Пять стебельков лимонной мяты

Я рано встала. Это произошло как-то само собой. Сегодня пятница. Первым Зельеварение. Я спокойно собралась и заварила себе чай с мелиссой и лимоном не только в термос, но и в обычную чашку. Так приятно смотреть на предрассветные сумерки и пить горячий душистый чай. Для запаха я добавила ещё несколько кусочков лимона. Пробую. Горячая жидкость обжигает горло, оставляя приятное послевкусие. Чуть ли не мычу от удовольствия. Вкусно, чёрт побери! Хорошо жить! Неспеша иду по тёмным коридорам Хогвартса. Странно. Кажется, что здесь вообще никого нет, что я здесь одна. Похоже, никто ещё не проснулся. Мои тихие шаги эхом повторяются где-то под потолком. Тогда мне показалось уместным сесть, прислонившись спиной к холодной колонне и достать свой блокнот с рисунками. Он особенный. В нём покоятся самые дорогие сердцу произведения: мама, папа, наш кот Боня, мои школьные друзья - Вася и Настя, которые начали встречаться с моей помощью, чашка с кофе, рассветы, крыша.. Всё это пробуждало воспоминания, затрагивало глубинные струны души. Я долистала до чистого листа и взяла чёрную ручку. Я часто прибегаю к графике именно чёрной ручкой, так как это выглядит аристократичнее, чем работы карандашом или красками. Оставляя тонкие линии на бумаге, ручка грела мои пальцы. Я, прикрыв глаза, подумала, а что бы я хотела нарисовать? Будто в ответ на этот вопрос в голове всплыло изображение профессора Северуса Снейпа. Я не стала прогонять эту идею. Открыв глаза, я с нажимом повела ручкой по бумаге. Глаза. Брови. Затем нос. После губы, подбородок, волосы. Последние уточняющие штрихи. Откладываю ручку и смотрю на результат. Он получился, словно настоящий. Откидываю голову назад и прикрываю глаза. Хм, а мне понравилось. Мне реально понравилось рисовать учителя. Обычно я рисовала только самых близких, но сейчас из-под моей руки вышла работа, на которой изображён всего лишь мой учитель, один из множества таких же.

Всего лишь?

- переспросил внутренний голос.

Да, "всего лишь" - подумала я, но глубоко внутри уже тогда внутренний голос, почти смеясь, знал то, что я лгу себе.