Узумаки: Символы крови и духа

      Напряжение и тревога наполнили комнату, когда плач новорожденных разорвал тишину. Это были дети, созданные любовью и страстью, но в этот момент их первый вдох был пропитан непомерной болью, сопровождавшей начало их недавно возникшей жизни. Молодая мать, Кушина, сильно пострадала при родах, и сейчас нуждалась в поддержке и утешении. В этом сложном моменте ее муж, высокий и сильный мужчина с волосами цвета яркого пламени, стоял рядом с ней, поддерживая ее дрожащую руку и сдерживая мощную печать, выдаваемую на ее животе. Его желтые волосы, падающие почти до ключиц, были символом силы и решимости, которые он вкладывал в этот сложный процесс. Так в этой комнате, пронизанной болезненными воплями и мощными эмоциями, возникали новые жизни. Рождение этих детей стало свидетельством не только о боли и трудностях, но и о надежде на будущее и несгибаемой воле. Но печать на теле Кушины олицетворяла не только ее боль и страдания. Она представляла опасность и тайну, так как внутри этой юной женщины заключен был чудовищный монстр, пытавшийся вырваться на свободу. Было необходимо сдерживать его чакру, чтобы предотвратить его освобождение и нести гибель всему вокруг. Б (Бивако): Ну, вот и всё. К (Кушина): Дайте взглянуть на них. Б: Подожди ты со свои взглянуть, нужно сначала окончательно закрыть печать! Минато, пошевеливайся! М (Минато): Да, да, конечно Бивако сан. Потерпи ещё Кушина, осталось немного. К: Потерпеть?! Да ты хоть знаешь как это больно даттебане! М: Конечно не знаю дорогая, но тебе нужно потерпеть, или чакра лиса будет вытекать ещё интенсивнее! Он не пропустит возможности прогуляться на свободе. В один момент Минато пытался сдержать печать от чакры девятихвостого, но чакры самого Минато не хватало для поддержания печати, а Кушина слишком слаба. М: Чёрт! Выбора нет. Кабан! Кабан: Я! М: Зови сюда Кэтсеро сана! Кабан: Хай хокаге сама! — и исчез направляясь на другой конец деревни.       А пока Кабан отправился за помощью, Минато из-зо всех сил пытался сдержать лиса, но постепенно чакра начала выходить из печати. Любой хороший сенсор мог почувствовать просто жуткое скопление чакры за деревней. Х (Хирузен): Я прибыл как только почувствовал чакру лиса! М: 3-й сама! Вы почти вовремя, помогите сдержать девятихвостого. Х: Хорошо Минато. Бивако, срочно уходи отсюда! Тебе здесь будет небезопасно. М: И заберите пожалуйста детей! К: ААААХ М: Держись Кушина! Б: Хорошо, я унесу детей в безопасное место. Х: Ну и как вы назвали детей? К: Ааах! Не думаю что сейчас самое подходящее время говорить об этом! М: Наруто, я взял это имя из книги Джирайи, и Менма. А имя Менма мы придумали почти так-же как и Джирайя придумал имя Наруто. Это ингредиенты рамена. Х: Вы настолько любите рамен, что почти в честь него назвали своих детей? М: Ну не знаю, как-то само получилось. К: Аааааах! М: Черт! Чакра выходит из печати всё интенсивнее и интенсивнее!       Алая как кровь, и очень жуткая чакра начала выходить из печати, как бы 3-й и 4-й не старались её сдержать. Она начала образовывать сгусток тёмной чакры прямо в помещении в один момент поток настолько усилился что откинул хокаге в сторону. Сгусток чакры начал увеличиваться в геометрической прогрессии и приобретать очертания лиса с девятью хвостами. Минато успел подбежать к Кушине и Хирузену, он переместил их за пределы помещения, а точнее за пару километров оттуда. Минато успел сделать это до того как помещение разлетелось в щепки. Над тем местом возвышался разъярённый лис с девятью хвостами. М: Хирузен сама! Позаботьтесь о Кушине! Х: Но ты не сможешь одолеть Лиса! М: Я задержу его до прихода Кэтсеро сана! Х: Но М: Другого выбора нет, я должен защитить деревню.       Хирузен понимающе замолчал, после чего взял бессознательную Кушину и отправился в больницу.       Минато появился перед Лисом и выкрикнул. М: Я твой противник!       Лис оторвался от такого увлекательного занятия как уничтожения шиноби Конохи, да и самой Конохи. Он поднял хвосты к пасти и начал создавать тёмно-фиолетовый шар из плотной чакры с летающими вокруг синими, белыми и красными частицами. Минато сложил серию печатей, после чего выставил перед собой трёхлепестковый кунай с печатью бога грома на рукояти. Лис отправил бомбу хвостатого в Четвёртого, и почти долетев до него она начала поглощаться печатями, которые обволокли бомбу. Девятихвостому не понравилось это, и он решил уйти от Конохи чтобы обрести свободу, так-как пока он был в Кушине он многое видел в Конохе, а в особенности его пугало что сюда направляется один из представителей