Вместе

Птица с интересом наблюдает за мышью, которая тащится к его столу. Пару минут назад Марго сообщила о том, что майор Гром жаждет встречи с Разумовским. Значит, Сережа добавил настройки, по которым ИИ передает информацию и девчонке? Забавно. Только про визиты полиции? Или еще что-то? Скорее всего, первое. Он наверняка опасается, что Птица кинется на майора или что-то в этом роде. Вот только у двойника несколько иные планы, гораздо более унизительные для Грома. Мышь садится на край стола, выдохнув. Птица наклоняется, пока она не смотрит на него, взглядом скользит по ноге вниз. Ступня все еще забинтована. Ясно. Он выпрямляется в кресле как раз тогда, когда майор Гром в сопровождении двоих охранников заходит в офис. Двойник растягивает губы в показательной ухмылке. Игорь становится еще мрачнее. В этом есть особое удовольствие. Они оба знают, кто есть Чумной Доктор, но майор с этим ничего сделать не может, как бы ни задирался. Волков неплохо поработал, отводя подозрения. Хотя бы на что-то сгодился. — Это обязательно? — недовольно спрашивает Гром, показывая на охрану. Птица ответить не успевает, мышь встревает первая: — У нас новый начальник охраны. Перестраховывается. Что-то вы к нам зачастили, майор. Может, пора уже выделить вам кабинет? — Смешно, — кривится майор. — Всю ночь репетировала. Так какими судьбами? Может, кофейку? Птица еше пару секунд оценивающе смотрит на мышь, затем, вновь усмехнувшись, откидывается на спинку кресла, позволяет вести встречу ей. Пусть развлечется, заодно двойник посмотрит, насколько полезной она может быть. Да и Сережа меньше ныть будет из-за того, что полиция опять оскорбилась. Игорь тем временем кидает на стол какие-то фотографии, раскладывает их, не переставая буравить Птицу многозначительным взглядом. — Ох, — шепчет мышь, изучая снимки. Двойник чуть наклоняется, пытается понять, что там за труп. Женщина, блондинка, вроде бы голова разбита. Единственная блондинка, которую Птица периодически собирается ликвидировать, сидит живая. Было бы совсем непонятно, зачем Гром притащился сюда, если б не символ на стене. Огромное и откровенно халтурное изображение маски Чумного Доктора. Мышь смотрит на Птицу, тот лишь раз головой качает. Не его работа. Особенно художество на стене. Этого жеста ей хватает, как ни странно. Двойник не торопится что-то говорить, ждет, как она сама поведет диалог. — Очень печальные фото, — выдавливает мышь и отодвигается даже от них немного. Впрочем, с потрясением справляется довольно быстро. — Но почему вы вдруг решили поделиться ими с нами? — А ты угадай, — отзывается майор, показав на фото трупа. — Гречкина Мария Павловна. Мачеха Кирилла Гречкина. Убита вчера вечером. Взялся за старое, Разумовский? Решил избавиться от всей семьи? Так вот, в чем дело. Гречкины. Даже оскорбительно как-то. Птица так топорно не работает. — Вы полагаете, что ее убил Чумной Доктор? — вкрадчиво интересуется мышь. — Я правильно вас поняла? — Схватываешь на лету. — Печально, конечно, — кивает девчонка. Птица опирается по подлокотники, сцепляет пальцы перед лицом и прячет довольную ухмылку. — Но при чем здесь мы? Это бы, конечно, имело смысл, если б Сергей Разумовский был Чумным Доктором. Вот только он оправдан. А вчерашний вечер мы провели вместе. Можете глянуть записи с камер. — Даже не сомневался, — еще больше злится Гром. — Что, ничего не екает? С тобой будет то же самое, если продолжишь этот фарс. Мышь смотрит прямо на него. Птица даже жалеет, что не видит ее лица сейчас. — Спасибо за заботу, майор. Не стоит. — Он убил ее, — рычит Гром, указывая на двойника. Тот отмечает, как наемники подходят ближе после этого движения. Пожалуй работать не в одиночку иногда полезно. Мышь тоже понимает, что дело пахнет не сильно хорошо для майора, поэтому, видимо, переходит в нападение, почти ласково уточняет: — А доказательства есть? По лицу Грома любому станет ясно, что нет. Да и не может быть. Откуда? Птица эту Гречкину действительно не убивал, она даже в списке целей не была у него. Но у кого-то, очевидно, оказалась. И этот кто-то решил свалить вину на Чумного Доктора. Наемники подходят еще на пару шагов. Птица, поймав взгляд крашеного, качает головой. Даже если Игорь начнет переходить грань или надоедать, двойник не станет пользоваться силой, нет. Он позвонит в юридический отдел и будет с наслаждением