«— Согрей меня...»

Зима — значит холодно, а холод это последнее, что любит Мориске. Точнее сказать, он его ненавидит. Вот и сейчас, идя с работы, он проклинает всё сущее, так как утром совсем забыл надеть свой любимый теплый шарф. Вот он подходит к подъезду, но Яку не заметил силуэт человека рядом, который в тот же момент обнял его. Мориске же, не ожидав такой подставы, вздрогнул. Однако поняв кто это, ответил на столь теплый жест взаимностью, обвив свои руки вокруг его талии. — Я скучал, Лев... — тихо пробормотал кареглазый. — Хей, это я хотел сказать, — с наигранной обидой прошептал Хайба. В ответ послышался смех, наполненный нежностью. — Пойдём домой, мне холодно... Не успел Яку выбраться из столь тёплых объятий, как понял, что не чувствует под ногами опоры. Поняв, что Лев поднял его на руки, Мориске не растерялся и поцеловал зеленоглазого в щёки под еле слышные звуки ветра. Хайба же от этого действия, вдруг почувствовал тепло душе. Какой же это контраст, учитывая на улице холод в минус четырнадцать градусов. Зайдя в просторную квартирку, Яку нехотя выкоробкался из мускулистых рук возлюбленного, попутно снимая пальто и обувь. Пепельноволосый же повторил действия парня, который намного ниже его. — Будешь горячий шоколад? — Не откажусь. Мориске же наблюдал за Хайбой, который в это время готовил ему напиток. Подумать только. Ещё в старшей школе он его на дух не переносил. Ненавидел, когда он сравнивал их рост, находился рядом с ним, задавал глупейшие вопросы. Сейчас же, он понимает, что до боли в груди любит его. И любил, только не признавал этого. Застряв где-то глубоко в своих мыслях не заметил того, что перед ним появилась чашка с горячим напитком. Хайба, заметив, что его возлюбленный смотрит будто сквозь него, наклонился чуть ближе к лицу Яку и нежно поцеловал его в губы. Мориске, очнувшись, удивился такому действию. Нет, они много раз целовались, но сейчас он искренне не понимает, что пробудило Льва на такое проявление нежности. Однако он не отсторонился. Даже наоборот углубил поцелуй, приоткрыв ротик, чем сразу же воспользовался Хайба, засунув в него свой язык. Сначала прошёлся по нёбу, потом провел своим проворным языком по ровному ряду зубов, после чего их языки сплелись в танце. Они даже и не заметили как оказались на кровати. Лев нависая над своим, когда-то, сокомандником, целовал его шею со всей страстью, что испытывал сейчас. За этой эйфорией Яку вдруг почувствовал укус, от которого вскрикнул. Лев же в это время, будто извиняясь, начал зализывать свою оплошность. — Согрей меня, Лев, — прошептал Яку своему возлюбленному. — Как пожелаешь, любовь моя... Пройдя своим юрким языком по всей длинне идеальной шеи Мориске, Хайба слегка втянул в рот кожу, после чего там остался багровый след. У пепельноволосого уже довно стоит на Яку, однако он терпит. Самого же Мориске такой расклад событий совсем не устраивал, так как сам тек как какая-то школьница, потому начал тереться о бедро полурусского парня. Зеленоглазого же это завело ещё больше, поэтому, тихо рыкнув, начал «воевать» с одеждой как на нем, так и на возлюбленном. *** — Котенок, ты был прекрасен, — шепчет Лев своей второй половинке, обводя своими длинными пальцами багровые пятна на шее и груди, которые сам и оставил. Мориске на это лишь смущённо покраснел. — Спасибо тебе, мне теперь намного теплее... — сказал Яку зеленоглазому, после чего чмокнул того в нос.