клана Узумаки, а он в свою очередь с лёгкостью запечатает его. Лис попытался развернуться. Но на него прыгнула огромных размеров жаба красно-ржавого цвета, с трубкой в зубах и клинком досу на спине, одет он в жилет хаппи. Он смог частично обездвижить лиса придавив весом. К (Кэтсеро): Минато сан! Какого чёрта! М: Кэтсеро сан, мы не смогли сдержать лиса. Он вырвался! К: Нужен новый джинчурики, Кушина не сможет больше его сдерживать, она вдвойне ослаблена тем что сломалась печать и тем что прошли роды. Г (Гамабунта): Минато! Я не смогу долго с ним бороться! Поторопитесь! М: Я вас понял, я найду нового джинчурики! К: Как я понял тебе придётся принести своё дитя. М: Чёрт, но у нас же нет другого выбора, будем действовать так! К: Поторопись!       Минато исчез с места и направился рыскать по деревне в поисках Бивако с детьми. К: Ну что Кьюби, понравилось на воле? Кэтсеро за пару мгновений добрался до лиса и крикнул обращаясь к Гамабунте. К: Эй! Отпрыгни!       Гамабунта без лишних вопросов послушался и спрыгнул с лиса, отпрыгнул на приличное расстояние. К: Запретная техника! Колоссальная оплетающая сеть!       От ног Узумаки начали с огромной скоростью исходить символы по земле, они в одно мгновение достигли лиса, он хвостом не пошевельнуть как был окутан сетью из символов. Кэтсеро сдерживал печать концентрации что сдержать такое давление, не каждый может остановить сильнейшего в мире биджу и заставить его стоять на месте. Прошло пять минут, у Узумаки уже текла маленькая струйка крови из носа, и он уже стоял на одном колене. Лис так-же безрезультатно давил на сеть своей чакрой, пытаясь освободиться. М: Я здесь! — выкрикнул Минато появляясь возле куная на поле боя, с двумя свёртками в руках. К: Минато, отдай мне детей, а сам задержи Кьюби.       Минато без лишних вопросов передал Кэтсеро детей и отправился задержать Кьюби. А Кэтсеро перестал поддерживать печать, от чего Лис с новой силой начал бушевать. Узумаки вытер с лица кровь и взял детей. На мгновение остановив взгляд на двух малышей которые были укутаны в свёртки. У первого были ярко желтые еле видные волосы, у него было по три шрама на каждой щеке, образуя со стороны вид животных усиков. А второй был с еле заметными алыми волосами и такими отметинами на щеках. Не долго думая, Кэтсеро выбрал для запечатывания жёлтоволосого, такой выбор пал из-за некоторых разногласий Узумаки с Конохой, так что нельзя было запечатывать Кьюби в Узумаки. А красные волосы второго ребёнка так и гласили всем окружающим, что перед ними член гордого и сильнейшего клана Узумаки. Кэтсеро создал каменный пьедестал и положил на него красноволосого ребёнка, после чего взяв блондина он подскочил с места и появился перед Лисом. К: Техника запечатывания хвостатого! — Выкрикнул Кэтсеро сложив серию печатей.       Лис попытался убить ребёнка, пока его окончательно не засосало, Минато хотел подставиться под удар, но Узумаки выдул поток сжатого воздуха, откинув при этом лапу лиса. Вокруг Девятихвостого уже образованные символы на земле, начали светиться голубо-синим светом, который полностью обвалакивал Кьби, заключая того в нерушимый в данной стадии барьер. Чакра Лиса начала перетекать в блондина, а точнее печать на нижней части его живота.       Когда вся чакра окончательно перетекла из барьера в младенца, то Кэтсеро выдохнул и рухнул на колено. Всё же эта техника очень чакрозатратная. М: Всё кончено? К: Нет, предстоит решить много проблем. От крови Узумаки, до Разрушения доброй части Конохи. М: В каком смысле крови Узумаки. К: Как зовут твоих детей? М: Дети! — Минато спохватился и рванул к детям. К: Так ответь на мой вопрос. М: Это Менма — сказал Минато показывая блондина — а это Наруто — сказал Минато показывая уже красноволосого. К: Значит Наруто Узумаки. М: Намикадзе. К: Минато, ты знаешь правила! Я пожалуй пойду, у меня появилось много неотложных дел. — Сказал Узумаки исчезая в водовороте.       Минато выругался и сжал кулаки до побеления костяшек. М: Чёрт, нужно собрать совет, а там и решим эти проблемы.       Минато взял детей и перенёс себя в к своему дому, который не пострадал, благо находится он в центре деревни.       В доме его встретила спящая на кровати Кушина и пару анбу сидящих по периметру дома. Анбу завидев Хокаге тут же скрылись, как понял Минато, так как сигнатур их чакр не ощущалось поблизости. Спящая в это время Кушина, проснулась от пронзительного крика, исходящего от свёртков с детьми. Кушина резко подскочила, и пару секунд стояла в недоумении, после чего поняв ситуацию она тут же кинулась к своим детям.

