А я почти уже верю, что мы никогда не умрём

Целый мир придуман, целый мир придуманных истин, Я нуждаюсь в твоём тепле, я хочу быть смыслом твоим.

Сухой кашель по ощущениям раздирает горло, Фрэнк думает, что сейчас из его недр вылезет нечто и покажет свои когти, что разодрали ему всю шею, но на деле ничего не проходит так просто, а парень пытается подняться и получить хоть какую-то помощь хоть от кого-то и хоть как-то. — П-пати... — хрипит наверняка то самое нечто из горла, а не Фрэнк, хотя тот сам решил, что "Джерард" слишком длинно и раздирающе, и в данной ситуации подойдет именно "Пати". Слышатся торопливые шаги, в руке появляется бутылка, из которой Фрэнк торопливо пьёт слишком теплую, противную, пыльную, но всё же воду. — Блять, я щас сдохну — решает выразить своё крайнее недовольство своим положением парень, параллельно пытаясь сесть и облокатиться на стену позади. — Выглядишь вполне себе живым, солнце, — с неуверенной улыбкой произносит Джерард, рассматривая Фрэнка так, будто он на самом деле сейчас начнёт кашлять кровью и на его глазах станет похож на дракулоида. — Боже, фу, ты назвал меня "солнце"? Больше так не делай, чувак. Пати со смешком пожимает плечами и опускает голову, начиная рассматривать свои пальцы и наверняка пересчитывать их. — Фрэнки, ты вчера, вроде как, сказал что влюблен в меня, и я не совсем понимаю что это значит, но мне показалось, что это очень важно для тебя, поэтому... — Ой, заткнись. Я имею в виду... Просто забей, у меня случилась истерика или что-то такое, вот и всё. Я наговорил полной хуйни, и... Забудь это всё как страшный сон, ладно? — Фрэнк всё ещё хрипит эти слова и они даются ему ещё тяжелее просто потому, что он не хочет говорить об этом прямо сейчас. В любом случае Джерард не выглядит убеждённым и хмурится, так что Фрэнку приходится уйти из комнаты первым и заняться чем-нибудь более полезным, чем разводить любовную драму с ебанным пришельцем, с которым у него нету и шанса. Первым, на что натыкается взгляд Айеро, является копна огромных кудряшек, которые выглядят абсолютно одинаково до и после сна. Интересно, как будет выглядеть Рэй, если расчесать его сахарную вату вместо волос на голове? Фрэнк делает мысленную заметку проверить это позже и подходит к двум Кайфоломам, которые сейчас сидят на тех же мешках и пьют... О боже, это что, кофе?! — Откуда?! — почти пищит Фрэнк, подлетая к Кобре Киду с кружкой в руках и быстро забирая её у него, за что получает пинок по коленке. — Я думал, ты уже умер, учитывая тот кашель, что звучал так, будто это твой последний вздох, который ты никак не можешь сделать, — закатив глаза, говорит Майки и забирает свой кофе. — Не пизди, ты не думал, ты надеялся на это. В любом случае, откуда у этого мужика взялось кофе и горячая вода? Только если он не вскипятил её на солнце... — Наверное, у него много связей, и многие привозят ему всякие штуки от себя или после набегов на магазины в Бэттери-сити, — предполагает Рэй, — Все благодарны ему за его работу, он помог многим, в том числе и нам, между прочим. — Да-да, спасибо ему и всё такое, можно мне тоже немного кофеинового топлива в больное горло? — нетерпеливо тараторит Фрэнк, и наливает его сам из кувшина, схватив первую попавшуюся кружку. Последним из комнаты выходит Пати, он всё ещё выглядит неуверенно и смущённо, но Фрэнк пытается не обращать на это внимания, ведь если сделает это – его загрызёт совесть за лишнюю резкость с Джерардом. — Так... Док сказал, что наши тренировки начнутся уже сегодня, кажется, к нам приедет кто-то, кто расскажет и покажет, как стрелять из бластеров и всё