Мятое одеяльце

Планета Домино. Королевский дворец.

Праздник по случаю возрождения Спаркса.

      Блум, танцуя с Орителом, чувствовала себя уверенно и грациозно. Она прекрасно знала, что в этом танце нужно не только двигаться, но и следить за этикетом. После танца, Блум направилась к матери и сестре. Проходя мимо царских особ, она делала легкий кивок головой в знак приветствия. Те, в свою очередь, отвечали ей тем же. Когда Блум наконец достигла места, она увидела слугу с королевской короной в руке, ожидающего ее. Она прошептала слова благодарности мальчику, который был счастлив услышать похвалу от принцессы. Обернувшись, оглядела зал и всех присутствующих в нем. Она почувствовала, как ее ноги словно увязают в земле, тянут ее вниз. «Да здравствует король Орител и королева Марион!» — раздался эхом из толпы чей-то голос. «Да здравствует кронпринцесса Дафна и граф Торрен!» — послышалось из другого конца. «Да, здравствует наследник принц Ричард!».       — Да здравствует принцесса Блум! — поднимая бокал, произнесла королева — мать Эраклиона Самара. Толпа ответила аплодисментами, выражая свое уважение и восхищение. Вечер продолжился танцами, угощением и беседами. Все гости старались продемонстрировать свои лучшие качества и произвести хорошее впечатление.       — Блум, — громко произнесла девушка, подходя к принцессе, — Ты сегодня просто совершена…       Рыжеволосая улыбнулась, увидев подругу.       — Благодарю, Ваше величество, — ответила Блум, делая реверанс, приветствуя молодую королеву Солярии, Стеллу.       — Шикарное платье, — оглядывая девушку, сделала вывод фея солнца и луны. — Кто дизайнер?       Блум засмеялась. И через мгновенье продолжила:       — Стелла, ты неисправима…       — Не поверю, что такое шикарное платье ты сотворила сама. Твои умения исчерпали себя ещё на первом курсе.       — Очень смешно, дорогая моя.       После этих слов девушки обнялись.       — Но, всё-таки, душа моя, — Стелла произносила каждое слово медленно и четко, словно пыталась заполучить внимание подруги, — кто автор данного шедевра.       — Попытайся вспомнить, — игриво ответила собеседница.       Спустя мгновение, девушка точно после удара молнии, произнесла:       — Я видела что-то похожее. Точно! Королева Марион, год не вспомню, но она появилась в нем на приеме в честь твоего рождения. Неужели это подлинник?       — Да, это подлинный шедевр.       -О боже, какая ткань. Спустя столько лет, в таком хорошем состоянии…       Блум нахмурилась. Когда подруга пошутила над ней, девушка почувствовала себя немного неловко и смущенно. Она не знала, как реагировать на эту шутку, и ей было немного обидно. Однако, она быстро взяла себя в руки и продолжила наслаждаться вечером.       — Ой, прости, я не хотела тебя обидеть, — извинилась блондинка.       — Я не в обиде, Стелла. Но, платье, в котором сегодня Дафна, было надето на праздник в честь рождения Дафны.       — Да, ладно тебе. Вот это качество.       Блум засмеялась.       — Ну, Ваше величество, вы же не только пришли обсуждать со мной наряды королевского двора Домино. Какие новости, Стелла?       — Все хорошо. Я справляюсь. Брендон тоже. Мама и папа помогают с детьми. Народ мною доволен. Но.       — Но?       — Я не хочу, чтобы эта мысль была у тебя в голове весь вечер.       Блум смутилась. Ей было очевидно, что терзания подруги ей было не только неприятно видеть, но даже подозревать об их существовании.       — Хорошо, но зная тебя ты все расскажешь вопреки своими обещаниям.       — Да, ты права.       Почувствовав превосходство, принцесса Домино продолжила:       — И?       Собравшись с духом блондинка ответила:       — Эраклион разорвал дипломатические и торговые связи с Солярией.       Блум почувствовала холодок на коже.       — Давно?       — Около 5 месяцев назад.       Блум отхлебнула из бокала. Она нервно посчитала и прикинула, что разрыв отношений с Солярией случилася после того случия на Пиросе.       — Как это могло произойти? Что стало причиной разрыва?       Стелла вздохнула и опустила глаза.       — Это произошло из-за того, что Эраклион отказался выдать нам одного из своих граждан, который был обвинен в совершении преступления. Мы пытались решить эту проблему дипломатическим путем, но это не сработало. В итоге, мы были вынуждены разорвать отношения с Эраклионом. И они сделали также в ответ.       — Только с Солярией?       — Да. Но возможно, что это только начало.       — Начало чего?       — Неизвестно. Я подумала, что может быть ты знаешь, в чем причина.       Блум мотнула головой. Ей тоже хотелось бы узнать, почему ее возлюбленный пропал, почему она оказалась на Домино, а ее дети были разбросаны по другим планетам.       Вскоре к девушкам подошел Брендон. Парча и корона украшали молодого человека. В мыслях Блум мелькнуло замечание: «Парча и корона на нем лучше смотрятся, чем на знакомом ей Эраклионце».       — Ну, что-нибудь прояснилось? , — с волнением спросила Стелла.       — Нет, — мрачно сообщил Брендон. — Вообще, не удалось разговорить его. Он даже половины бокала не выпил. Весь какой-то мрачный, тухлый.       Блум поперхнулась. Слова специалиста, сказанные о когда-то лучшем друге, стали для нее поводом для беспокойства. В голове девушки прояснились слова отца: «Стоит сходить на бал. Ведь только там мы можем проверить, наш ли это королек пришел».       — Но и есть хорошие новости, — приостановил мысли девушки друг, — я поговорил с королем Орителом. Солярия наладит поставку оборудования для Домино.       — Это очень хорошо. Домино будет надёжным соседом для нас.       Блум улыбнулась.       — Да, вот только непонятно, почему это величество выпендриваться, — высказал свое замечание Брендон.       — Хотела бы и я это знать, — на удивление самой себе призналась Блум.       — Блум, может он из-за тебя такой нервный, — предположил Брендон.       — А я причём?       — Ну ты же его бросила.       — Я?       Блум задумалась. Перебирая пальцами, она вспоминала, когда успела бросить отца своих детей. Нет, двойная жизнь ни к чему хорошему не приводит.       — Ну как бы то ни было, — продолжила Стелла, — король Эраклиона очень скучает.       — И очень вредничает, — добавил Брендон.- пора показать свой разрез на платье, ваше высочество.       Блум заулыбалась.       — Брендон, прекрати. Я не позволю ей ещё раз наступать на те же грабли. Расстались и все. А уж жертвовать собой ради политики вообще не позволю. Пусть мучается.       — Я? , — судорожно переспросила Блум.       — Да нет. Он. Пускай рвет все связи, стоит стены, и сидит один в своем замке.       — Дорогая, успокойся, — прошептал Брендон, взяв свою королеву за руку.       — Да, — протянула Блум, — жаль тогда, что вы именами поменялись со Скаем. Быть может ты сейчас бы блистал на этом балу, — сказала Блум Брендону.       Брюнет засмеялся.       — Ну быть может и ты сейчас бы отжигала на рокерской вечеринке, будь бы ты с Ривеном.       Все засмеялась.       — Прошу простить, мне нужно удалиться. Спасибо большое, что пришли. Мистер Бин, подойдите, пожалуйста.       Через мгновение появился человек.       — Мистер Бин, пожалуйста, попросите мистера Моргана приготовить два десерта по моему рецепту для королевы и короля Солярии.       — Слушаюсь, ваше высочество.       — А вы, — Блум указала на стоящую с ней рядом Стеллу, — мадам, не уходите, пока не попробуете и не попросите рецепт.       — Хорошо, ваше высочество.       Между тем Блум поклонилась и поспешила к отцу и матери, которые наблюдали за происходящим со стороны.