Interius Tenebrae/Внутренняя тьма

Сигарета дотлела до фильтра — Нил Джостен не сделал ни одной затяжки. Он нуждался не в никотине, а в едком дыме, который напоминал о матери. Напоминание о ней отзывалось виной и раздражением. Она могла сказать ему о кровотечении, он бы смог или хотя бы попытался остановить кровь. Он мог сотворить кровь из воды, не зря же она учила его магии крови. Он понимал, почему она сама не остановила кровь, но не понимал, почему не сказала ему. И чем больше он думает об этом, тем больше раздражение сменяется виной. Она обучила его многому, но не всему. В магии много направлений и подвидов и всему нужно учиться. Есть парная магия, она не такая сложная, как, например, кровная. Парная магия представляет собой пары направлений, которые не могут друг без друга. Например, телепатия и телекинез. Если с одним все хорошо, то и с другим тоже. У него все отлично и с телепатией, и с телекинезом. Есть элементная магия, она включает в себя 4 основных стихии и остальные. Темной магией, самой опасной, он овладел еще в Балтиморе. Отец присылал к нему учителей, чтобы они учили его темной магии. Его отец настойчиво игнорировал все предупреждения о том, что маленькому ребенку вредно заниматься темной магией. Игнорировал, что это аукнется в будущем. И это аукнулось. В свои восемнадцать, Натаниэль Веснински замарал свои руки в крови по плечи. Натаниэлю нравилась кровь и мучения людей. Поэтому мать, когда они сбежали, сделала специальный браслет, который сдерживает Натаниэля и отделяет его ото всех фальшивых личностей. В каждой ведьме есть две сущности, две магии. Темная и светлая. Натан, когда учил маленького сына темной магии, навсегда закрыл доступ к светлой. Нил Джостен, даже с браслетом, никогда не станет светлым магом. Боевой магии обучала его Мэри, когда они оставались одни в Балтиморе, или, когда удавалось, в бегах. Заклинания он учил сам, но иногда, они с матерью устраивали магические спарринги. Заклинания также использовались в боях против людей отца. Скрип двери вывел его из задумчивости. Нил подтянул спортивную сумку поближе и обернулся. Тренер Эрнандес сел рядом. — Не заметил на игре твоих родителей, — сказал он. — Они в отъезде, — ответил Нил. — Все еще или снова? Нил задался вопросом, не надоело ли ему все время задавать этот вопрос и все время получать на него тот же ответ. Это было удобное объяснение, почему Джостенов все время не видно в городе и почему Нил чаще всего ночует в школе. У него был дом, но Нил пробрался в него нелегально. Соседи там редко отрывались от своих уютных диванов и ежедневных мыльных опер, но, приходя и уходя, он всё равно рисковал попасться. — Думал, сегодня они сделают исключение, — сказал Эрнандес. — Кто же знал, что эта игра — последняя? — отозвался Нил. — Позвоню им позже, сообщу счет. Скажу, что ничего интересного не пропустили. — Пока, может, и не пропустили, — туманно произнес тренер. — Тут к тебе кое-кто пришел. Нил нахмурился. Он закрыл глаза и попытался сконцентрироваться, что под пристальным взглядом Эрнандеса, получалось плохо. Он использовал один из трюков магии крови, которому его научила мать. Называется чувство крови. Этот трюк помогает ощущать и видеть живых существ, в которых течет кровь. В голове создавалась картинка трех людей. Высокий мужчина в майке-алкоголичке с татуировками кудрявых завитков пламени. Низкого роста блондин с карими глазами и клюшкой в руке. И высокий зеленоглазый брюнет с двойкой на скуле. Пульс участился. Что Кевин Дэй забыл в этой дыре? Он узнал его? Послышался стук и Нил обернулся. В дверном проеме стоял тот мужчина с татуировками, а точнее - Дэвид Ваймак, тренер команды «Лисы», в которой, с недавнего времени играет Кевин Дэй. Поза его была расслабленной, тогда как взгляд карих глаз — пристальным. Вдох. От него несло сигаретным дымом и пыльными бумагами. И немного алкоголем. — Это тренер Ваймак из университета. Приехал посмотреть, как ты играешь, — пояснил Эрнандес. — Чушь, — фыркнул Нил. — Никто не набирает игроков в Милпорте. Люди вообще не знают, где это. — Этот человек приехал сюда, потому что я написал ему о тебе. В его команде проблема с нападающими, вот я и решил, что стоит тебя показать. Тебе говорить не стал, чтобы не обнадёживать раньше времени. Когда мы договорились о встрече, я пытался связаться с твоими родителями, но они так и не ответили. — Я больше не могу ждать. — Ваймак подошел и встал рядом с Эрнандесом. — Разумеется, глупо набирать игроков под конец сезона, но у нас возникли технические трудности с последним новобранцем. Тренер Эрнандес сказал, ты еще не определился с выбором учебного заведения на следующий год, так что