Ни минуты без тебя

      Ноги ныли, всë тело болело, они бежали туда-сюда уже битый час: то кровати застелить, то в столовой помочь накрыть, то помочь с декорациями – у них не было времени даже слова сказать друг другу. Володя стоял рядом с диджеем и что-то обсуждал, пока Юра слушал нудную речь Иры о том, что он теперь вожатый, и почему она, якобы даже сейчас должна его воспитывать. На что он ответил:       – Ира, ты для меня уже не Петровна, а просто Ира, и да, я сам знаю, что делать, - он повернулся, чтобы уйти, но случайно задел занавес, который разлетелся по швам. Володя повернулся от возмущëнного ворчания Иры и еле заметно подмигнул парню. Юра улыбнулся, как дурак, совершенно не слыша Иры, что кричала у него над ухом.       Уже темнело и было пора отводить детей на ужин, после чего на вечернею линейку. Они с Володей разделились, Юра пошëл звать на ужин девочек, а Володя парней.       Юра постучал в дверь напротив, тихо ожидая, пока девочки переорут друг друга и полностью оденутся, чтобы он мог зайти.       Через минут пять женский табор наконец впустил его, и тут же все снова разбежались. Девочка, что сидела на кровати, то шипела, то кричала, она завивала подруге волосы, и всë шло не очень гладко...       Девочка справа орала на всю комнату:       – Какого черта мои кисти пропали?       С другой стороны послышалось:       – Охринела? Это мои кисти дура, ты их на день обещала взять!!!       Девочка постарше красила в углу глаза чем-то чëрным и острым, выглядело опасно, как подумал Юрка. Еë кто то тронул и она закричала:       – Да успокойтесь уже!!       Девочки брали друг у дружки одежду и обувь, сумки и косметику, в комнате творился полный хаос, и Юра осмелился только пискнуть:       – Нам выходить через 5 минут.       И как в его самом страшном кошмаре все пары глаз тут же уставились на него, и тот подумал: «Черт бы побрал этого Володю, он то знал, что девочки проигрышный вариант».       Заикаясь, он добавил:       – Но...но. Эм... Я дам вам ещё 15 минут!       Все тут же улыбнулись.       – Спасибо – хором ответили маленькие дьяволицы, и Юра поспешил свалить , пока и ему на голову какая-нибудь плойка не перепала.       Он зашёл к ним в комнату. Правила лагеря изменились за эти два года, и теперь вожатым разрешалось менять одежду на вечер. Юра поспешил одеть свой свитер красного цвета с вышитым "Dead" сзади, в СССР такое считалось неприемлемым, но в Германии, где жила его бабушка, подобные делали сплошь и рядом, и у Юры их было полно. Надев бежевые джинсы, он посчитал, что одет вполне нормально. Володи же нигде не было. Они сошлись только, выводя отряды, а на вопрос Юры, где он был, он ответил туманными ответами, поэтому ничего так и не поняв, Конев молча пошел дальше.       Он даже не заметил, что Володя ушел с ужина, вот он сидит за столом, в следующий миг – ушёл, и не предупредил даже. Он не мог оставить отряд и повёл их на вечернюю линейку. По полу полз лёгкий туман, уже играла музыка, а приятный ветер развивал его карамельные волосы. Началась дискотека: как обычно сначала весёлые песни, ничего особенного, зазвучала всем знакомая мелодия, и все начали плясать. Дети и подростки хватались за локти и начинали бегать кругами, уши разрывало от криков «ХАРАШО, НАМ БУДЕТ ХАРАШО, НАМ БУДЕТ ХАРАШО Я ЭТО ЗНАЮ, ЗНАЮ».       Юра сам не заметил, как начал подпевать: «Мы играли в спорт лото, полюбила, но не то, выиграла в любви Джек пот, присмотрелась – идиот». И снова..... «ХАРАШО, ВСЁ БУДЕТ ХАРАШО, ВСЁ БУДЕТ ХАРАШО Я ЭТО ЗНАЮ ЗНАЮ»       Песня прервалась, зазвучала незнакомая мелодия, он ее нигде не слышал. Американская. Юра удивился, ведь такое никто не ставил. И вот он услышал заветное «Мальчики набирайтесь смелости и приглашайте дам». Он снова огляделся, кто-то подошёл к нему сзади и положил на плечо руку. Резко обернувшись, он увидел Володю. Нет, он увидел ВОЛОДЮ: волосы его лежат иначе, они растрёпанные, но в тоже время выглядят так, будто на них потратили не одну минуту, рубашка, чëрная, Боже, да такие стоили как его почка. Она сидела просто шикарно, в дополнение белые брюки. Володя выглядит так, будто готовился часами, Юра выпучил глаза, он не мог насмотреться, ему было мало, он хотел смотреть на него вечно, он идеален.       – Не хотите потанцевать, миледи? – шутливо спросил Володя, пригибаясь так, как пригибались принцы перед своими дамами, Юра хмыкнул.       – Ох , конечно, милорд, – он сделал что-то на подобие реверанса и чуть не упал со всей грацией слона. ***       Они вышли на танцпол , глаза Юры горели огнëм, в них отражалось всë, что он испытывал, и Володе нравилась наблюдать за сменой его эмоций, когда он целовал его. Его глаза наполнялись всей теплотой этого мира, иногда накрывая его одеялом холодной ночью, и Володя ловил его взгляд, полный благодарности и той не высказанной любви, да, именно любви, что кипела в Юрке. Именно эта эмоция давала Юре силы, он кипел изнутри, Володя, видел это и ему отчаянно хотелось быть таким же, позволить себе любить его так, как не смог бы никто другой, но он не может... не может.       Он сам не заметил, как взялся за талию Юры, а он за его шею, они медленно покачивались в ритм новой песни:       «Cause we were just kids when we fell in love Not knowing what it was I will not give you up this time But darling, just kiss me slow Your heart is all I own And in your eyes, you're holding mine»       Юра отстранился и покрутил Володю, снова прижавшись к его шее. Дальше, дальше..... Думать сложнее, он повиновался эмоциям, как единственному спасительному кругу. Припев. Володе так хочется поцеловать Юру, так сильно. И он это делает, Юра распахивает от удивления глаза, но момент был нужный, все пары поцеловались в этот миг, даже Ира с Ваней. Настолько короткий, но настолько приятный поцелуй, одно мгновение, его губы горячие, мягкие, он хотел ещё, он хотел, чтобы время застыло на этом моменте.       «Baby, I'm dancing in the dark with you between my arms Barefoot on the grass, listening to our favourite song When you said you looked a mess, I whispered underneath my breath»       Он посмотрел на Юру и пропел последнею строчку вслух:       – But you heard it, darling, you look perfect tonight.       Это их лучшая ночь, и он постарается сделать её далеко не последней.