You're so my type

Дед сделал из Кей машину. Робота, терминатора, смертоносную чёрную вдову. Я видел, как она годами пытается выбраться из этого кокона, как она опасливо пробует проявлять хоть какие-то эмоции. Едва ли кто-то кроме меня, Ринко и Риза видели её без привычной брони равнодушия и настороженности. Однако в такие дни, как сегодня, всё идёт по пизде. Я видел призрачный проблеск интереса в её глазах при виде этого чудика. Всегда не понимал эту её тягу к татуированным тощим эмобоям, но не осуждал. Никогда, только не её. Но, как и сотни раз до, одна плохая новость и всё насмарку, теперь она снова закроется. В глазах Риза я видел, что эта мысль посетила не только меня. Надеюсь, ему хватит ума сделать с этим что-нибудь. Кей летит вниз, как пуля, выпущенная из винтовки. Я с ней с пятнадцати лет, я знаю, когда этот клик происходит в её голове, вижу по языку её тела. Плечи вытянуты в ровную линию, подбородок чуть выше, чем обычно, привычно мягкая походка сменяется на ровное скольжение имперского глайдера. Мы предупреждали Уэйна, говорили этому пидору тысячу раз, если он продолжит толкать наркоту на нашей территории - мы не будем терпеть. Сегодня один из его прихвостней заявился в клуб. В КЛУБ, черт возьми, в самое сердце. Мы выходим, огибая здание, и ныряем в подворотню. Я вижу, как пальцы Кей непроизвольно сжимаются в кулаки и разжимаются снова. Дэнни держит этого пиздюка пришпиленным к стене. Она останавливается напротив, на расстоянии вытянутой руки. - Отпусти его, Дэнни. - Кей... - начинает тот, однако, замолкая, едва встретив её взгляд. Дэнни тоже знает этот взгляд. Она будто светится в своей ярости. Воительница, валькирия, фурия. Я увидел её глаза, когда она опустилась на скамью напротив меня ещё в школе - опасная, бесстрашная - и понял, что моё место рядом с ней. И я шёл за ней всегда и всегда буду идти. Она ходит из стороны в сторону перед этим мудаком, и я вижу, что она борется с желанием убить его на месте. - Думаете, я боюсь вашу шлюху? - насмешливо спрашивает тот, сплёвывая полупрозрачную кровавую массу на землю. Он открывает рот, чтобы продолжить поносить её, однако его подбородок встречает мощный апперкот, заставляя голову откинуться назад и встретить затылком бетонную стену. Они всегда совершают эту ошибку. Думают, что худенькая девчонка не сможет вмазать им так, чтобы зубы вылетят из их рта быстрее, чем они закончат предложение. Я видел своими глазами, как её удары сносили с ног двухметровых здоровяков, и могу сказать, что у этого дрыща нет никаких шансов. Кей встряхивает руку и бьёт снова. И снова. Пока его лицо не превращается в кровавое месиво. Теперь он не смеётся. - Сколько он успел толкнуть? - она задаёт вопрос Дэнни, не сводя глаз с ублюдка, пытающегося оклематься. - Две или три дозы, мы скрутили его почти сразу. Она шумно вдыхает через нос и я вижу, как её ресницы подрагивают, пока она пытается определиться с формой сообщения, которое она хочет передать Уэйну. Будет ли это тело? Или визжащее от боли жалкое подобие человека? Будь моя воля, я бы порубил мудака на куски. Но Кей видит вещи гораздо дальше моего. Её лицо мрачнеет и я понимаю, что она выбрала второй вариант. Еле заметное движение её головы, и мы с Дэнни с разных сторон уже прижимаем плечи этого урода к стене. - Левша или правша? - спрашивает она отстранённо. Этот кретин не сразу понимает, что она обращается к нему. - Чего? - брызги крови из его рта долетают до Кей, но она не обращает на это внимания. - Я собираюсь сломать тебе по пальцу за каждую дозу, которую ты продал, - ровным голосом отвечает она. Он начинает биться в истерике, покрывая её матом и оскорблениями. Кей пожимает плечами, крепким захватом поднимая его правую кисть. Я никогда не привыкну к звуку ломающихся костей. Из груди ублюдка вырывается нечеловеческий крик. На её безразличном лице не отображается ничего. Я знаю этот режим Кей, и это плохо. Но мы обсудим это позже. Или нет. Всё, как всегда, будет зависеть от неё. Снова хруст, Дэнни еле заметно вздрагивает, однако не отводит восхищенного взгляда от неё. У Дэнни своя история обращения в церковь Кей. Как и у всех нас. Она в буквальном смысле вытащила его из петли, когда долги и зависимость взяли над ним верх. Крик переходит в рыдания. Третий. Мудак безвольно повисает на наших руках. В момент, когда он наверняка уже подумал, что всё самое страшное закончилось, в её руках блестит нож-бабочка. Одним неуловимым движением Кей всаживает лезвие по самую рукоятку в его бедро. И снова, неприятный узел затягивается в моей груди, потому что я не вижу ни единого признака жизни на её лице. Хриплый крик снова разрывает воздух над задним двором клуба. Он может вопить сколько угодно, никто не услышит, пока на сцене грохочет группа. - Я хочу чтобы ты передал Уэйну, что скоро мы с ним встретимся. И что моё лицо будет последним, что он увидит. Ты понял меня? Из его рта не вылетает ничего кроме всхлипов и оскорблений. Кей проворачивает нож в его ноге и я слышу звук разрываемой плоти. - Я понял, Я ПОНЯЛ, - рыдает этот урод, - я всё передам, отпусти меня.. - окончание фразы снова тонет в криках и стонах. Она вытаскивает нож и вытирает о его толстовку. - Бросьте его у порога Уэйна. Дэнни послушно кивает и оттаскивает обмякшее тело к машине. Кей смотрит на меня. - Что? Я слишком хорошо знаю, что сейчас не время. - Ничего. Она разворачивается и поднимается по лестнице к чёрному входу. Внутренности стягивает тревога, но я отметаю её. Я поговорю с Ризом и мы что-нибудь придумаем. Мы не потеряем её.