Can we stay like this forever?

Сегодня прогнозы погоды не соврали и дождь лил как из ведра. Хоть и у Руи был небольшой зонтик на всякий случай, эта вещица не очень-то и помогла. Юный гений механики совсем забыл, что когда в очередной раз возился со своими изобретениями, этот самый зонт стал жертвой его экспериментов. Опять облажался. Опаздывая на встречу, Камиширо даже и не подумал, что нужно проверить зонтик, который в итоге оказался весь в дырках. Теперь парень был не только с мокрыми ногами из-за луж на его непростом пути, которые больше походили на озера и реки, но и с прилипшими к лицу из-за воды волосами, отчего выглядел жалко, как промокший до нитки бездомный кот. Интересно, как отреагирует Цукаса, когда увидит Камиширо в таком виде? Эта мысль вызвала на лице Руи глупую улыбку. Он шел, подобно влюбленному дураку с этой лыбой на лице, коим и являлся. Голова Камиширо была как никогда пуста, что совсем несвойственно для юноши: все мысли о Тенме, его парне. О красивом блондине с омбре и сверкающими тысячами янтарных искр глазами. Желание увидеть своего дорогого человека гнало Руи вперед, несмотря на отвратительную погоду, грязные лужи и дырявый зонт. Он в первый раз придет на ночевку к Цукасе, эта мысль вызывала одновременно нетерпение, смущение и самую настоящую радость. "Вроде бы, это его дом..." — пронеслось в мыслях у Руи. Сейчас он очень запыхался и устал: так совпало, что очень удачливому Камиширо повезло пойти по не самой лучшей дороге. Поднявшись по ступенькам, Руи позвонил в дверь. Никто не ответил. Камиширо нахмурил брови и повторил свое действие уже с большей силой нажатия на кнопку. Снова. Мальчик уже было хотел постучать в дверь, но замешкался. Видно, не работает. После того, как Цукаса и Руи начали встречаться, между юношами появилась неловкость. Совсем необычно это было для Камиширо: на людях он обычно никогда не терял самообладания, выглядел уверенно и вел себя легко, даже по-озорному. Однако сейчас эта его маска, подобная льду, надломилась от солнечного тепла Цукасы и теперь Руи показывал себя совсем с другой стороны наедине с любимым человеком. Парень вышел из своих мыслей, вдохнул и решительно постучал. За дверью послышались шаги. Нет, не шаги, даже топот от быстрого бега. Дверь отворилась, а из-за нее выглянул Цукаса. Такой лучезарный, такой прекрасный. Он мягко улыбался, а во взгляде читалась нежность. Тенма был похож на яркое солнце, даже глаза и волосы его были теплых оттенков. Ослепительная красота блондина наповал сразила Руи, заставив юношу на мгновение открыто пялиться на Цукасу завороженным взглядом. — Хей, Руи, ты чего? На улице холодно, заходи скорее. Весь мокрый, простынешь! — засуетился Тенма. — Ах, извини. Засмотрелся на твое красивое лицо, — встряхнул головой Камиширо и со своей привычной "кошачьей" улыбкой вошел в дом. От таких слов Тенма немного смутился, а на личике появился легкий румянец. Комплименты Руи были неожиданными и от этого такими приятными и желанными. Цукаса любил, когда его хвалят, но слова Камиширо были особенными. В них чувствовалась нежность и искренность, даже если мальчик повыше хотел по-доброму подразнить Тенму. Сразу после того, как Руи разулся и снял верхнюю одежду, Цукаса резко взял возлюбленного за руку и повел к себе в комнату. От такой хватки даже немного побаливало запястье Камиширо. — Руи, сиди здесь. Никуда не уходи, я сейчас вернусь, — с наигранной строгостью продиктовал Цукаса, усадив на кровать промокшего Камиширо. Мальчик с фиолетовыми волосами только сдерживал смех, но хихиканье все-таки вырвалось наружу. Цукаса был забавным. Тенма старательно заваривал чай для Руи. Осматривая полки, блондин нашел заветный пакетик. Насыпав добрую горсть заварки в чайник, он потянулся за мятой. Благо, она была мытая и Цукасе оставалось только взять несколько веточек этой душистой травы. Далее, он вспомнил про лимон, который точно не