей о задницу старшего, не забыв пару раз ощутимо сжать, да так, что Кима с громким и неловким «ой!» на месте подкинуло. Пока Сынмин в недоумении потирал задницу, огромными глазами уставившись на младшего, мемберы, которые, естественно, всё это видели, дружно разразились хохотом, заставляя бедного Сынмина пристыженно краснеть. — Вот это моя школа, я горжусь этим ребёнком, — утирая воображаемую слезу, сказал Минхо, закидывая руку на плечо довольного донельзя Яна. — Теперь его так просто не заденешь, верно Сынмин~а? — громко проговорил Джисон, хихикая над косым взглядом Кима, направленным на него. О, он ему ещё покажет, просто подождите немного! *** Хоть он и не был слишком близок с Чонином, одно он знал наверняка. Ян ненавидел, когда его одежду брали без спроса. Поэтому, пока Чонина не было в комнате, он стащил его любимую футболку и надел на себя, представляя, как будет беситься младший, когда увидит его в ней. Дождавшись в своей комнате, пока хлопнет входная дверь и услышав голоса Чонина и Чанбина, Сынмин лёгкой походкой выплыл из своей комнаты и с совершенно обычным видом вошёл на кухню, якобы налить себе воды. Он не видел лица Яна, так как стоял к нему спиной, но судя по воцарившейся тишине, мог предположить, что в голове младшего происходит сложный мыслительный процесс. Поставив стакан на стол и уже приготовившись издевательски хихикать, Ким развернулся к двум мемберам лицом и так и застыл, потому что вместо ожидаемого недоумения на лице младшего красовалась широченная улыбка. Он уже собирался открыть рот от шока, как раздался возмущённый голос Чанбина: — Ким Сынмин, это что за дела?!Честное слово, ты вроде бы старше, но футболка младшего болтается на тебе, как парашют! Ты у меня из качалки неделю не выйдешь, даже у Джисона мышц и то больше. И как я этого раньше не заметил, стэй наверное думают, что я с тобой вообще не занимаюсь. Беспредел, — Со, продолжая возмущаться себе под нос, покинул кухню, оставляя двух младших наедине. Сынмин открыл и закрыл рот, не зная что сказать и, неожиданно для себя, смутился, опуская взгляд в пол. Чонин хмыкнул, ему показалось довольно милым и забавным, как щёки Сынмина всё больше заливала краска, а сам он неловко теребил подол его же футболки. Ну, если старший думал, что сможет вывести его этим на эмоции, то он сильно ошибался. Ян неспеша подошёл к Сынмину и, слегка наклонившись, прошептал в самое ушко: — Тебе очень идёт моя футболка хён, выглядишь в ней, как верная жёнушка, — изо рта младшего вырвался лёгкий смешок, — знаешь что, можешь оставить её себе, Сынмини-хён, — и, поймав на себе растерянный взгляд Кима, Чонин покинул кухню. Оставшись один, Сынмин наконец-то смог прийти в себя. Его кулаки сжались от раздражения. Ох, жёнушка значит. Он ему ещё покажет жёнушку. *** Очевидно, обычные методы не работали, поэтому в ход пошла тяжёлая артиллерия. Что могло разозлить даже самого спокойного человека? Верно, когда другие воровали его еду прямо из под носа. Сынмин начал делать это регулярно. Воровал йогурты младшего из холодильника, пока тот не видел, съедал его снеки. Он видел, как Чонин раздражённо оглядывается, выискивая того, кто украл его еду, но когда видел Сынмина, жующего его орешки, взгляд мгновенно смягчался и младший покорно выдыхал, уходя к себе. Сынмин понял, что этого не достаточно. Поэтому, когда Ян спокойно сидел за столом и ел свой рамён, Ким беспардонно подошёл к нему и, зачерпнув приличную часть лапши из тарелки младшенького, отправил себе в рот. Однако он забыл, что Чонин любил острое. Очень острое. Рот мгновенно обожгло, да так, что казалось, будто сотни ракет взрываются на языке. Да как Ян может так спокойно это есть?! Видя, что старший чуть ли не задыхается от остроты, перепуганный Чонин мгновенно подлетает с места и несётся за графином. На ходу наливая воду в стакан, он протягивает его Сынмину и тот жадно глотает воду, пытаясь потушить пожар во рту. Спустя три стакана это более менее удаётся сделать и Сынмин, знатно выругавшись себе под нос, уносится к себе в комнату, игнорируя растерянный взгляд Чонина. *** Сынмин чувствует, как его поглощает отчаяние. Он совсем не может вывести Чонина на эмоции! Неужели младший был прав? Неужели у него действительно больше не хватает сил, чтобы доставать его как и раньше? Да ведь этого просто не может быть! Он ведь всё ещё его старше. Да, Чонин вырос, но и он на месте не стоял. Он ведь всё ещё сильнее. Верно? Сынмин выныривает из своих мыслей, когда раздаётся стук в дверь, а следом, не дожидаясь ответа, в комнату заглядывает голова Яна. Вспомни солнышко, вот и лучики, как говориться. — Сынмин-хён, не занят? — спрашивает