наблюдать, как Грома выставят отсюда совершенно законно, навесив иск за превышение полномочий. При этом майор будет верить в свою правоту, но сделать ничего не сможет. Бесценно. — Значит, нет, — резюмирует мышь. — Тогда я предлагаю вам заняться своей работой и найти настоящего преступника. Для разнообразия. — Сказать нечего, Разумовский? — спрашивает Гром, осознав, наконец, что эту стенку он не пробьет. — Онемел от восхищения, — заявляет Птица, ухмыльнувшись. — Мне добавить нечего, Игорь. Алиби есть, доказательств нет. Мой охранник проводит тебя к выходу. Всего доброго. Смесь эмоций на лице Грома прекрасна. Особенно вот это осознание, что он здесь бессилен, нет никаких законных оснований. Двойник смотрит на него, откровенно упиваясь своим преимуществом, что заводит майора еще сильнее. Игнорируя охранника, он хватает фотографии и разъяренно указывает ими на Птицу, заявив: — Ты сядешь. А тебе, — Гром поворачивается к девчонке, — предъявят обвинения в пособничестве. Двойник чувствует, как ухмылка сходит с губ, ведет головой в сторону, удерживая это выражение лица намеренно, и говорит: — Очень не советую. Мышь беспокойно ерзает, поглядывая то на Птицу, то на Грома. Майор все-таки уходит, один из наемников отправляется с ним. Второй, Шура вроде, падает на диван, пробормотав: — Какая нынче деятельная полиция. А Чумной Доктор реально эту мадам пришил? — Нет, — отвечает двойник, разворачивая кресло в сторону окна. Вспышка злость в ответ на угрозу Грома несколько озадачивает. С другой стороны, Птица не любит, когда кто-то вмешивается в его планы. Отправлять мышь в тюрьму или еще куда он не собирается. Девчонка, кстати, разворачивает бурную деятельность, заставляет Марго найти всю информацию про убийство Гречкиной, которая сейчас доступна. Птица, обернувшись, смотрит на экран, потом на мышь. Сценка с Громом была неплоха. Она, ясное дело, за Сережу трясется, но двойнику это только на руку. Пусть. Хотя бы зрелище отменное. Волков уже в курсе ситуации и согласен с тем, что кто-то пытается подставить Чумного Доктора, тем самым замести собственные следы. Это и без них понятно. Дело ведь касается Гречкиных, до которых его огонь уже дотянулся, вот и решили это использовать. Но кто? Возможно, глава семейства. Самый очевидный вариант. — Не можно, — взивается мышь на предложение о ликвидации Грома, чтобы тот больше сюда не лез. Девчонка смотрит на Птицу, ожидая поддержки, видимо. Двойник молча жмет плечами. — Вы сдурели? Напоминаю: нельзя просто так убивать людей. Вот это действительно смешно. — Это будет слишком подозрительно, — сдается мышь. Здесь Волков с ней согласен, да и сам Птица тоже. Не стоит ничего такого предпринимать, если они не собираются бежать из страны. А они пока не собираются. К тому же в убийстве Грома не будет никакого смысла, даже развлечением назвать нельзя. Сейчас двойнику гораздо интереснее наблюдать за тем, как майор медленно варится в своих подозрениях и невозможности их доказать. Как вишенка на торте: Игорь-то знает, что прав. Настроение стремительно портится, когда затрагивается тема наркоторговца. Найти его Птица пока не смог, добраться до заказчика тоже. Возможно, Гречкин действительно приложил руку, которая по недосмотру двойнику у него еще есть. Но зачем тогда убивать свою жену? Можно, конечно… — Мы не можем пока напрямую заняться Гречкиным, — произносит Волков, будто прочитав мысли. — Если с ним что-то случится, то это вызовет еще больше подозрений. Нельзя так рисковать. Ладно. Определенный смысл в его словах есть. — Подумай, — говорит пес, обращаясь к девчонке, — кому еще выгодно твое убийство? — Мне, — заявляет Птица, усмехнувшись, заинтересованно смотрит на мышь. — Ты бы не стал никого нанимать, а сделал бы это сам, — парирует она, глянув в ответ. Двойник улыбается еще шире. Может ведь. — Согласен, — кивает он. — Никого ничего не смущает? — встревает Шура, по очереди тыкая пальцем сначала мышь, потом в двойника — Относись к этому проще, — вздыхает она. Птица честно готов пару-тройку секунд ей похлопать. Поразительный прогресс. — Может, мы все-таки вернемся к убийству Гречкиной? Мне кажется, оно сейчас важнее. — До нас в любом случае не доберутся, — качает головой Волков. — А вот твоя жизнь под угрозой. Поэтому еще раз прошу: не высовывайся без надобности. — Да я просто в магазин сходила за