все складывается как нельзя лучше, а? Мне нужен нападающий, тебе — команда. Подписываешь бумаги, и на ближайшие пять лет ты в моем распоряжении. Нил задумался. У жизни в общежитии было много плюсов. Во-первых, он мог ходить в комнату, не боясь, что его поймают. Во-вторых, можно больше тренироваться, когда соседей не будет в комнате. Так как в доме, где он сейчас ошивается, его могут поймать, то он редко там бывает, в раздевалке тоже есть вероятность, что его поймают. Если люди отца найдут его, можно будет поставить защиту. Она задержит их достаточно долго, чтобы он успел сбежать. Иногда он не понимал свою мать. Почему она не ставила защиту и щит, когда они были в бегах? — Хорошо, — неуверенно сказал Нил, но потом добавил уже увереннее. — Я подпишу. — Отлично, — сказал Ваймак и протянул бумаги, а когда Нил расписался, отошел в сторону, освобождая выход. Нил направился к нему. Вовремя вспомнив про Эндрю Миньярда с клюшкой, он успел выставить руку до того, как удар пришелся бы ему под ребра. Он равнодушно посмотрел на него и сказал: — В следующий раз старайся лучше. — Черт побери, Миньярд! Вот поэтому нам и не удается заполучить приличных людей. — Да ладно вам, тренер, я даже не ударил его, — ответил ему Миньярд, издевательски отсалютовав двумя пальцами Нилу. — Ничего, в другой раз повезет. Тем более будь он приличным, нам бы не пригодился, верно? Вдох. От Эндрю Миньярда пахло сигаретным дымом (они там что, все курят?) и…. Нил не понял, что второе, но возможно, что это лекарства. — Зачем ты вообще хотел ударить? — спросил Ваймак, но Эндрю лишь пожал плечами. — Если бы ты его сломал, то он бы нам не пригодился. Нил обернулся на голос знаменитого Кевина Дэя и посмотрел ему в глаза, ища любые признаки узнавания. Его не было ни в одном глазу. Вдох. И…..Водка. От него несло водкой. — Согласился? — спросил Дэй у Ваймака. — Согласился, — подтвердил Ваймак. — Родители против не будут? — Нет, я поговорю с ними сегодня вечером. — В личном деле написано, что тебе девятнадцать. Нет необходимости. — Посоветуюсь, — настаивал Нил. — До дома подбросить? — Не надо, я сам. Ваймак обернулся к Кевину. — Ждите меня в машине. Кевин вышел за дверь, а Эндрю, стоявший за этой дверью, пошел вместе с ним. После того, как они удалились, Ваймак посмотрел на Нила со всей серьезностью. — Хочешь, мы побеседуем с твоими родителями? — предложил он. — Не надо, я сам, — снова сказал Нил. Следующий вопрос прозвучал с убийственной прямолинейностью. — Родители тебя бьют? — Знаете, это прозвучало бестактно и довольно грубо, — оправившись от шока, ответил Нил. — Давай-ка все проясним. Я спрашиваю об этом не просто так. Тренер Эрнандес подозревает, что несколько раз в неделю ты ночуешь здесь. Он думает, у тебя дома не все ладно, поскольку ты не уходишь вместе со всеми и не позволяешь никому встретиться с родителями. Поэтому он и написал про тебя - решил, что ты мне подойдешь. Понимаешь, да? Тебе известно, каких ребят я отбираю в команду. Не знаю, прав ли Эрнандес в своих догадках, но что-то мне подсказывает, что он недалек от истины. В любом случае, раздевалку на лето закроют. Если у тебя проблемы с родителями, мы можем устроить твой переезд в Южную Каролину пораньше. — Зачем это вам? — Думаешь, я сколотил эту команду ради пиара? Нет. Просто я готов дать человеку второй шанс. Второй, третий, четвертый, да хоть двадцатый — главное, на один больше, чем тебе дадут все остальные, — через минуту сказал Ваймак. Нил слышал, что Ваймака считают чокнутым идеалистом, однако, слушая его, сложно было не поверить в его искренность. И он решил дать этому человеку шанс, как он давал всем. Мать посчитала бы его слабохарактерным и сентиментальным, но ее здесь не было, были только он и Ваймак. Поэтому Нил решился, он сможет защитить себя, если будет усердно тренироваться, а если что, сбежит так далеко, что никто не сможет его найти. Он изменит себе внешность. Полностью. Благодаря иллюзии у него изменены только волосы. С помощью нее он сможет менять внешность полностью, но этому сложно учиться. Но если у него будет достаточно времени, то он справится. — Твой тренер сказал, выпускной у вас назначен на одиннадцатое мая, — прервал молчание Ваймак. — В пятницу, двенадцатого я пришлю кого-нибудь встретить тебя в аэропорту. Добро пожаловать в команду. Когда он шел мимо парковки, из задней двери внедорожника высунулся Эндрю Миньярд; его губы растянулись в издевательской улыбочке. — Слишком крут для таких, как мы? Даже в одну тачку с нами не сядешь? Нил равнодушно посмотрел на него и пошел до конца парковки. Начинается новая глава в его жизни, и он должен получить из нее как можно больше пользы.