I will be with you forever

      Утро. Ослепительное солнце уже давно освещает своими лучами землю. Вроде людей должно быть много, и улицы должны быть оживлены. Но сегодня несказанно пусто. Только деревья покачивались слегка от ветра, приятного и чистого. Иногда зеленые ветки деревьев постукивали по окнам жилых домов, заставляя людей проснуться от странных звуков. На ветках тех же сидели птицы и щебетали.       Луч попал в комнату, преодолевая шторки лазурного оттенка. Казуха поморщился от ослепительного света, но луч так никуда и не пропал. Парень все-таки решил открыть глаз, но свет прямо ему в лицо бил, после чего Казуха резко закрыл лицо, снова поморщился и рукой слегка дёрнул шторку.       Тем временем, под его рукой что-то зашевелилось. Люмин ворочилась опять во сне. У нее это привычка была с детства, так что Казуха только умилялся с того, как она иногда морщится и двигает губами во сне.       Люмин все же долго ворочиться не стала и открыла глаза.       — Доброе утро, — увидел Казуха и поцеловал её в лоб.       — И тебе доброе, хе.       — Как тебе спалось? — шепотом говорил Казуха, но Люмин хорошо его слышала.       — Кошмар опять приснился…       — В нём опять Итэр был?       — Угу…       Люмин снились постоянно кошмары после всех случаев с Итэром. Он ей приходился как родной брат. В детстве они были не разлей вода: постоянно играли вместе, поддерживали друг друга, заботились, когда времена были тяжёлые. В седьмом классе, Итэр вступил в группу, которая оказалась для него ловушкой. Постепенно отношения брата и сестры ухудшались: постоянно срывались на крики, ломали вещи друг друга и сами дрались. В девятом классе он уже вовсю распивал алкоголь с его якобы лучшими друзьями, а в одиннадцатом начал употреблять. В это время Люмин было всего тринадцать лет, и она не понимала зачем он это делает. В итоге его поймала полиция за перевозкой 3 килограммов мефедрона в машине. Ему дали срок в тюрьме на двенадцать лет, но он не смог и двух годов отсидеть, так как он умер в драке от потери крови. Скончался в больнице.       От всего того что произошло, по щеке Люмин скатилась слеза. Казуха это заметил, вытер её и обнял крепко девушку.       — Тише, тише… Я рядом…       — Я не смогу смириться с его уходом… Да, он был плохим человеком оставшееся моё детство; да, он бил меня, но я не считаю его виновным…       — Он никогда не будет плохим для тебя, — успокаивал Казуха, — он смотрит на тебя и думает какая же всё-таки моя сестра сильная духом, он сам, наверное, сожалеет что сделал такой выбор…       — Сука, пусть попадутся эти мрази, я их сотру с лица земли, — уже не на шутку разозлилась Люмин, — они отплатят за смерть моего брата, — и новые слёзы потекли с её глаз.       — Тише, тише, моя девочка… Я буду с тобой навсегда… Даже когда тебе необходима помощь, я обязательно буду с тобой.       Казуха наклонился ко лбу Люмин и невесомо поцеловал снова её, обнимая её до сих пор.       — Спасибо, что ты есть в моей жизни, Казуха…       Позже пара все-таки решилась встать, так как учуяли вкусный и приятный запах, доносящийся из кухни.       Там вовсю уже готовила Эола, а её подруга Шэнь Хэ, которые остались на ночёвке у Эолы с Казухой и Люмин, поглядывала то на еду, то в окно, иногда проверяя сообщения.       — Доброе утро соням, — увидела Эола пришедшую пару и поприветствовала их. Такому же примеру последовала и Шэнь.       — Люм, у тебя глаза красные. Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Шэнь Хэ.       — Кошмар приснился, — констатировал Казуха.       — Иди сюда, булочка моя. Дай обниму, — попросила Шэнь, и Люмин подошла и упала в её объятия, вдыхая запах ванили и молока из волос девушки.       — А тебе комфортно вообще быть среди девушек? — подметила Эола.       Казуха понял, что вопрос был адресован ему, так как он единственный парень среди всей компаний, но уверенно и с улыбкой сказал.       — Вполне. Главное, что я в компаний друзей.       — Это правильно. Нехер ходить по другим парням, которые будут шутить гейские шуточки. Бр, аж противно становится…       — Мне мало того, что не нравятся мужские компаний на ночевках, — вступила в диалог Эола и Казухи Шэнь, — мне и женские противны. Все время обсуждать моду, пацанов с другого факультета и то, как они родят от них детей. Мне это даже и слушать не хочется.       — Кстати о моде и парнях, а вы не знаете, где Дилюк, Яэ и Лань? — подметил Казуха.       — Дилюк мне вчера написал, что тот уехал с его семьёй на выходных в другой город. — ответила Эола.       — Лань как всегда ушла к Бэй Доу и Нин «культурно выпивать». А ещё девушка называется… — ворчала Шэнь Хэ. И не зря она назвала ее девушкой: буквально месяц назад Е Лань предложила встречаться Шэнь.       — Яэ вчера написала, что у неё особый вечер будет, — хитро прищурилась Люмин.       — Я даже знаю какой, — в ответ прищурился Казуха.       — Ой-ой-ой, крыски Лариски… — передразнила Эола. Те в ответ похихикали, потерлись друг о друг носами и поцеловались в губы, — ещё и сюсюканья…       — А давай также? — подыграла Шэнь.       — Шэня!!! — смутилась Эола.       Все дружно засмеялись с ситуаций которая произошло сейчас, а Эола стояла красная и придумывала план мести каждому.       — Все же Казуха и Люмин — лучшая парочка на нашем факультете.       — Факты, — подтвердила слова Шэнь Хэ Эола, — Омлет готов! Напитки уже у каждого на столе.       Эола разложила на тарелку каждому по части омлета, но предательская капля жира попала на пижаму самого повара. «Блять!» — разнеслось по всей кухне. Все начали хихикать, а Эола начала придумывать новый план мести уже всем.       Все трапезничали в спокойной обстановке. Иногда Казуха и Люмин целовались и делились едой, а за этой картиной наблюдали Эола и Шэнь.       «Вот бы мне также с Е Лань…» — подумала Шэнь Хэ про себя, но не заметила как сказала вслух.       — Все будет, Шэнь, все будет, — улыбнулся Казуха и снова начал умиляться с Люмин.       — Ой что? — недоуменно спросила про себя Шэнь, отчего другие начали смеяться с этой ситуаций. Да и сама Шэнь не сдержала улыбки.       Люмин продолжала есть, пока Казуха разговаривал, шутил вместе с остальными и смеялись. И нет, она вовсе не ревновала. Люмин знала, что Казуха никогда ее не бросит, он будет верен ей до конца жизни. Такой легкий, красивый, как осенний лист упавший с дерева.       — Мой… — сказала это шепотом Люмин.       — И только твой, — услышал Казуха, наклонился и углубил девушку в поцелуй, нежный и искренний. Естественно, этого не видели, так как ушли переодеваться.       — Я буду с тобой… — начала Люмин.       — Навсегда, — уже вместе пара закончила фразу.