В твоих глазах кусочек того неба

***

Захлопываешь дверь, оказываясь в очередном пристанище. Сколько ты их уже поменяла. Кажется, тысячи — не можешь остановиться в одном, не можешь сделать передышку, не можешь сидеть на одном месте, какое бы оно ни было. Это все не твое. У тебя есть дом. Дом, в котором случилось слишком многое, чтобы заменить его даже на время. Падаешь на колени, больно ударяясь головой о бетонную стену, но эта боль отдается лишь слабым эхом где-то на подкорке. Ты снова срослась с ней в одно. Чувствуешь, как день за днем она поглощает тебя все больше, проглатывает твое «я» целыми кусками, высасывает всю энергию, не оставляя сил и причин бороться дальше. Закусываешь губу, разрывая мягкую ткань. Она трескается точно также, как и твое сердце после очередного ряда новостей. Ты бы точно погрязла в них с головой если бы не была артисткой… не знаешь, боишься думать, что переживают люди вокруг тебя. Обычная жизнь, без камер и глупых сплетен и мишуры шоу бизнеса казалась тебе раем, чем-то вроде мечты, неспособной сбыться. Сейчас она превратилась в настоящую борьбу для миллионов. Из глаз непроизвольно льются слезы. В последнее время они как-то слишком легко появляются на твоем лице и ты даже не можешь определить, в какой момент снова не выдержишь. Просто устала. Тебе приходится принимать все слишком быстро: решение отца, новые разрушения, встречи и поездки. Они все калейдоскопом вертятся в твоей голове, смешиваясь в непонятную кашу. Не можешь не реагировать, не можешь растратить все. Единственное, что стараешься запомнить — лица людей. Эти моменты даются тебе особенно тяжело. Хочешь разобрать себя по кусочкам от неутолимой боли под рёбрами. Помнишь группу девочек на концерте, которым подарила блеск в глазах и теплые объятия, помнишь разговор с женщиной за кулисами, которая поразила тебя своей стойкостью, помнишь, как позволила себе поплакать в рубашку Паши после очередного эфира. Тебе бы снова уйти с головой в концерты и сутками пропадать на студии, благодаря Дана за вкусный, специально принесённый обед. Снова оказаться в двенадцатом павильоне и петь, будто в первый раз. Снова придумывать глупые отмазки, а ночью ставить лайки на милые видео Вас, потому что в тебе слишком много любви. Прерываешь безбожно пожирающий тебя поток мыслей, пытаясь скрыть себя за коркой льда. Только забываешь, что это внутри тебя, а не снаружи. Моментами радость все же сочится сквозь твердую неприступную оболочку: можешь подарить людям хотя бы чувства, прорастить в них надежду и любовь. Ты выбрала свой путь борьбы. Он другой, но не менее важный. Правда же? Все в один голос твердят, что ты делаешь предостаточно. Но тебе не верится. Ты чувствуешь, как люди буквально вверяют тебе себя, не понимая, что ты не сможешь им помочь. Очень хочется подарить им больше, чем, в принципе, возможно. Тебе надоели пустые слова; мысли, которые формируются, но не могут сделать больше, чем быть произнесенными вслух. Пропасть в тебе разрастается все больше, надежда испаряется посекундно. В тебе настоящей все меньше тебя былой. С искрящимся от радости глазами, с той силой внутри тебя. Кому ты вообще будешь нужна, когда этот запас иссякнет. Станешь той, которая отдает судьбу на произвол или готовой разнести все в клочья, а потом осознать, что лучше не стало. Кем ты станешь, Тина? Закрываешь глаза, позволяя слезам скатываться все дальше. Хочется слиться с ними в одно, хочется почувствовать свою силу, хочется хоть на миг оказаться дома. Дан застает тебя через два часа в том же положении. Ты, кажется, уже совсем потерялась в себе. Не спрашивает, понимает все сам… но не решается подойти. Он уже не знает как к тебе подступиться. Такое твое состояние вошло в ежедневное расписание, которое заканчивается теми же произнесенными им словами и таблеткой успокоительного. Черт, но какой в этом толк, если ничего не меняется? Ты видишь растерянность в его глазах, ловишь его состояние в каждом жесте: вот он хватается руками за голову, будто вот-вот готовый признаться в собственном бессилии. Наконец, садится перед тобой на колени. С трудом отрывает от тебя свой взгляд и сквозь зубы вытаскивает из себя каждый звук. -Знаешь, прошло уже сто дней, — не можешь сдержатся, закрывая уши руками и подавляя в коленях очередной всхлип. Молчите. Он точно знает, как больно тебе это слышать, но если решился, значит там правда есть что-то важное. Дан никогда не говорит тебе что-то просто так, особенно сейчас, особенно сегодня. Пытаешься убедить себя в этом, но тело тебя не слушается, продолжая попытки закрыться от всего. Сам берет твои руки, отогревая своим дыханием. На улице жара, а вы чувствуете себя как в том самом Титанике: тонущими в бескрайнем океане без шанса на спасение. Но ты знаешь, ради тебя он готов растопить любые снега и вывести на сушу. Силишься улыбнуться, но получается, мягко говоря, паршиво. Откидываешь назад голову, чувствуя на щеках очередные мокрые дорожки. Продолжает. -Прошло сто дней, — тяжело дышит, — а я все больше понимаю, что значит для меня этот дом. Я все чаще боюсь туда не вернутся, я все чаще думаю о том, что моего там уже ничего нет, я все меньше помню, все больше забываю, все сильнее скучаю, — тараторит на одном дыхании, боясь упустить малейшую деталь. Он впервые дает себе право показать чувства, а ты вдруг понимаешь, что никогда не уделяла этому нужное внимание. Ты даже не думала, что ему тоже очень больно. Сильнее сжимаешь его руки, прося продолжить. -Но.. есть одна вещь, которую ты должна знать. Позволяешь себе поднять глаза и с испугом вглядываешься в его лицо, чувствуя, как дрожит голос. -Я бы без тебя, наверное, не смог. С тобой легче, Тин. С тобой не так страшно тонуть в неизвестности, с тобой не страшно упасть, потому что ты поймаешь, потому что ты будешь рядом. И я не только о себе. Они чувствуют. Киваешь, закусывая губу и утыкаешься носом в родную шею. Тебе важно это слышать от него, сейчас тебе в особенности нужно быть «нужной». Не знаешь. Не можешь даже предположить как он сумел разгадать тебя и твои мысли и обещаешь себе больше не закрываться хотя бы от него. Может, твое предназначение давать людям свет, а его — тебе. Иначе просто не можешь объяснить как его космос смог дотянуться до твоих глубин и разобраться в них, когда ты сама себя не понимаешь. -Я просто верю, но моя вера не способна изменить мир. И мне так страшно, что на меня надеются, я чувствую, что беру на себя больше, чем смогу сделать. Я не оправдаю их. Протестует, обхватывая ладонями твое лицо и долго всматривается в глаза. Но сейчас он не сможет разглядеть там хоть что-то, кроме боли и разочарования. Ты так думаешь. -С тобой каждый возвращается домой. -Но почему? — все еще не понимаешь, все еще недостаточно сильно веришь в себя. -В твоих глазах кусочек того неба. Разгадал. А у тебя пазл сложился. Ты должна идти дальше.