Чонин, приветливо улыбаясь. — Занят, — бубнит Ким, отворачиваясь и сжимая в руках подушку. Но младшего такой ответ не останавливает и он усаживается на кровать рядом с Кимом. — Я поговорить хотел, — начинает младший, сверля Сынмина взглядом. — И о чём? — интересуется тот, так и не поворачиваясь к младшему. — О твоём поведении. Ты... не думал, что это глупо? Сынмин возмущённо подскакивает на кровати. — Не понимаю о чём ты! — Всё ты понимаешь, — качает головой Ян так, словно отчитывает маленького ребёнка, — я о том, что ты пытаешься меня задеть в последнее время. Ты думаешь я не замечаю, что ты делаешь это специально? Что ты пытаешься этим доказать? — Тебе мерещится, ничего такого я не делаю, — отрицает Ким и тут же тушуется под строгим взглядом Чонина. Он действительно отчитывает его? — Сынмин. — Ну ладно, может и так. Что в этом такого, мне нельзя тебя подостовать? — старается защититься старший и Чонин готов поклясться, что тот выглядит сейчас как злой пыхтящий ёжик. — Я думал, мы выросли из этого, почему ты решил снова начать? — спрашивает Ян. Старший в ответ что-то бубнит, но младший не понимает ни слова. — Что? — Я говорю, я доказать хотел! Что у меня на всё хватает сил! — выпаливает Сынмин, распаляясь всё больше. — Серьёзно, хён, из-за этого? — кажется, Ян начинает понимать. —Ты хотел доказать, что достаточно сильный, чтобы доставать меня? — Я и так сильный, я старше, значит я сильнее тебя! — возмущается Ким, злобно зыркая на парня, и тот готов поклясться, что старший ведёт себя как ребёнок. — А если я докажу тебе обратное, ты успокоишься? — глаза младшего загораются непонятным огоньком. — Что? — не понимает старший. — Хочешь я докажу, что стал достаточно сильным для тебя, хён? — Не докажешь. — Докажу. И в следующую секунду подушка летит в сторону, а Сынмин оказывается опрокинут на спину, пока младший наваливается сверху. Сынмин полными шока глазами смотрит на младшего, пытается пошевелить руками, но обнаруживает, что Чонин крепко держит их над его головой. — Эй! Он снова дёргается, пытается высвободить руки, как-то пнуть Чонина и выползти, но не сдвигается ни на милиметр. Младший держит слишком крепко. Ким замирает, а дыхание сбивается. Чонин действительно крепко держит его. И он ничего не может сделать против него. — Видишь, хён, не получается, — хмыкает младший, когда Сынмин успокаивается. — Я сильнее. — Ты... я... это не... отпусти. — Не хочу, — просто говорит Чонин, видя шок и лёгкую панику в глазах парня под ним. — Чонин, — предупреждающе рычит старший и снова пытается выбраться, но результат остаётся тот же. — А что, ты доводил меня столько времени. Дай и мне тоже тебя подоставать. Сынмин замирает, испуганной ланью уставившись на младшего. Чёрт, он знал, что младший в последнее время часто ходит в зал. И он знал, что ему самому ещё аукнется то, что он не занимается вовсе. Но он не думал, что Чонин стал настолько сильным. Похоже, то что в последнее время говорят мемберы и пишут стей правда? Их Чонин вырос? Из малыша хлебушка превратился во взрослый батон? Потерявшись на минуту в своих мыслях, он сразу не замечает появившуюся нежность во взгляде Яна. — Чёрт, хён, — обречённо стонет он, заставляя Кима вздрогнуть, — лежишь тут в моих руках весь такой слабенький и я ещё больше защитить тебя хочу. — Что? — Сынмин растеряно смотрит на Чонина, не до конца понимая смысл его слов. — Говорю, что оберегать тебя хочу. Не знаю от чего, просто так, — пожимает плечами Ян и улыбается так ослепительно, — я, чтобы ты знал, для тебя качаюсь. Чтобы быть достаточно сильным для тебя. — Зачем для меня? — Сынмин клянётся, что с каждой фразой Яна не понимает происходящее всё больше и больше. — Затем для тебя. Говорю же, защищать тебя хочу. Вот в один день понял, что хочу, и начал качаться. — От кого меня защищать? Зачем? Я и сам могу себя защитить. — Я знаю, что можешь. Но я просто... хочу. —Так, а ну слезь с меня, — Ким снова завертелся и в этот раз Чонин покорно расцепил руки, позволяя старшему подняться. Сынмин молча разминает руки, стесняясь поднять на младшего взгляд, но тот терпеливо ждёт, наблюдая за эмоциями Кима. Но вот, проходит несколько секунд и Ким усмехается каким-то своим мыслям. — Интересно, а у всех детей в процессе взросления возникает желание кого-то защищать? — хихикает Ким и наконец смотрит Чонину в глаза. — Ты старше всего на полгода, хён, — улыбается Чонин, радуясь, что стена неловкости была разрушена. — Так что... позволишь быть сильным для тебя, хён? Сынмин задумывается над чем-то всего на пару секунд, а затем, будто что-то увидев в глазах Яна, одобрительно кивает. — Ладно уж, так и быть, пусть у нас сильным будешь ты.