чипсами, — ворчит мышь. — И со мной Шура был. — Важный повод. Она, закатив глаза, слезает со стола и делает пару неловких шагов. Птица дергает, чтобы встать, но сам себя останавливает от совершенно неуместного порыва. Чертова мышечная память Сережина. И все же он продолжает смотреть девчонке вслед, пока та бредет к выходу в коридор. Волков говорит что-то, двойник не вслушивается. Мышь заинтересовало убийство Гречкиной, ей явно не захочется оставлять это просто так. Заставит их цепного пса заняться расследованием? Или придет потом Птицу просить? В принципе, двойник мог бы. Все будет зависеть от настроения. Волков замолкает, заметив, видимо, что внимания на него не обращают. Двойник раздраженно вздыхает и все-таки поворачивается к нему. Обсуждаемые дела касаются Чумного доктора, поэтому приходится. После сразу отправляется в серверную, чтобы продолжить поиск наркоторговца. Нужно выйти на заказчика, да. Возможно, стоит начать сразу с него? Допустим, Гречкин. Эта мысль двойнику очень нравится. Появится отличный повод разделаться и со старшим. Он есть в списке, но Птица пока не нашел достаточно весомый повод, который можно озвучить на трансляции. Хочется чего-то грандиозного, все-таки не последняя личность в деле Чумного Доктора. Однако никакой связи с покушением на мышь Птица не находит. Что ж. Ладно. Гречкина можно отложить на потом. Контроль сегодня остается только у двойника, поэтому он возится с этим до глубокой ночи. Выключает все только тогда, когда глаза уже начинают гореть при взгляде в экран, и то сначала камеры проверяет. Мышь, судя по всему, ушла спать, хотя тоже долго сидела в студии. Идти в спальню Птица не собирается, думает занять гостевую или диван в офисе. Последние дни он выпихивает в сознание Сережу, когда приходит время ложиться, но сейчас тот все еще в отключке. Неделя выдалась напряженная. Решив вообще уйти из жилой части, двойник выключает последний компьютер и встает. Вот только открывает совсем не ту дверь, которую собирался. Мышь спит, свернувшись под одеялом. Оно съехало почти до бедра, и взгляд поневоле останавливается на обнаженном плече, спускается дальше по пижаме с журавлями. Птице она не нравится. Ни пижама, ни девчонка, которая заняла в их жизни слишком много места. Еще немного постояв на месте, двойник отправляется в душ. Когда возвращается, мышь так и не проснулась. Двойник рассеянно проводит по влажным волосам, обходит кровать. Смотрит на девчонку. Зачем-то. Даже для себя причину найти не выходит. Взяв себя в руки, Птица шагает прочь, к двери, там застывает на несколько мгновений. Возвращается к кровати. Бросив последний взгляд на мышь, ложится с другой стороны, ожидая, что девчонка проснется, подвинется ближе, перепутает. Тогда… Что тогда? Мышь продолжает спать. Уже ближе к утру Птица чувствует, как постепенно просыпается сознание Сережи, и плавно отходит в тень. Скрыться до конца не получается, мешает слишком много мыслей, что крутятся вокруг… Всего. В итоге он вяло наблюдает, как разговаривают мышь с Сережей, который дергается из-за презентации. Девчонка наконец сваливает, но даже после устранения такой помехи отрешиться не получается. — Я не помню, как ложился в свою кровать, — негромко говорит Разумовский. — Ты не ложился, — коротко сообщает Птица. Сережа никак не реагирует, лишь глаза закрывает, явно намерившись еще поспать, как и говорила мышь. Птица позволяет утянуть в сон и себя, но вместо ожидаемого забытья отключается совсем ненадолго. Когда они выходят из спальни, Марго сообщает о том, что девчонка взяла телохранителя и отправилась в кофейню на соседней улице. Разумовский, по настоянию Птицы, идет проверять, что нашли за ночь фоновые программы, которые двойник оставил работать. Заодно лезет в камеры, чтобы «убедиться в Асиной безопасности». Застают они момент, когда девчонка копается в своем мобильнике, кому-то звонит. Птица как можно мягче забирает у Сережи контроль, чтобы тот не понял ничего, так же незаметно ненадолго отключает его сознание. Разумовскому все еще в новинку все эти фокусы, которые двойник практиковал с ним годами, поэтому удается все сделать без проблем. Это воспоминание он потом тоже скроет от Сережи. Пока что. Лишь мера предосторожности. Сейчас же он наклоняется к экрану, выкрутив прослушку на максимум. — Давайте встретимся, — говорит мышь. — Очень надо поговорить.