будет лишним. Нырнув в холодильник, Тенма взял фрукт и старательно нарезал, после чего добавил несколько ярко-желтых долек. Ну, осталось залить кипятком и чуть-чуть подождать, дабы чай заварился хорошо. Цукаса накрыл полотенцем чайник, ведь Саки говорила, что так будет вкуснее! Руи в это время рассматривал комнату своего парня. Все так чисто и аккуратно... Камиширо откинулся назад и уже лежал на спине. Кровать пахла Цукасой. Такой приятный и родной запах, который мог запросто вскружить Руи голову. Дверь открылась и вошел Тенма. В руках он держал поднос с чайником и двумя чашками. — Руи, ты наверняка замерз, пока шел. Да и одежда твоя мокрая, — произнес Цукаса, открывая шкаф. — Так что вот, возьми. Мальчик протягивал Камиширо футболку и шорты. Ничего себе... Руи еще никогда никто не одалживал одежду. Поблагодарив, Камиширо скрылся в дверном проеме ванной. Цукаса насчитал где-то семь или восемь минут отсутствия Руи... Или нет? Это было уже нет так важно: из ванной показалась фиолетовая макушка и Камиширо уже в сухой одежде расположился рядом с Тенмой на невероятно мягкой кровати. Между юношами завязался разговор, они обсуждали самые разные вещи, начиная от идей для следующих представлений, заканчивая рассказами о сделанных вещах за прошедший день. Пока Руи рассказывал о своих новых задумках для шоу, Цукаса вспомнил про чай. Тенма осторожно потянулся за подносом. Взяв одну из кружек, блондин, внимательно слушая собеседника, наливал ему чай. От чайника исходил восхитительный аромат свежей мяты, заполнявший комнату. Цукаса протянул Руи кружку, на что получил кроткую благодарность и лучезарную улыбку на лице Камиширо. Тенма невольно улыбнулся в ответ: блондин безмерно ценил эти искренние эмоции на лице режиссера, не мог не проникаться ими. Закончив увлекательный рассказ, Руи допил любезно приготовленный Цукасой чай. Он резко замолчал, будто собираясь с мыслями. — Цукаса-кун, я могу поцеловать тебя? Ты выглядишь безупречно, — голос Камиширо чуть дрогнул от волнения. Да, они состоят в отношениях, но было неловко вдруг сделать Тенме неприятно или случайно задеть, разбить или сломать. — А-а, Руи? Конечно можно... — такие смущающие и льстящие слова от мальчика повыше Цукаса ожидал в самую последнюю очередь. Камиширо обычно вел себя совсем по-другому, но наедине с Тенмой он показывал... Настоящего себя? Только Цукасе он мог открыться и показать себя истинного: иногда неуверенного, со своими переживаниями и страхами, а еще по уши влюбленного, чем Тенма безмерно дорожил. Только с ним Камиширо мог поделиться волнующими вещами или какими-то глупостями без страха осуждения. Руи доверял блондину. Камиширо подвинулся ближе к Цукасе. Неспеша наклонившись, он с любовью посмотрел в глаза напротив, искал там то же самое; руку расположил на лице своего парня, нежно поглаживая большим пальцем, лаская. Иногда Руи мог поддразнивать Цукасу из-за мягких щечек Тенмы, похожих на бархат, но делал это совсем не со зла. На самом деле, Камиширо просто очень умилялся с этой незначительной особенности блондина. Парни были настолько близко, что их носы соприкоснулись. Наконец Руи мягко прильнул к губам Цукасы, подарив поцелуй, в него Камиширо постарался вложить свои чувства и тепло, которое хотел подарить Тенме. Целовать блондина было приятно. Губы Цукасы были пухлыми, Тенма всегда пользовался гигиеническими помадами и разными бальзамами для губ, в отличие от Руи. Отстранившись, Руи заметил, что Цукаса лег на спину и подзывает парня к себе. Камиширо подползает к Тенме и устраивается рядом, подобно большому фиолетовому коту. Чувствует, как Цукаса накрывает его одеялом, заключает в объятия, после чего блондин зарывается носом в лиловые мягкие локоны. В такие моменты Руи чувствует себя живым и счастливым, любимым и таким желанным. Камиширо был бы не против провести так целую вечность или даже больше. Он в безопасности, он дома.