такое, надеюсь, все готовы, — рассказывает Пати, осматривая трёх подростков, которые вскоре кивают на его слова. — Отлично, у нас ещё есть время, поэтому можете заняться своими делами. У меня тоже есть свои. Сказав это, Джерард загадочно удаляется, а Фрэнк, хмурясь, смотрит ему вслед и размышляет над тем, чем ему занять самого себя, при этом делая вид, что вариантов, на самом деле, целая куча. — Э... Хотите послушать все пластинки из транс ам на проигрывателе Дока? Кобра Кид и Джет Стар в один голос соглашаются, и через несколько минут они все спорят, какую пластинку поставить первой. — Чувак, я не слушал гребанных Misfits уже целую вечность! — завывает Фрэнк, пока Майки закатывает глаза, сидя с пластинкой The Smiths в руках. — Мне жизненно необходимо послушать голос Моррисси, типо, прямо сейчас! — Если кого-то интересует моё мнение, я всё таки за Iron Maiden, — вставляет своё слово Рэй, и первым ставит свою пластинку на проигрыватель, пока остальные не одумались. Майки и Фрэнк пыхтят что-то, но не протестуют, устраиваясь в мешках. Через несколько песен и трясок головами (лучше всего получается у Рэя и его кудряшек), к ним выходит Пати Пойзон, заставляя двоих уставиться на него с широко раскрытыми глазами, а третьего ещё и ртом. Его волосы пылают красным, как и шея с ладонями, потому что он наверняка не знал, что нужно надеть перчатки и быть более аккуратным, поэтому теперь вынужден выглядеть так, будто совершил убийство или умер. Так даже круче. — У Дока была краска, и я решил немного подправить свой образ... Как вам? — спрашивает Пати, но все молчат, так что он один раз хлопает в ладоши и перестаёт стоять в дверях, проходя в комнату. — Ладно, пора выбираться на улицу, скоро подъедет Черри Кола, он будет тренировать нас, а пока разомнёмся. Все согласно кивают и ретируются на улицу, а Фрэнк ещё несколько секунд стоит напротив Пати, закрывая и открывая рот, не находя, что можно и нужно сказать. — Тебе очень идёт, ты... Очень горячий с таким цветом... — в итоге выдаёт Фрэнк, потому что точно не умеет держать язык за зубами, когда дело касается Джерарда. — Горячий?... — Пати приподнимает бровь и кладёт ладонь на лоб, непонимающе смотря на парня. — Э... То есть... Очень красивый, привлекательный... Господи, — Фрэнк хлопает себя по лицу цвета волос Пати Пойзона, чем ещё больше пугает Джерарда, и уносится на улицу. Опять.

***

Черри Кола подъезжает к зданию на мотоцикле, чем вызывает заинтересованный взгляд Майки и нетерпеливый Фрэнка. Этому чуваку лучше бы поскорее наконец дать им бластеры и подстрелить несколько банок газировки. — Привет, Кола, — мужчина, или, может, очень подкаченный парень пожимает руку всем по очереди и светит улыбкой. — У кого-то уже есть навыки стрельбы? Или, может, рукопашного боя? Все дружно мотают головой, и Кола вздыхает, хлопая в ладоши, как это совсем недавно делал Пати. — Ничего страшного, значит, для начала научу каждого из вас стрелять, а потом вы разберетесь, какие роли кому лучше подойдут. Ну, знаете, кто будет для драки на ближнем расстоянии, кто метает бомбы, кто снайпер... Все теперь уже понятливо кивают, а у Фрэнка загорается огонёк в глазах и ладони чешутся в желании взорвать что-нибудь, пафосно уезжая на транс ам, пока сзади разлетаются маски драков. После этого можно было бы не менее пафосно поцеловать Джерарда, но это уже исключительно несбыточные мечты подростковых гормон и первой, вполне серьёзной влюбленности. Скоро все собираются на "заднем дворе для тренировок", с уже выставленными в ряд железными банками, а Кола протягивает каждому по белому бластеру, украденному у с.