Мятое одеяльце

Планета Домино. Королевский дворец.

Кабинет короля.

      Орител вошел в свой кабинет. Бросил плащ на стол и направился к большим книжным полкам, которые тянулись от пола до потолка. Часть книг стояла ровно, словно их никогда не брали, чтобы читать. Остальные же криво стояли, опираясь корешками об обложки соседок.        Король усердно искал подходящий том, перебирая издания на полках. Он старался делать это быстро, будто пытался добыть что-то важное и спасти тысячи жизней. Орител остановился. Ему вспомнилось, как некоторое количество лет назад, он также быстро пытался отыскать книгу судьбы, чтобы спрятать он недругов важную информацию. "Какой дурак, - в мыслях отругал себя король, - лучше бы провел на несколько часов больше с семьей, вместо поиска этой книги". Но сделанного не воротишь. Если тогда он думал о жизни целой планеты, то сейчас он больше всего беспокоился о жизни маленькой дочки. И не важно, что она уже большая.       Переставая следить за порядком, книги, которых касался король, бесшумно падали. Заметив это, он обернулся. Грохота от книг не было слышно, потому что удерживая их в сантиметре он пола магическим заклинанием, девушка стояла в дверном проеме.       - Я почти нашёл, - то ли пытаясь оправдаться, то ли чего-то боясь ответил он.       - Да, я вижу, - спокойно ответила девушка, аккуратно опустив книги на пол, чтобы те, не разбудили обитателей дворца.       Ещё несколько минут Орител искал нужное ему на полках, а девушка ловила падающие книги на пол.       - Нашёл, - ликующе произнес Орител, спускаясь с лестницы. Блум слегка улыбнулась и отправила книги, которые упали, на место.       - Итак, я готов ответить на твои вопросы, - устроившись поудобнее в своем кресле, начал король.       - Граф Калиостро, - уверенно сказала Блум, усаживаясь в кресле напротив.       - Его отец служил советником короля Фобоса, твоего прадеда, а сын часто появлялся при дворе. Когда твой прадед умер, королем стал Линат, твой дядя, который отдалил этого мальчишку от двора. А когда и Линат умер, то верховный совет назначил его новым правителем. Между прочим, в обход твоей матери. Что противоречило законам. И может никто бы не шевельнулся, если бы его сподвижники не убили твою бабушку, мамину маму. Добиваясь справедливости, Марион вышла на след Калиостро, и заявила о своих правах на престол.       - А почему совет не рассматривал маму в качестве королевы?       - Согласно закону того времени, чтобы стать королевой нужно было выйти замуж.       - Королева по мужу значит. И что же придумали?       - Ничего лучше, как женится на твоей маме. И лишь в день коронации Калиостро мы вошли во дворец, как королева и король. Ни у кого не было сомненья.       - А что Калиостро?       - Он вместе со своей женой отправился на Эраклион,и жил там все это время.       - Мда, - протянула Блум, - скудненький сценарий.       - Ну какой есть. Я думаю, что он спокойно жил все это время. У него была жена, красавица, вся такая душечка, волосы белоснежные, кожа румяная, глаза как мед...       - Какие глаза? - громко переспросила Марион, входя в кабинет.       - Злые глаза, - испугавшись перековеркал Орител.       - Мама...       - О чем беседуете?, - спросила Марион, присаживаясь рядом.       - Граф Калиостро. Новый советник короля Ская, - пояснила Блум.       - Все-таки добрался и до престола Эраклиона. Поэтому появилась та записка.       - Думаю, что все именно так, - подтвердил Орител.       - Сам Скай не мог такое провернуть. И Калиостро не исполнит весь план - значит у него есть помощники.       - Конечно. Например, дочка.       - Кто такая? - поинтересовалась Блум.       - Тебе не понравится наш ответ...       - Говорите уже, - равнодушно сдалась Блум.       - Диаспоро.       В сердце Блум защемило от неприязни к Диаспоро, новоиспеченной дочери графа Калиостро и возможной участнице его планов. Мысли сложились в картинку, словно пазл. Безудержное желание выйти замуж за Ская, которое проявлялось на протяжении многих лет, теперь подкреплялось и местью родителям Блум, которые когда - то отдалили её отца от власти. Смерть короля Эрендора позволила приблизится Калиостро к Скаю и делам государства. Теперь все сплетено во едино.       