Деревянная кукла

-Моя дорогая, вы задаёте слишком много вопросов, - Мэри смерила Реджину взглядом не просто презрительным, а прямо-таки уничтожающим. Но королева, надо отдать ей должное, смело выдержала его, ответив точно таким же. - А теперь извольте ответить, куда я всё-таки попала? -Моя дорогая, вы задаёте слишком много вопросов, - в тон ей ответила Реджина. Однако на этот выпад женщина никак не отреагировала, хотя Миллс уже морально готовилась едва ли не к мгновенной смерти. Опасность пульсирующими волнами исходила от обладательницы холодных синих глаз. Но теперь эти глаза были устремлены на Дэвида. Мэри спокойно осматривала его лицо, поочерёдно вглядываясь в глаза и зачем-то в лоб, рисуя взглядом невидимый треугольник. Дэвид неловко перемялся с ноги на ногу, желая провалиться под землю или, чтобы ветер вернулся, выдрал ближайшее дерево с корнем и обрушил его прямо на светловолосую голову Прекрасного, лишь бы не находиться больше под этим «рентгеном». -Вы в Сторибруке, мисс Поппинс, - пробормотал он. Реджина яростно обернулась к нему. Но сейчас её взгляд воспринимался Дэвидом, как что-то родное, пусть в карих глазах и отражалась его смерть. Мэри кивнула. Ответ принца её, очевидно, вполне устроил. Дэвид вздохнул было с облегчением, надеясь, что экзекуция на этом закончится, но не тут-то было. -Какой сейчас год? - резко спросила Мэри. -Две тысячи двенадцатый, - отчего-то неуверенно ответил Дэвид, подозревая подвох, а затем, чуть помедлив, добавил: - нашей эры. -Прекрасно, - кивнула мисс Поппинс. - А в две тысячи двенадцатом году ВАШЕЙ эры в Сторибруке есть главарь? -Г-главарь? - немного заикаясь, переспросил Дэвид. -Или как это в ВАШЕЙ эре называется? Вождь? Предводитель? Король? Божество? - продолжала Мэри, всё ещё не сводя с Прекрасного пристального взгляда. -Насчёт божества не обещаю, но есть мэр, и это, кстати, я, - Реджина гордо вскинула голову. К счастью Мэри Маргарет первой поняла, что запахло жареным. -Мэри, - неуверенно заговорила она. Мэри передёрнулась, словно от звучания собственного имени. -Что за фамильярность? «Мисс Поппинс», и никак иначе. -Хорошо, мисс Поппинс, - поспешно исправилась Белоснежка. - Добро пожаловать в Сторибрук, и… если вы вдруг решите здесь задержаться, - краем глаза она увидела, как передёрнулась Реджина, - Вы вполне можете на некоторое время поселиться в местной гостинице «У Бабушки». Мэри Маргарет выглядела довольной, очевидно, подумав, что произвела хорошее впечатление. «Мисс Поппинс» подошла к Белоснежке почти вплотную, а затем снисходительно улыбнулась. -Благодарю, с этим проблем не возникнет, - голос потеплел, пусть всего на пару градусов. -Ночевать на улице я вам не позволю, уж простите, - Реджина старалась держать себя в руках, демонстрируя такое же холодное спокойствие, но получалось у неё это заметно хуже. -Я и не спрашиваю вашего дозволения, моя дорогая, - Огонь и Лёд встретились взглядами. - Да и ночевать на улице я не собираюсь - оставлю собакам да пьяницам это сомнительное удовольствие. А теперь прошу меня простить. Пусть в незнакомом городе, но я продолжу выполнять свою работу. Надеюсь, увидимся нескоро, мисс Миллс. Мэри Поппинс удалилась решительной походкой, странно выделяясь тёмно-синим пальто среди мелькания сотен ярких летних красок. Герои задумчиво провожали взглядами её удаляющейся силуэт… -И что это было, интересно? - первой нарушила наступившую тишину Миллс. -Реджина, остынь, пожалуйста, - быстро проговорила Эмма. Она старалась избегать смотреть на брюнетку, сделав вид, что её дико заинтересовали собственные шнурки. -Остыть? Остыть?! - слова Свон явно возымели обратный эффект. - Мисс Свон, она зацепилась за летучего змея, прилетела сюда, хотя её явно никто не звал, устроила нам допрос, вела себя так, словно все мы ей что-то должны, и хоть бы кто попытался поставить эту выскочку на место! -Ты первая на неё набросилась, - Эмма перешла на крик. - Может, если бы ты просто промолчала, ничего бы этого не было! Зачем надо было влезать?! -Может вас и устраивает то, что она обращается с вами, как с нашкодившими детьми, но меня - нет, - прошипела Реджина. -Это называется защитная реакция! - Эмма раздражённо закатила глаза, словно мать, пытающаяся объяснить двухлетнему ребёнку, что с люстры лучше слезть. - Она только прибыла в этот город, она растеряна, может даже напугана! Ты на всех бросаешься! Когда я только приехала в Сторибрук, ты и меня зачем-то сделала своим врагом! -Тут другое, - казалось, чем громче крик Эммы, тем тише говорит Реджина. - Я сделала это ради сына. А кто знает, что на уме у неё? - она кивнула в сторону, куда удалилась Мэри Поппинс пару минут назад. - Люди так просто с неба не падают. -Ради сына? - уже спокойнее повторила Эмма, тяжело дыша после гневной тирады. - Значит больше вы Генри не увидите, уж простите. По глазам мэра Эмма сразу поняла, что попала в точку. К такому Реджина была не готова. -Сегодня Генри переезжает к нам, - уже увереннее продолжала Эмма. - А то, кто знает, что на уме у тебя?