л.е.п. По глазам Пати видно, что белыми они останутся очень недолго, и скоро впитают в себя краску сначала химическую, а потом погони, выстрелов и крови. Кола стреляет первым, попадая точно в цель три раза и после оборачиваясь на Кайфоломов, которые выглядят более чем впечатленными. — Кто хочет попробовать? Фрэнк тут же поднимает руку вверх и, приняв героическую позу, становится напротив железных банок, через несколько секунд сделав выстрел. Который совсем не героично летит мимо. — Чёрт, — шёпотом выругивается парень из-за того, что только что облажался перед тем, кто ему, вообще-то, нравится, даже несмотря на то, что он больше не в школе и смеяться над этим никто не собирается. Кола лишь добродушно улыбается и становится позади Фрэнка, положив свои ладони поверх чужих и направив бластер в нужную сторону. Парень незаметно фыркает на это, потому что необязательно было учить его стрелять таким унизительным способом прямо перед Джерардом. Тем не менее, это работает, и банка удачно падает на землю, заставляя Фрэнка победно улыбнуться. — Отлично, остальные готовы попробовать? Следующие два часа на заднем дворе можно слышать прекращающиеся всего на несколько секунд выстрелы, восторженные переговоры подростков и смех тех, кто собирается попытаться изменить мир.

***

Последующие дни Кайфоломы занимались всё теми же тренировками, а в свободное время своими делами: Рэй, теперь, когда у них появился дом, который напоминает ему о старых деньках без Бэттери-сити – посвящал бо́льшую часть времени уходом за ним, убираясь в комнатах и перебирая старые вещи, которые накопились у Дока. Майки посвящал себя сну или прослушиванию пластинок вместе с Джерардом, медленно, но верно вбивая ему в голову свой музыкальный вкус. Фрэнк проводил кучу времени на улице, впитывая в себя солнечные лучи и даже без Колы под боком тренируясь на уже дырявых железных банках. Джерард в свою очередь много общался с Доктором Анти-смерть (что, конечно же, вовсе не волнует Фрэнка), читал книги на его книжных полках и хмурился. Сегодня на улице было особенно жарко, и из-за этого у Кайфоломов получилось что-то вроде выходного дня, когда подростки могли отложить свои разукрашенные бластеры и выбрать себе подростковое занятие. Или не совсем подростковое, Рэй решил, что это отличная возможность взяться за готовку впервые за долгое время и вместе поесть чего-нибудь горячего. — Между прочим, меня учила готовить сама Бабушка! Ты знаешь, кем была Бабушка в нашей семье? Чтобы попробовать её еду, к нам съезжались все родственники и отсчитывали ради этого дни до семейных праздников! — воодушевлённо рассказывал Рэй, открывая все ящики на кухне в поисках того, что можно приготовить в их условиях, но усиленно делая вид, что опций просто куча и больше. Майки в это время кивал на его слова, стараясь не мешаться и одновременно не рушить энтузиазм Рэя. Фрэнк убежал оттуда уже через десять минут, когда кто-то уронил коробку со специями и на кухне начался коллективный чих. Всё снова пришло к уборке, но Рэй наверняка не расстроился. В их "общей комнате" в кресле-мешке располагалась скрюченная фигура, волосы цвета крови вокруг рта дракулоида касались страниц очередной книги, а поверх пения Фредди Меркьюри слышался ещё один одновременно тонкий и глубокий голос Джерарда. — Эй, креветка-Джи, выпрямись сейчас же! — строго кричит Фрэнк, а парень в кресле тут же испуганно выпрямляется, заставляя другого рассмеяться, потому что только что он звучал совсем как мама. Она бы гордилась. Джерард неловко хихикает и медленно закрывает книгу, уже через секунду становясь задумчивым, и, если