Жить 2

*** Наступило лето, знойный жаркий июль обнимал Москву. Духота давила на горожан со страшной силой, и Ольга, надев на дочку панамку, посадила её в прогулочный велосипед. – Ззззз, мама, е! – вполне бодро сказала Олеся, нажимая клаксон. – Сейчас поедем, моя рыбка, ты пристегнулась? – спросила Оля и зафиксировала дочку в кресле. – Бабушка, наверное, заждалась. Решение идти к Марине Леонидовне пешком было не самым лучшим, но изобилие красок и цветочных ароматов влекло обеих куда больше. – Мам, это сто? – Это роза, такой красивый цветочек с шипами. Колючий преколючий. – Ммм... – с удовольствием произнесла крошка. – Вкусно пахнет? Нравится тебе? – Дя!!! – рукоплескала девчонка. Так они останавливались около каждого куста, Леся бегала по траве, трогала ручками одуванчики и другие полевые цветы. – Леся, заканчивай давай, бабушка соскучилась, поехали? – Ниии!!! – Тогда я сейчас сяду в твой велосипед и сама поеду. – Уди! – топнула она ногой, подбежав к велосипеду. – Ну и слава Богу! *** – Оленька, Олесенька, где ж вы были так долго? – Баба! – Пока мы все кусты в округе обошли, пока цветочки понюхали. – Оля помогла дочке выбраться и та прижалась к бабушке. – Сырущая вся, мы сполоснёмся? – Оль, что ты ерунду спрашиваешь? — Конечно! Чего ты возишься? Давай мне этот автомобиль, держи Леську. *** Поднявшись в квартиру, женщины раздели малышку и отвели в ванную комнату. – Ух, какой фонтанчик! – Сё! – Ещё? Ну, держись тогда! – воскликнула Марина. – Лесенька, не трогай это! – строго, с теплотой, произнесла Оля. – Марина Леонидовна, крем советую убрать повыше. – Почему? – Потому что из моего Олеся сделала в-о-от такую кучу снега! – Малыш, прикрой глазки, а то водичка попадёт, будет неприятно. Кроха заливисто хохотала, демонстрируя шестнадцать прорещавшихся зубов. – Давай ручку, будем выходить. Держишься? – Оля поставила девочку на пол, Марина приготовила чистое полотенце и бережно обтёрла внучку. После купания Леся сладко уснула на диване, посасывая пальчик. Влажные пушистые локоны развеивались по подушке. – Какая она чудесная... Пашка тоже таким был. – Он и сейчас лапочка. – Арефьева сделала паузу. – Я устала: Леська скоро оставит нас без жилья, разобрав дом на кирпичики. На улице жарища — хоть топор вещай. А Пашка пару раз намекал на второго ребёнка. – Рыковы такие. Пашин отец делал ровно тоже самое.