***

Ночь. Тишина, нарушаемая лишь мирным посапыванием. Прекрасные спят, как всегда, в обнимку… Всё этим влюблённым гадам нипочём! Эмма долго ворочалась, раз за разом прокручивая в голове ссору с Реджиной, то вновь загораясь праведным гневом, то виновато съёживаясь. Однако в столь поздний час и она уже забылась беспокойным сном. Генри же пришлось довольствоваться раскладушкой, но он не жаловался, мгновенно отключившись после насыщенного событиями дня. Но что же разбудило мальчика посреди ночи? Генри Миллс лежал, не открывая глаза, не двигаясь, почти даже не дыша. Только что ему показалось, что кто-то позвал его по имени. Вернулся давно забытый страх… Ещё давно, когда ему было лет пять, Реджина прочитала Генри греческий миф о Медузе Горгоне со змеями вместо волос, способной взглядом превращать людей в камень. История произвела на мальчика столь сильное впечатление, что всю последующую ночь он лежал, крепко зажмурившись, уверенный, что едва открыв глаза, встретится с Горгоной взглядами и мгновенно обернётся в камень. В детстве он часто боялся монстров, и обычно звал в такие моменты Реджину, чтобы провести остаток ночи с ней в крепких материнских объятьях, но в ту ночь мальчик боялся сделать даже это, ведь был уверен, что, если мама войдёт в комнату, сама тоже мгновенно обернётся в камень. Да, много лет миновало с той, самой страшной в его жизни, ночи. Да, он уже давно вырос и понял, что у Медузы Горгоны явно есть дела поважнее, чем сидеть и ждать, когда он откроет глаза. Да, он совсем недавно вернулся из плена Питера Пэна, и его, кажется, уже ничто не сможет испугать… Но ночью возвращаются даже наши самые глупые страхи, и, как бы мы не пытались их отогнать, они исчезнут только к утру, а затем чаще всего кажутся нам бредом. Но сейчас Генри почти что слышал шипение змей. Липкий страх волной пробежался по спине мальчика. -Генри, - вновь услышал он шёпот и чья-то рука коснулась его плеча. Генри не удержался и распахнул глаза, тут же резко сев. Разумеется, никакой Медузы Горгона рядом не было, а вместо неё на краю кровати сидела… -Мам? - удивлённо воскликнул он. Реджина тут же приложила палец к губам, взволнованно оглянувшись на Эмму и Прекрасных. Но, не увидев никакого движения, она облегчённо выдохнула. -Они не знают, что я здесь, Генри, - прошептала она. -Зачем ты пришла? - спросил мальчик, невольно щипая себя за руку… Нет, это не сон. -Я хотела сказать тебе кое-что. Я знаю, ты, наверное, тоже не понимаешь, зачем я так с… - Реджина невольно усмехнулась, - с Мэри Поппинс, но, прошу, заклинаю, держись от неё подальше. Я уверена, она здесь не просто так, и даже, если они, - она кивнула на Прекрасных и Эмму, - заставили тебя меня… Возненавидеть, - Реджине явно с трудом давались эти слова, - можешь так и поступить, но… Пожалуйста, будь осторожен. Генри задумчиво смотрел в печальные глаза Реджины, а затем резко обнял её, стараясь вложить в эти объятия всё то, что никак нельзя было выразить словами. -Ты думаешь, я тебя ненавижу? - прошептал он. - Ты - моя мама. И всегда ею будешь. Реджина улыбнулась, крепко прижимая к себе сына и чувствуя непередаваемое счастье. Какое ей дело до Прекрасных и Эммы? Какое ей дело до всего этого города? Генри на её стороне! А кроме этого ничто не имеет значения, пусть она будет в Сторибруке трижды изгоем! -Значит, теперь нам нужно разоблачить Мэри Поппинс, - взбудоражено прошептал Генри, отстраняясь от матери. -Да, неплохо бы, - вздохнула Реджина. -Но кое-чего не хватает, - задумчиво протянул мальчик, а за тем добавил, увидев недоумение на лице Миллс: - Названия операции. -Попугай, - не задумываясь, ответила Реджина. -Обоснуй, - нахмурился Генри. -У неё вместо ручки зонтика голова попугая, - объяснила женщина. -Тогда ладно, - улыбнулся мальчик. -Что ж, мне пора. Мало ли, кому приспичит встать посреди ночи… До встречи, Генри, - Реджина быстро поцеловала сына в макушку, с тоской подумав, что увидеть его так, чтобы Свон ничего не заподозрила, получится нескоро. -Подожди! Генри резко подскочил и на цыпочках подошёл к, пока что не разобранному чемодану с вещами. -Только сейчас вспомнил. Я же не мог их забыть, - бормотал он, роясь в вещах. Реджина с интересом наблюдала за действиями сына. - Вот, нашёл! Также на цыпочках он вернулся к кровати, держа в руках рации. -Мы с Эммой их использовали во время операции «Кобра». А теперь они, наверное, пригодятся для операции «Попугай». Держи, - он протянул одну из них Реджине. Та не смогла ничего на это ответить. Лишь ещё раз прижала к себе сына. -Я буду на связи, - улыбнулась она, помахав рацией, а затем испарилась в вихре фиолетовой магии. Лицо женщины при этом светилось плохо скрываемой радостью. Генри продолжает любить её, несмотря на ссору Реджины с его остальной семьёй. У них есть своя операция, операция «Попугай», которая, кажется, станет теперь для брюнетки смыслом жизни…