Фрэнку не показалось, слегка смущённым. Это не та задумчивость, которая часто появляется у него на лице, заставляя Айеро быстро отвести взгляд от чужого лица, потому что ему кажется, что он точно не хочет знать о том, что в тот момент происходит в голове у этого пришельца. В этот раз всё немного по-другому, Джерард явно пытается понять что-то, потом смотрит на Фрэнка, сам отводит взгляд и сжимает книгу в руках. — Что-то не так? — осторожно спрашивает Айеро, усаживаясь рядом с Джерардом и смотря на обложку книги, что он читал. Кажется, какой-то роман. — Нет... То есть... Ты всё равно, кажется, не любишь говорить об этом, поэтому... Ничего. Фрэнк хмурится, выпрямляется и размышляет над тем, согласиться ли со словами Джерарда и просто уйти, или попросить его продолжить. Была ни была? — Скажи мне. Пати выдыхает, откладывает роман в сторону и полностью выпрямляется, чтобы быть на уровне глаз Фрэнка. — Ты хочешь... Поцеловать меня? — неуверенно спрашивает Джерард, замолкает, смотрит на застывшее лицо напротив, пугается, что Гоул снова убежит, и пытается объяснить, — Просто в этом романе описывали отношения двух людей, они были влюблены, и их поцелуй был чем-то очень важным и таким чувственно-волшебным, а в ту ночь я видел, как тебе было плохо, но ничего толком не мог сказать, и мне очень стыдно за это, поэтому... — Поэтому ты хочешь таким образом загладить свою вину передо мной? — голос Фрэнка начинает звучать враждебно, Джерард пугается ещё больше, растерянным взглядом бегая по его лицу в попытках найти нужные слова, сидя перед тикающей бомбой в виде подростка, — Ты думаешь, что мне станет легче от этого? Оно так не работает, Джерард... — Фрэнки, я не хотел обидеть тебя или таким образом извиниться, ничего из этого, я просто хочу понять... Хочу разобраться в этом чувстве, которое никогда не ощущал раньше, а в этом романе всё описали так, будто поцелуй обязательно всё решит... Красные волосы спадают на теряющее уверенность лицо, Джерард снова начинает закрываться, почувствовав, что снова сделал что-то не так и расстроил Фрэнка. Айеро же, заметив эти изменения, быстро переключается и теряет враждебное выражение лица, судорожно обдумывая всё произошедшее. Ну конечно же, Джерард не хотел причинить ему боль, это ведь Джерард, зачем он так вспылил на него? Этому пришельцу на земле даже года нет, с чего бы ему понимать тонкости человеческих отношений? Он, по крайней мере, пытается, а Фрэнк сам рушит все свои шансы. Шансы. У него есть шансы, это самое важное. Айеро и сам не замечает, как начинает улыбаться во весь рот и прислушивается к звукам на кухне, откуда доносится "Погоди, нужно добавить немного итальянский трав, уверяю, вкус сразу заиграет!". Ребята заняты, отлично. — Я хочу поцеловать тебя, — с этими словами он берёт лицо Джерарда в свои ладони, сталкивается взглядом с глазами-рассветами и накрывает своими губами чужие, услышав судорожный выдох напротив. Поцелуй выходит неумелым, но, как Фрэнк надеется, по чувствам не уступает тому, что был в романе, потому что по крайней мере в нём сейчас эмоции зашкаливают, а чужие волосы снова окрашивают его щёки. Ещё целую долгую, затяжную и тяжёлую минуту оба молчат, пока их лица находятся в паре сантиметров друг от друга, и Джерард отмирает первым, внезапно обнимая парня. — Это было странно, но мне кажется... Мне, кажется, понравилось, не само действие, но его значение, понимаешь... Кстати, после этого в романе произошло ещё что-то, главный герой начал раздевать возлюбленную и они... — Лучше сожги эту книгу, — спокойно прерывает его Фрэнк, не разрывая объятий.