Лицо Блум бледнело. Алые губы стали бледными, румянец исчез. Такой правды она не ожидала. Тягаться с врагами - ровесниками было легко. Не в счет конечно Валтора, который просто положился на мысль о том, что она просто маленькая девочка.       - Блум, - Марион отчаянно принялась трясти за руку дочь, которая не реагировала на происходящее, - Блум, не надо все так принимать близко к сердцу, доченька. Может все не так как мы думаем. Рано делать выводы.       Блум посмотрела на мать. Её глаза были очень печальными. Марион старалась подбодрить дочь, но понимала, что у такой опасной связи могли быть очень опасные последствия.       - На острове, в день когда я почувствовала запах белой магии с применением для черных действий, я успела перенести Дану на Домино, а Макара на Эраклион. Я сама не понимаю, как так получилось. В дом ворвалась королевская полиция. Я каждый раз вспоминаю этот момент, но не могу вспомнить, что они говорили и что было дальше. Туман. Ничего не помню. Ничего! - кулаки девушки решительно стукнули по подлокотникам. - А потом только ваши молитвы...       Марион обняла дочь, словно пыталась укрыть ее от всего мира, но главный враг дочери был внутри нее - память и чувства.       - Королевская полиция, - задумался Орител, - Она может предъявлять обвинения только королевской семье. И только в пренебрежении королевскими обязанностями. А как давно вы вместе жили?       - Со дня празднования именин Ричарда, значит 9 месяцев до рождения малышей и два после. То есть около года.       - Значит, королевская полиция имела место арестовать его за невыполнение обязанностей после смерти соправителя, то есть Эрендора.       - Он подписал отречение, - проронила Блум.       - Соврал, дорогая, - понимающее подтвердила Марион.       Блум всхлипнула.       - Значит, он сбежал, Эрендор не стал менять завещание и, возможно, обещал ему свободу действий, пока тот мог за него править. А следовательно Ская устроил такой вариант. Он понимал, что ты не подписала отречение. Ведь тебя он мог и переубедить. Отцовскую волю выполнить хотел и тебя сберечь.       - То есть он сейчас он под огромным давлением графа Калиостро?       - Возможно, Блум. Но нам этого никак не узнать. Значит нужно только ждать.       Откровенный разговор королевской четы прервал стражник, который аккуратно-боязливо приоткрыл дверь кабинета и просунул свою голову, дабы убедиться, что действительно в комнате кто-то есть.       - Ваше Величество, король! - громкий голос солдата прервал напряжение, которое стояло в воздухе. - Ко двору прибыли Мистер Майк и Мисс Ванесса.       - Да-да, пусть ждут возле парадного входа.       - Есть, Ваше Величество! - браво крикнул солдат и шумно закрыл дверь.       Блум вопросительно смотрела на отца, глаза были еще мокрыми от слез.       - Ну и чего мы сидим, - Орител внимательно смотрел в глаза дочери, подходя к ней, присел и взял ее за руки, - Родители приехали. Отвлекись на время от принца небесного. Беги! Встречай маму и папу.       Блум кивнула. И осознав факт, что там где-то очень рядом родные ей люди, встала и поспешила выйти из комнаты.       - Орител, что теперь нам делать?, - с нотами отчаяния спросила мужа Марион.       - Знаешь, как бы я не относился к Скаю, мне хоть он не очень и нравится, у него слишком длинные светлые волосы. Но если все действительно так, как мы выяснили. Он поступил, как мудрый человек. Ведь если бы он выдал Блум, она могла получить арест за связь с лицом королевской власти в посторонних территориях, а если бы подтвердился факт деторождения и совместного проживания, то пожизненное заключение.       - Да, я тоже об этом подумала. Но знаешь, жизнь без него для неё будет пыткой.       - Да, - подтвердил Орител, - Будем цепляться за каждую возможность облегчить ее боль. **********************************************************************

 Юрий Визбор - Перевал

Просто нечего нам больше терять, Все нам вспомнится на страшном суде. Эта ночь прошла как тот перевал За которым исполненье надежд. Просто прожитое прожито зря - не зря, Но не в этом понимаешь ли соль. Слышишь падают дожди октября, кап-кап, Видишь старый дом стоит средь лесов.