СПУСТЯ 17 МИНУТ

      Кушина была в растерянности, и была опечалена тем что услышала. На их молодую семью свалился огромный груз, их сын джинчурики, а Кушина лучше всех в этой деревне знает, что такое носить это бремя. А её второй сын, почти чистокровный Узумаки, что могло привести ко многим проблемам и конфликтам, так как его могли забрать как наследника в Клан. Потому — что Кушина первый ребёнок главы клана, значит её первенец должен быть наследником, таковы традиции клана. А Узумаки очень ценят и уважают то что досталось им помимо их сильной крови от предков. Они могут полностью законно забрать Наруто в Клан, чтобы вырастить достойного главу. Такой проблемой это было из-за того что Кушина покинула клан, и теперь она Намикадзе. Хоть они могли и скрыть до поры, до времени от Узумаки что у неё родился такой сын, но этого не получится так как Кэтсеро всё видел.       В этот момент в комнате появился анбу, нарушив стоявшую в комнате тишину. Анбу: Хокаге сама, был собран экстренный совет, с гражданским советом, советниками Хокаге и главами кланов. А ещё там присутствует Кэтсеро сан. М: Хорошо, я скоро буду там. Можешь быть свободен. Анбу: Хай Хокаге сама! — и исчез в вихре пыли с пола. М: Милая, я скоро буду.       Минато не стал дожидаться ответа и пропал в жёлтой вспышке.

