ты бы охуела

Гермиона стояла около тёмной деревянной двери с протянутой рукой. Что-то в ней не давало её открыть. Возможно это был страх перед неизвестным или как раз таки известным сценарием. Холодный камень обжигал ступни. Девушка сглотнула и попыталась выровнять дыхание. У неё это плохо получалось. Рука потянулась к палочке. Сделав круговое движение, Гермиона выдохнула: — Люмос! Слабый свет на конце палочки разгонял тьму поместья. Аккуратным движением девушка повернула ручку и приоткрыла дверь. На полу валялись мелкие осколки стекла. Она прикрыла рот рукой, чтобы не закричать во всю силу. Раздалось только кроткое мычание. — Ч-что случилось?— выдавила из себя Гермиона. Ответа не последовало. Беллатрикс левитировала поджав под себя окровавленные ноги. Она смотрела в одну точку мёртвым взглядом. Комната была не в лучшем состоянии: распахнутое окно, порванная картина, осколки любимой вазы Гермионы. Белла подарила её на первую неделю знакомства. Гермиона стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, села на уголок кровати. Она буквально находилась рядом с пороховой бочкой. Кротко взглянув на Беллатрикс, она попыталась понять, что случилось. — Мне б твои мысли,— прошептала Гермиона, но потом осеклась. — Ты бы охуела даже от одной,— сдавленным хриплым голосом был отсечён грубый ответ. Тёмноволосая повернула голову. Они встретились взглядами. Лицо женщины было нечитаемым. — О нет, я знаю этот взгляд,— с раздражением протянула Беллатрикс,— Не пытайся разобраться что со мной, грязнокровка. Слово неприятно саднило уши. Гермиона нахмурилась. —Больная,— пробурчала она. Женщина только ухмыльнулась на оскорбление. — Кто из нас больной, если ты всё ещё со мной? Я тебя к слову совсем не держу. Можешь опять сбежать к своим дружкам,—лицо Беллатрикс исказило отвращением,— Испугалась большого пожирателя. Гермиона несколько раз открывала и закрывала рот в попытке подобрать слова, но потом решила промолчать. Она обратила внимание на внешний вид женщины. Светло-лиловые круги пролегли под глазами. — Сколько ты спала? Беллатрикс немного опешила от такого вопроса. — Демоны не спят. Вспомни демонологию, всезнайка,— она театрально вздохнула,— Ах, да её же убрали из школьной программы,—ответила на свой же вопрос,— Помню как министерская свинья Амбридж что-то про неё верещала. Гермиона сдержано хихикнула. Сравнение бывшей профессора по ЗоТИ с свиньёй её позабавило. После этого наступила тишина. За окном начинало постепенно моросить. Хлопанье крыльев пронеслось где-то у окна. На чёрном пляже часто летают вороны. Беллатрикс спустилась на ноги, пачкая кровью паркет. Она неторопливо достала палочку и стала рисовать по воздуху незамысловатые узоры. — Ночью я уеду в ад,— она выпустила несколько красных искр. — Что это значит?— спросила Гермиона. —А то ты не знаешь,—огрызнулась Белла,—Азкабан самое худшее, что могли придумать министерские шлюхи. Даже наверное ад будет лучше. И я не горю желанием туда возвращаться. У Гермионы упало сердце. — Б-Белла... К-как... — Заткнись. Женщина отвернулась чтоб не показывать подкатившие слёзы. Гермиона сдержала порыв подбежать к ней и медленно, аккуратно подошла к ведьме. Она успокаивающим жестом провела рукой вдоль спины и обхватила кольцом талию, положив свою голову на плечо Беллатрикс. Женщина заметно расслабилась. — Но ты одна можешь достать меня со дна. — Ты предлагаешь... — Побег,— оборвала её ведьма,— Помочь мне сбежать. Я не собираюсь гнить там ближайшие 12 лет. Лучше уж сосаться с грязнокровкой... Гермиона поперхнулась. — Я... Согласна. — Ещё бы,— ухмыльнулась женщина. — Кстати, Грейнджер, за вазу не беспокойся,— продолжила она,— Я её починю потом. — Блэк, ты дура.