Философия времени

Чего не хватает людям? Знаний? Здоровья? Денег? Нет на этот вопрос никакого ответа, не было и не будет, и он, в сущности, немногим точнее, чем в чём смысл жизни. Людям бы все и сразу, да и этого не хватает. И все эти вещи, однако, кое-что объединяет. Время. Чтобы заработать денег, найти свой путь в жизни, понять себя, других, этот мир, помочь своим близким или хотя бы себе самому, на всё требуется время — да только оно быстротечно. Людям просто не хватает своих лет, чтобы понять хоть что-то, узнать, суметь, пережить, переосмыслить, почувствовать. А может, оно и к лучшему? Кем можно стать, прожив тысячи лет? Во что превратиться? За это время, должно быть, можно найти себя тысячу раз, попробовать всё, что хотел, всё, что можно, переосмыслить, и обрести долгожданный покой… А дальше? Проживать день за днём, год за годом, десятки лет однообразно, теряя счёт времени, пока память о том, кем ты был раньше, чего ты хотел и что ты мог сделать, размывает водой и уносит по ветру. Дилюк не мог представить свою жизнь именно так. Не мог и не хотел. Он прекрасно понимал, как коротка эта жизнь, а его собственная, вероятно, будет еще короче, ведь кто-то же должен проснуться и встретить лицом к лицу беспросветную тьму, чтобы другие могли продолжить мечтать. Ценить каждый миг, не упускать возможности и продолжать идти к своей цели. Быть тем пламенем, которое осветит ночь и принесёт долгожданный рассвет. И даже если он сам в нём сгорит, нет смерти прекрасней. Пускай будет так. Алые глаза смотрели в окно: за ним была идеальная погода для прогулки, солнце постепенно уходило за горизонт, однако небо было ещё голубым, незаметно окрашиваясь в более яркие цвета заката. Дилюк едва заметил, как прошли почти двадцать минут ожидания. Ожидания, когда партнёр сделает свой ход в игре. Каждая их игра в шахматы затягивалась более чем на три часа. Они оба умели играть, но играли по-разному. Шахматы, в своём роде, тоже хороший пример нашей жизни. Кто-то может поспешить и всё потерять, кто-то держать себя в руках до последнего и выйти победителем. А есть и такие, как господин Чжун Ли, которые могут запросто победить со всем своим опытом и умом, однако думают, кажется, уже вообще о чём-то другом. Будто уже и не важно, кто вообще победит. Чжун Ли давно продумал все свои ходы наперёд, но не торопился ходить, сейчас его взгляд был направлен на фигуры, но смотрел он сквозь них. Чёрные и белые, из дорого дерева, с резными украшениями и нитями позолоты, они символизировали для него красоту жизни и людей, живущих вокруг, но лишь один человек смог сейчас заинтересовать бывшего архонта. Яркое пламя непослушных волос, бледная кожа, как первый лёд, сковавший озёра. И глаза, одновременно внимательные и отстранённые, такие же, казалось бы, как у него самого, и при этом совершенно другие — Чжун Ли видел в них жизнь, он видел, как горит огонь души совсем юного, но слишком рано повзрослевшего парня. Благодаря этому взгляду старый дракон, бывало, еще вспоминал, что значит время.  — Ты будешь ходить? — этот вопрос от винодела наконец возвращает в реальность. Дилюк сидит в ожидании, сложив руки на своей груди и холодным взглядом глядя на доску. Пока что не ясно, кто победит.  — Да, конечно. Кажется, я вновь задумался, прошу меня извинить. — Ровным тоном отвечает бывший архонт, переставляя одну из своих пешек.  — Тебе не за что извиняться. — Им обоим не за что извиняться, лишь этикет, рефлексы у Дилюка и атавизмы у Чжун Ли, да дань уважению, главному чувству, что их когда-то связало. Мы понимаем друг друга — думает Чжун Ли –, но далеко не во всём. Но я тебя уважаю. И знаю, что ты меня тоже. И мы доверяем друг другу. Я существую ради контрактов, а ты всегда держишь слово. Рагнвиндр ходит практически сразу. В чём-то они и правда похожи, но далёко не во всём, и у него попросту нет такого количества времени. Важен каждый момент, каждая секунда, каждый шанс и каждый поступок. Возможно, прожив столько же, сколько и Чжун Ли, Дилюк превратился бы в тлеющий уголь, едва отличимый от камня, а может, в домашний очаг, согревающий близких. Этого не узнать. Не суждено фениксу прожить так долго. И кто-то просто должен взять на себя то, что другим не по силам. А согреть — пусть вас другие согреют. Моё пламя не удержишь в четырёх стенах, да и нет смысла. Ко мне ты пришёл не за этим. Мы оба — это всё не про чувства. Не про страстные слова и щемящую нежность, не про осторожные касания и горячие поцелуи. Здесь нет зависимых, нет сильных и слабых, нет принимающих и отдающих, нет победителей и проигравших. Мы оба слишком самодостаточны, чтобы жить ради кого-то другого, и мы это знаем. Но ты говоришь, а я люблю тебя слушать, и ты не сделаешь больно мне, а я не сделаю больно тебе, потому что и нечем нам, в общем-то, сделать больно друг другу, и нам обоим спокойно. И каждый идет своей дорогой, зная, что другой никогда не потребует, чтобы тот изменил свой путь ради него — это и есть уважение. И я могу расслабиться хоть на этот вечер, слушая твой ровный голос, в котором мешаются все времена и эпохи, а ты чувствуешь себя живым, глядя мне в глаза, где ревёт молодое горячее пламя — только таким оно и бывает. И мы всё ещё рядом.