ЗАЛ СОВЕТА

      В зале совета были почти все, но пару мест были пусты, а точнее место Хирузена и Минато. Все о чём то оживленно переговаривались и спорили. В этот же момент дверь распахнулась в вошёл 4-й Хокаге. Он поздоровался со всеми и они с ним, после чего он сел в ожидании 3-го Хокаге, Хирузена Сарутоби.       Через пару минут и появился он. Все вдруг стали серьёзными. Хокаге: И так, на повестке дня нападение Кьюби. Данзо: Нам было бы интересно, как это произошло, и как вы могли допустить что наше же оружие принесло ущерб Конохе. Кохару: Вот именно Хокаге сама. Хокаге: Мы не смогли сдержать печать при родах моей жены. Лис смог вырваться, но моя жена и дети выжили. С помощью Кэтсеро сана мы смогли подавить силу Лиса и запечатать его. Дазно: И кто стал сосудом для девятихвостого? Старейшины только поддакивали Данзо. Минато: Мой второй сын, Менма Намикадзе. Данзо: Ты ведь должен понимать, что он стал оружием, а оружие не должно иметь никаких привязанностей. Хокаге: Вы не правы, мой сын не оружие, он герой, который сдерживает в себе сильнейшего из биджу. А если он не будет в семье, то его начнут презирать за то что он сосуд для девятихвостого, а по вашим словам, если попытаюсь помочь ему, и переубедить жителей, то он привяжется ко мне. Так что таким образом мы обречём в ничём неповинного ребёнка на страдания, и унижения. Я знаю это, моя жена перенесла всё это. К тому же, из-за этого он может начать ненавидеть жителей за ненависть испытываемую по отношению к нему, а ненавидя жителей он будет ненавидеть и саму деревню. А я как Хокаге, и его отец, не могу допустить такое. Данзо: Нет, я предлагаю завербовать его в корень, я сделаю из него идеальное и послушное оружие. Мы промоем ему мозги, таким образом, что он не сможет испытывать ненависть к жителям, или же вообще ничего не испытывать. Хокаге: Нет, это вы не правы. Мы не можем отдать его к вам в корень. У вас мягко говоря плохая репутация, что кричит о том, что вы можете использовать силу Лиса в своих коварных целях. Да и вы противоречите себе, если он будет полностью под вашим контролем, то он будет к вам привязан. Данзо: Я делаю это на благо деревни Минато не дал Данзо закончить. Хокаге: Человек будет по-настоящему силен, когда ему есть кого защищать. Он будет защищать Коноху, только если здесь будут дорогие ему люди. Шикаку: Я поддерживаю Хокаге, у вас и вправду ужасная репутация. И мы не можем доверить вам Джинчурики. Хокаге сможет его вырастить сильным, только в семье он станет могучим шиноби. А ваши анбу, просто безэмоциональные марионетки в ваших руках. Хокаге: И так. Кто согласен с тем что мой сын останется в семье.       Большинство были согласны, против были только старейшины, кроме Хирузена, и пара человек из гражданского совета. Хокаге: И так! По решению большинства, Менма Намикадзе остаётся в моей семье! — радостно воскликнул молодой Хокаге. Данзо со старейшинами только скрипел зубами, так как его козни оказались провальными, и он не смог заговорить этого белобрысого молокососа. Кэтсеро: Я хочу поднять ещё один вопрос, касающийся семьи Хокаге. Все замолкли и обратили на него внимание. Кэтсеро: Все знают что Кушина Намикадзе, бывшая Узумаки. Относилась к главной ветви нашего клана. Так вот, дело в том что она первый ребёнок нынешнего Узукаге и её первый сын должен стать его приемником. Первый сын Кушины, Наруто Узумаки, по нашим традициям и обычаям, должен воспитываться под присмотром и наставлениями главы клана, так как он единственный наследник. А мы очень чтим традиции, и по законам вы не можете ничего противопоставить моим словам. Фугаку: С чего это сын Хокаге, и житель Конохи, рождённый здесь, должен уйти из семьи к Узумаки. — решил глава клана Учиха, заступиться за своего друга. Кэтсеро: Сам Минато сан, знает что этого не избежать. Он имеет красные волосы, что указывает на его принадлежность к клану Узумаки. Кохару: Но он не только сын Хокаге, он и житель Конохи, так что не думай, что мы его так просто отдадим. Кэтсеро: Он и наследник сильнейшего клана. Так что вы просто обязаны отдать его на его законное место. Данзо: А если мы откажем тебе в этом? Кэтсеро: Проявляй уважение, сопляк. Я старше и сильнее тебя. И имею возможность унизить тебя в бою. Хоть я и выгляжу молодо, но это особенности моего организма. Данзо: Это угроза? Хокаге: Пожалуйста, успокойтесь, нам не нужны конфликты. Данзо: Мы можем избавиться от тебя, и скрыть существование этого мальца от вашего клана. Кэтсеро: Осторожнее со словами, эти слова могут быть использованы для разрыва мирного договора и торговых соглашений. Да и к тому же, у вас нет никакого выбора, Узукаге уже обо всём оповещён.       После этих слов, Кэтсеро покинул зал собрания. После этого нам ещё недолго шли переговоры о опасности конфликтов с кланом красноволосых дьяволов, после чего все разошлись.       Минато же переживал по поводу дальнейшей судьбы Наруто, и как на это отреагирует его жена.

МЫСЛИ МИНАТО

      Ну почему всё так сложилось? Если бы не эти глупые традиции Узумаки, то Кушину бы не изгнали, Наруто бы не пришлось жить в Узушио, в дали от родного дома. Хотя, во всём мы и виноваты, мы, коноховцы сами и начали все эти конфликты с Узумаки. Всё началось когда 1-й Хокаге и 1-й Узукаге заключили мирный договор. Каждый клан хотел увеличить свою мощь, не только сильнейшими печатями Узумаки. Они постепенно начали всё борзеть и борзеть, они хотели слишком многого, но отдавали слишком мало. Некоторые даже хотели создавать кровные узы. Но Узумаки ценят чистоту крови, особенно главная ветвь, они сделали однажды одно исключение для 1-го Хокаге, но больше делать были не намеренны, особенно с главной семьёй. Но Коноха захотела себе Джинчурики Узумаки. Клан был против, но после серии скандалов, сюда отправилась Кушина, они хотели сохранить чистоту крови, и хотя-бы первый ребёнок должен был быть от отца Узумаки. НО Кушина не могла на это согласиться и влюбилась в меня. Но теперь нам не отвертеться и придётся отдать кровного Наследника клану.