Nom de l'ecole fanees roses.

Она стояла на самой верхней ступеньке лестницы. Ее лицо, оттененное черным шелковым платьем, блестящими мягкими волнами спадавшее на пол, казалось таким же белоснежным, как и мрамор ступеней широкой лестницы. Тонкие пальцы, унизанные кольцами, были крепко сцеплены в замок. Точеный подбородок слегка вздернут и приподнят, отчего прищуренные глаза скрывались за переливающимися спектром стеклами очков в тонкой оправе. По бокам лестницы, прижимаясь спинами к перилам, увитыми декоративным плющом, стояли девушки. Все худые и высокие. Их длинные тонкие, как у газелей ноги, открывали черные, плотно прилегающие к бокам юбки. И все, как одна, повернули свои надменные лица к входной двери, разглядывая новенькую. Зыбкое, холодное молчание повисло в воздухе. Казалось, оно распространяется от женщины, которая поджимала яркие, коралловые губы. Молчание липкими, противными щупальцами обхватывало каждую из девушек за талию и подбиралось к лицу, залепливая очаровательный мягкий ротик. Длинные, осьминожьи конечности дергались и извивались в воздухе, заставляя хрупких созданий покорно смотреть вперед, с безразличием обводя взглядом тоненькую, дрожащую фигурку. Камала с ужасом взирала на своих теперь уже соучениц и директрису. Это было как-то жутко и неправильно. В воздухе чувствовалось что-то отвратительное, словно где-то под полом сгнила жирная страшная крыса, и ее несчастный труп все никак не могли достать. Девушка с каким-то бешеным отчаянием вглядывалась в лица других девиц, ища хоть на одном отклик на ее несчастный испуганный взгляд. Она сжимала пальцами подол своего легкого и цветастого платьица в пальцах и все искала и искала, пока не наткнулась на внимательный серый взгляд. Девушка стояла по левую руку от директрисы. У нее была восточная, изысканная внешность, длинные черные волосы спадали до талии гладкой черной волной. На левой груди поблескивала золотая брошь, приколотая к форменной белоснежной рубашке. Наконец, оцепенение спало, словно большое и страшное чудовище вздохнуло. Директриса расцепила пальцы и зашагала по лестнице. За ней тянулась шелковая ткань платья, переливающая в свете ламп, как длинный глянцевый хвост огромной змеи. - Мы рады приветствовать тебя в нашем доме, Камала, - прошипела она. Девушка могла поклясться, что видела, как по губам женщины скользнул красный язычок. Так мерзко, словно она хищница, предвкушавшая аппетитный обед. Камала кивнула. Женщина уже спустилась к ней и протягивала ей две длинные руки, приглашая в свои объятия. Девушка вздохнула и шагнула в них. Директриса оказалась на самом деле ниже, чем казалось на первый взгляд. Она была ниже даже самой Камалы. Ее яркая рыжая голова едва ли доставала до плеча девушки, но женщину это ничуть не смущало. Она по-звериному улыбнулась Камале и заглянула за ее плечо. - Ваша дочь теперь в надежных руках, - сказала она родителям, таким же напуганным и пораженным, как и Камала. – Прошу вас, не задерживайтесь, у вас наверняка много дел, а о девочке я позабочусь. Теплая ладонь директрисы нежно похлопала Камалу по круглому плечу. От этого девушка чуть не согнулась пополам. В маленькой и узкой ручке женщины была заключена страшная, нечеловеческая сила. Камала хотела ойкнуть, но напоролась на пристальный, изучающий взгляд все тех же серых глаз и прикусила губу. Впервые в жизни ей стало так страшно. Камала уже хотела было кинуться к матери, стоявшей за ее спиной, но входная дверь громко захлопнулась, а директриса удовлетворенно хмыкнула. - Теперь ты наша, - она растянула губы в некрасивой улыбке, которая так не сочеталась с молодым, хорошеньким лицом. – Наша дочь.