Алые ромашки

А день уже прошел. Работа в цветочном, как ни странно, хоть и приносит доход, но очень утомительна, тем более если замены тебе нету. И каждый день, каждый час перед глазами маячишь ты. Утро в общаге, завтрак в столовой, работа. Ты везде. Ты мне необходим. Но ты ничего не видишь. Смотришь, но не видишь. Ты не способен разглядеть то, как ты мне дорог, как необходим. Знал бы ты, во что оборачиваются на моем теле даже незначительные перепалки. Ты популярен у девчонок, но тебе это не интересно. И иногда я просто тебя не понимаю. Я удивляюсь твоей легкости, твоему ветру в голове. Тебя не беспокоят подобные истории. Что же разливается во мне, заставляя сжиматься всему телу, а пояс будто сдавливают тугим ремнем, да так, что хочется упасть на пол и не дышать? А, скажи мне, что это? Что происходит со мной, что заставляет вянуть ромашкам, не получающим питание от мозга в моменты, когда ты так мило общаешься со своими знакомыми? Не знаешь ли, не подскажешь? А я знаю. Это жгучее чувство-ревность. Что ты за человек, что так легко смог найти ключ к моему гордому, благородно снисходительному для всех сердцу? А помнишь, как мы качались на качелях? Мы были только вдвоем в этой глуши. Ты толкнул так сильно, что я свалился, чуть не свернув нос. Ты подал мне салфетку, чтоб остановить кровь, а она была еще и со спиртом. Еще неделю я отлеживался в медпункте. Но я все равно благодарен тебе. Просто за то, что всю эту самую неделю ты сидел рядом со мной, ежедневно принося подарки и спрашивая про самочувствие. Я твой лучший друг. Мне этого достаточно. Поднимаюсь с кровати и иду на кухню. За окном хлещет дождь. А вот и зеркало. Не стоило туда глядеть. Там не я. Кто угодно, но не я. Того светлого и солнечного мальчика уже нет. Руки изодраны, волосы растрепались, цветы в ужасном состоянии. Я улыбаюсь. Это единственное, что я узнаю в себе. Окидывая в последний раз взглядом свою и без того бледную кожу, которая при свете заката ловила на себе теплые и алые лучи, я уж думал продолжить путь на кухню, но взгляд мой упал на голову. Огненно-рыжие волосы, казавшиеся сейчас еще ярче, и алые ромашки. Они действительно были кровавыми. И закат тут был не причем. Они изменили цвет. И когда это произошло? Когда я начал углубляться в.. Сердце пропустило удар. Нет, это были не мои мысли. И вообще, могу думать о чем хочу, мне никто не запретит. Но если действительно подумать, все что "я" только что припоминал правда? Или нет? Дьявол, как же все сложно. Я прохожу на кухню, стараясь не задумываться над значением тех воспоминаний и размышлений. Это ненадолго, это пройдет. Ведь ты просто мой друг? Да, друг, при обычном касании которого я вздрагиваю, друг, на которого хочется смотреть не отрываясь, друг, который тебе нравится. В самом обычном смысле этого слова, без всяких глупостей. Но ты же поймешь, если я тебе расскажу? Я ставлю чайник и приподнимаю жалюзи. Небо синеет. Скоро ночь. Мне становится плохо. То ли от переизбытка эмоций, то ли от.. а от чего еще? Слишком глобальное, но такое молниеносное осознание ударяет в голову током. Писк чайника и звук кипящей воды. Мутнеет, то ли квартира то ли проблема во мне. Проблема вообще во мне. Может, и пробовать не стоит? Я сажусь на пол и тяжело дышу. Я никогда не буду идеальным. Я никогда ни для кого не буду идеальным. Я не буду идеальным для тебя. Извини. Я слышу звонок в дверь, звучащий будто издалека. Кто пришел в такую позднюю пору? Я закрываю глаза. Я вижу тебя. Что ты тут делаешь? Ты обнимаешь меня, пытаясь докричаться. Лепестки алых ромашек падают на пол. Я очнусь, обещаю. Быть может, потом я смогу себя понять и объяснить все и тебе, и мне. А пока что я просто буду благодарен тебе за то, что ты рядом.