ромашки

летняя сессия выдалась неоправданно жаркой и долгой. а так хотелось бросить все и начать подрабатывать в какой-нибудь кофейне на краю улицы за гроши. но приходилось выслушивать милионные наставления от заботливых преподавателей и появляться на скучных, но обязательных лекциях. только одно радовало минхо в эти дни полного отсутствия какого-либо желания существовать: мальчуган на заброшенном поле подле университета. каждый день, возвращаясь после учёбы в свою обжитую однушку, минхо ловил себя на том, что, проходя мимо поляны с ромашками и отдыхающими на ней студентами, бессовестно разглядывал забавного парня, который сидел в позе лотоса и что-то сосредоточенно плел из этих самых ромашек. стало до одури любопытно. почему именно он? что он делает там каждый день? он разве не школьник? минхо раньше не видел его в стенах учебного заведения. обязательно в такую жару сидеть там и так увлечённо что-то мастерить? странный он какой-то. вопреки своим разгулявшимся мыслям, однажды минхо все же решается подойти к нему. на парне сегодня лёгкая белая рубашка, так аккуратно сползающая с одного плеча, оголяя загорелые ключицы и прелестные родинки, которые так хотелось целовать. такая же светлая панама скрывает его лицо от палящего солнца. на нем шорты чуть выше колена, на несколько размеров больше нужного. мальчуган сидит на своём же портфеле, в руках перебирая стебли цветов. выглядит очаровательно, на самом деле, и минхо с лёгкостью это признает. заметив приближающегося к нему ли, незнакомец заметно стушевался и всем своим видом старался показать, будто его здесь вовсе нет, и минхо совершенно точно сейчас направляется не к нему. разморенные студенты прятались под кронами мощных деревьев, откинувшись на их стволы. разумеется, не каждый способен выдержать эту огненную пытку солнцем. – почему один сидишь? здесь очень печёт. – ли несмело присел рядом с этим хрупким созданием. незнакомец вздрогнул от его слов, незаметно отодвигаясь в противоположную сторону. парень несмело выглянул из-под панамы, украдкой поглядывая на минхо. – в тени людей много. – отозвался он. старший заметил, как покраснели чужие пухлые щеки. (из-за жары, конечно же, из-за чего же ещё.) он счел это до чертиков милым, переводя взгляд на дрожащие пальцы паренька. – ты нервничаешь? – прочёл, как открытую книгу. – извини, я не хотел тебя беспокоить, просто... я часто вижу тебя здесь и стало любопытно, чем ты занимаешься в такое пекло. – минхо неловко потер блестящую от пота шею. – любопытно... – шёпотом повторил парень, но громче добавил, – мне... посоветовали находиться в людных местах, но в тоже время там, где меня не будут беспокоить, чтобы я... привык. он не переставал перебирать пучок ромашек, складывая их во что-то единое, отдалённо напоминающее венок. кажется, его успокаивало простое создание чего-то такого нежного и маленького. его и самого хотелось укрыть от всех невзгод и заботиться, пока на медовых щечках не заиграют расцветающие розовые лепестки. – я минхо, – не найдя ничего лучше, чем представиться, он протянул раскрытую ладонь. что-то ему подсказывало, что смелое и правильное обращение к этому нераспустившемуся цветку даст свои плоды, и парень наконец чуточку расслабиться. – я не обижу тебя, обещаю. незнакомец вместо этого мягко опустил ему на голову что-то лёгкое и приятно пахнущее. венок так удобно прилегал к голове, приглаживая пушистые каштановые волосы, отчего бабочки в животе запорхали. он также быстро наклонился, и прежде чем минхо смог что-то понять, милый паренёк звонко чмокнул его в левую щеку. ли удивлённо уставился на него, рукой ощупывая чуть подвянувшие ромашки, а другой касаясь своей розовой щеки. – я-я джисон, п-приятно познакомиться. – говорит он и смущённо улыбается, пряча взгляд за тенью панамы. – и-извини, я... не закончив свою мысль, джисон чувствует на своих губах что-то такое же тёплое, мягкое и сухое. ли невинно поцеловал его, после слегка отодвигаясь и улыбаясь счастливо. – мне нужно бежать, минхо, мне срочно нужно... – младший поспешно поднялся, отряхиваясь и поднимая рюкзак. ли откинулся на руки, лукаво глядя на смутившегося джисона. тот, в свою очередь, наклонился и снова клюнул старшего теперь в уголок его алых губ, разворачиваясь и скрываясь за поворотом. минхо смеется легко-легко, точно зная, что у него теперь свое солнце, не жадно палящее, а нежно согревающее всего его изнутри. а джисон никогда не признается, что уже давно хотел поцеловать этого любопытного студента, также высматривая его с другого конца поля и делая все эти венки для него.